Юлий Цезарь - Роберт Этьен

Маневры Цезаря и ответные маневры сената

Находясь вне Рима, Цезарь оказался перед необходимостью добиваться двух противоположных целей: с одной стороны, усиливать триумвират в противовес сенаторам, а с другой — не давать оставшимся в Риме триумвирам возможности воспользоваться его отсутствием для ослабления его собственных позиций. По счастью, трибун Клодий,^[343] против всех ожиданий, помог ему обеспечить себе преимущество перед остальными членами крепнущего триумвирата.

Цезарю удалось удалить Катона, послав его на Кипр,^[344] а от Цицерона он избавился с помощью Клодиевого Закона об убийстве римского гражданина (lex Clodia de capite civis Romani), согласно которому всякий римлянин, казнивший римского гражданина без предварительного приговора римского народа, должен был подвергнуться гражданской смерти — «лишению воды и огня», то есть изгнанию. Цицерон не мог не почувствовать угрозу и стал искать поддержки у Цезаря, который предложил взять его с собой в качестве легата в одну из своих провинций. Это означало нейтрализовать Цицерона, и, следуя коварным советам Помпея, Цицерон отклонил предложение. Тогда Цезарь спустил с цепи Клодия. Тот созвал чрезвычайное собрание (contio), на котором Цезарь поддержал его позицию в защиту заговорщиков-катилинариев. Впоследствии Цицерон смог вернуться из изгнания только благодаря благорасположению Цезаря (4 августа 57 г.) и ответил любезностью, добившись принятия сенатского постановления о 15-дневном благодарственном молебствии богам в его честь. Однако проявив свою полную слепоту, Цицерон после того, как изолировал Помпея и нанес тому множество обид, стал поддерживать замыслы врага Цезаря Домиция Агенобарба,^[345] который собирался, как только станет в 55 году консулом, отменить империй Цезаря в Галлии. Поговаривали о том, чтобы пересмотреть Юлиев закон 59 года о разделе ager Campanus, и Цицерон выступил за его отмену. Это была грубая тактическая ошибка, потому что наделы из этого земельного фонда получали ветераны Помпея. Поэтому, когда Помпей узнал, что Красс поехал в Равенну, где с 6 апреля 56 года находилась штаб-квартира проконсула Галлий, он уступил и отправился на встречу с ним.

Соглашения в Луке (15 апреля 56 года): превосходство Цезаря

Помпей отправился в Луку на назначенную проконсулом^[346] встречу. Цезаря сопровождали Красс, пропретор Сардинии Аппий Клавдий^[347] и проконсул Испании Кв. Метелл Непот.^[348] Вот основные пункты соглашения: Красс и Помпей должны были стать консулами 55 года и устранить таким образом врага Цезаря Л. Домиция Агенобарба. В обмен на продление полномочий Цезаря Помпей получал обе Испании, а Красс — Сирию. Хотя и казалось, что Цезарь делится выгодами своего положения с триумвирами, на деле он значительно усиливал свои собственные позиции, получив преимущество при этом будто бы справедливом дележе. Крассу предстояло ввязаться в Сирии в тяжелую кампанию, а поход на Евфрат держал бы его вдали от Рима. Помпею должны были достаться две замиренные провинции, которые не могли принести ему большой славы. Таким образом интересы Италии и Рима оказывались в зоне действия Цизальпинской Галлии, а следовательно — проконсула Галлий. Помпей оказался вынужден работать на Цезаря, потому что было необходимо избежать обычного — и единственно законного — распределения провинций в 56 году на 55 год, а срок действия закона Ватиния истекал в конце 55 года. Примирение троих мужей повлекло за собой отречение Цицерона от его прежних позиций. Он стал поддерживать планы Цезаря: его своевременное отсутствие в сенате положило конец пересмотру аграрных законов 59 года. Набрав вдвое больше легионов, Цезарь требовал, чтобы их содержание оплачивалось из казны, и добивался назначения десяти легатов. Цицерон выступил по этому вопросу и составил декрет, вполне удовлетворявший запросы Цезаря. Тогда он, к всеобщему изумлению, потребовал, чтобы сенаторы приняли постановление, по которому империй триумвира был бы выведен из-под действия провинциальных законов. Следовало подтвердить командование Цезаря, поскольку он отменил «Альпы» как границу. Сенат покорился. Цицерон извлек из этого отступничества некоторую выгоду: его брат Квинт стал легатом Цезаря. В свою очередь, солдаты, отпущенные на зиму по домам,^[349] провалили кандидатуру Домиция и поддержали избрание Помпея и Красса^[350]. В конце марта 55 года консулы провели закон (lex Pompeia Licinia), по которому империй Цезаря продлевался на срок, равный сроку их собственного наместничества в соответствующих провинциях. Таким образом, Юлий Цезарь получил в свое распоряжение еще пять лет, ведь именно его войска обеспечили избрание консулов, которые отличились весьма посредственным законотворчеством и непомерным тщеславием, увенчанным празднованием освящения театра Помпея, в ходе которого было перебито 500 львов и 17 слонов. На деле всем руководил засевший в Галлии Цезарь. С Помпеем в конце апреля 55 года он договорился о том, что его бывший легат Габиний не станет торопиться на обратном пути из Сирии, а займется возвращением на трон Египта Птолемея Авлета. Через подставное лицо Цезарь воплощал одно из своих самых давних желаний — установление римского протектората над Египтом — и при этом сумел обойтись без своих сотоварищей. Египетская операция могла бы задеть интересы одного лишь Красса, но, по договоренности с Помпеем, Цезарь нацелил его на Сирию и завоевание Парфии: действительно, Плутарх^[351] утверждает, что именно Цезарь в своих письмах к Помпею поощрял планы парфянской экспедиции.