Русская повседневная культура. Обычаи и нравы с древности до начала Нового времени - Татьяна Георгиева

История сохранила имена архиепископа Новгородского Геннадия, под руководством которого был осуществлен первый славянский перевод Библии, выдающегося переводчика и философа-гуманиста Максима Грека, видного богослова Зиновия Отенского и других.

В 1553 году царь Иван IV, нуждаясь в богослужебных книгах для многих строившихся церквей, воздвигаемых его усердием как в завоеванном Казанском ханстве, так и в других местах, повелел скупать рукописные книги на торжищах. Митрополит Макарий, узнав о таком благом начинании, сказал, что «эта мысль внушена царю самим Богом, что это — дар, свыше сходящий».

Ободряемый частью духовенства, царь приказал строить в Москве особый дом для помещения типографии. Но надо сказать, что государева типография не была первой в Москве. За несколько лет до ее пуска печатные книги уже изготовлялись в одной или нескольких частных мастерских столицы. Первая русская так называемая анонимная типография выпустила семь известных в настоящее время печатных книг.

В 1563 году в государевой типографии начали заниматься книгопечатанием два мастера: дьякон кремлевской церкви Иван Федоров сын (с переездом в Литву книгопечатник стал писаться с «вичем» — Федорович, а рядом, как правило, указывал профессию — «друкарь», то есть печатник, и прозвище — Москвитин) и Петр Тимофеев сын Мстиславец. В марте 1564 года они закончили печатание первой книги, которую сегодня для краткости именуют просто — «Апостол». Через год вышла вторая книга — «Часослов» — сборник молитв, по которому обучали детей грамоте.

«Апостол» состоит из 267 листов и по обычаю того времени отпечатан с разными украшениями. Книга набрана шрифтом, воспроизводящим графику московского полууставного письма XV–XVI веков. Изданные таким образом книги ныне называются старопечатными, или кирилловскими, ибо они написаны кириллицей — одной из двух первых славянских азбук, которая позже легла в основу русского алфавита. Если все буквы прописывались четко и тщательно, то такой почерк назывался уставом. Если же написание было упрощенным (что позволяло писать быстрее), то это был полуустав. На Руси он появился в XIV веке. Еще проще было начертание букв в развившейся из полуустава скорописи.

На первых же порах книгопечатания немало пришлось бороться с предрассудками темных людей. Кроме того, в то время в Москве существовал обширный класс «доброписцев», занимавшихся перепиской книг. Книгопечатание отнимало у них работу и лишало доходов. Все это было причиной того, что типографщиков обвиняли в ереси и волшебстве, в связи с нечистой силой.

По одной из версий, именно это послужило причиной, по которой в 1566 году Федоров и его товарищ были изгнаны из Москвы. О прощании с родиной сам Федоров написал: «…сие убо нас от земля и от отечества от рода нашего изгна и в иные страны незнаемы пресели». Академик М.Н. Тихомиров объясняет увольнение Федорова от печатного дела тем, что он, принадлежа к белому духовенству и овдовев, не постригся, согласно действовавшим правилам, в монахи.

Вначале друзья обосновались в белорусском городке Заблудове, а через шесть лет, в конце 1572 — начале 1573 года, переселились во Львов, где «многи скорби и беды обретоша». На деньги рядовых ремесленников, «неславных в мире», то есть небогатых, Ивану Федорову удалось открыть типографию. Там он вновь издал «Апостол», и это издание было гораздо богаче московского. Федоров был не только издателем, но и редактором выпускаемых им книг.

Вторым львовским изданием в 1574 году стал «Букварь», или «Азбука». В его тексте есть обращение книгоиздателя ко всем ученикам: «приложи сердце твое к научению», «да внидет к научению сердце твое и уши к словесам разума». В послесловии Федоров замечает, что «Букварь» «напечатан для пользы русского народа».

В начале 1575 года Иван Федоров переезжает в Острог, где на средства князя К.К. Острожского основывает типографию, последнюю в своей жизни. В 1578 году он издал «Азбуку» на двух языках — славянском и греческом. Выдающимся изданием стала монументальным Острожская Библия 1581 года.

Типография работала до 1581 года. Последним был напечатан весьма необычный для того времени календарь: к каждому месяцу там были напечатаны стихи белорусского поэта Андрея Рымина. После этого Иван Федоров переезжает опять во Львов, но из-за финансовых трудностей возобновить книгоиздательскую деятельность ему не удается.

Умер Иван Федоров нищим, проведя последние годы жизни в крайней нужде. На его могильной плите сохранилась надпись со словами: «Друкарь книг пред тым не виданных».

Значение трудов Ивана Федорова состоит в том, что он положил начало историческому переходу от изготовления прекрасных, но единичных рукописных книг, предназначенных главным образом для храма, к производству книги, доступной для многих.

Процесс создания сильного централизованного государства, в ходе которого литература все больше подчинялась государственным интересам, определял стиль эпохи. Литература в XVI веке все больше отличается пышностью и торжественностью. Утрачиваются многие особенности развития местных культурных традиций, «не вместившиеся» в общий ее ход. Так, например, местное летописание сменилось единой великокняжеской летописью, исчезают целые иконописные школы, как это случилось, например, с тверской иконописью.

В XVI веке интерес к повествовательной, беллетристической литературе, характерный для второй половины XV века, значительно падает. Большое развитие получает публицистика. Важнейшие вопросы жизни общества становятся предметом широкого обсуждения не только церковных, но и светских авторов.

В «Сказании о князьях владимирских» обосновывались важнейшие идеи официальной доктрины самодержавия, а сам род московских государей возводился от «Августа Кесаря». Вопрос о характере власти обсуждался и в полемике иосифлян и нестяжателей. И если Нил Сорский участия в полемике не принимал, то его ученик, бывший опальный князь Вассиан Патрикеев, уделял ей большое внимание.

Вопрос о власти и государстве занимал дипломата Федора Карпова и «бедного воинника» Ивана Пересветова, но уже как светских людей. Ф. Карпов в своих посланиях и И. Пересветов в своих произведениях, особенно в так называемых челобитных (написанных в 40-х — начале 50-х годов), обосновали необходимость сильной государственной власти, но построенной на принципах справедливости и права.

К числу любимых светских развлечений Ивана IV, как и предшествующих ему других государей, относились медвежья травля, соколиная и псовая охота. Еще великий князь Василий III устраивал грандиозные, с участием сотен людей выезды за пределы города, когда слуги выпускали заранее отловленных и спрятанных в мешках зайцев. Как это ни парадоксально, во времена Грозного зайцы стали предлогом потребовать с бояр разовый налог. Царь однажды обвинил их в том, что они вытравили и перебили всех зайцев, а потому взыскал с них 3000 рублей.

Любимым зрелищем народа были борьба и кулачные бои. Иван Грозный также не чурался этих развлечения. Сохранилось описание кулачных боев немецкого дипломата Сигизмунда Герберштейна, который посетил Москву в XVI столетии. Несмотря на борьбу церкви против такого рода «языческих игрищ», поддерживаемую временами правительством, народная традиция, которая имела в основе подготовку к бою, воспитание выносливости, тренировку в силе и ловкости, устояла и в XIX веке.