Миклухо-Маклай. Две жизни "белого папуаса" - Даниил Тумаркин

Процитированная фраза отражает сокровенные взгляды Остен-Сакена. Он был единственным сотрудником МИДа, кто открыто выступал в декабре 1866 года против подготавливаемого решения о продаже Русской Америки. Узнав о созыве секретного совещания с участием царя для решения этого вопроса, молодой сотрудник Азиатского департамента представил записку, в которой доказывал, что Аляска в будущем принесет большую пользу России, и в завершение заявил: «Казалось бы, что нынешнее поколение имеет святую обязанность сохранить для будущих поколений каждый клочок земли, лежащий на берегу Океана, имеющего всемирное значение»^[231]. Федор Романович решил споспешествовать, как тогда выражались, исполнению проекта Миклухо-Маклая прежде всего потому, что многолетние исследования русского путешественника на островах Южной Пацифики могли способствовать — пусть в отдаленной перспективе — упрочению позиций России на Тихом океане.

Остен-Сакен ознакомил с проектом Миклухо-Маклая Семенова и заручился его поддержкой. В недатированной записке, также находящейся в бумагах Миклухо-Маклая, Федор Романович рекомендовал ученому «на днях утром» навестить Семенова на дому. «Он очень заинтересован нашим делом, — многозначительно добавил Остен-Сакен, — и будет содействовать»^[232].

Готовясь к рассмотрению этого вопроса на совете РГО, Остен-Сакен запросил мнение академика Брандта о Миклухо-Маклае. В отзыве академика содержалась весьма высокая оценка деятельности молодого ученого как «очень талантливого и ревностного молодого человека, предпринявшего два путешествия», уже обогатившего науку своими исследованиями, «столь деятельного и даровитого»^[233].

Однако предстояло еще преодолеть довольно упорное сопротивление самого вице-председателя РГО графа Литке. «Он опасался, — вспоминает Остен-Сакен, — что планы Миклухи завлекут нас слишком далеко, и долгое время не хотел даже с ним лично объясняться. Наконец удалось, однако, уломать графа и я привел к нему однажды утром М., который на этот раз сумел отрешиться от своих обычных беззастенчивых манер и весьма ловко распространился о давнишних этнографических и физических исследованиях графа Литке в Тихом океане, так что последний, казалось, отрешился на время от своей врожденной сухости и подозрительности ко всем первым проявлениям таланта и самостоятельности»^[234].

19 октября 1869 года в газете «Санкт-Петербургские ведомости» был напечатан слегка отредактированный доклад Миклухо-Маклая о важности создания морских биологических станций, который он прочитал двумя месяцами раньше на московском съезде естествоиспытателей. Публикация доклада в официозной влиятельной газете за несколько дней до рассмотрения проекта Николая Николаевича на совете РГО, призванная повысить его авторитет в петербургском научном сообществе, была, конечно, не случайной. Мне не удалось установить, кто содействовал этой публикации — Семенов и Остен-Сакен или петербургские друзья ученого.

Заседание совета РГО под председательством Литке состоялось 28 октября. Как видно из протокола, Остен-Сакен ознакомил присутствующих с ходатайством Миклухо-Маклая и отзывом академика Брандта. Началась дискуссия. Опасаясь, что совет отвергнет проект молодого ученого, Семенов — по предварительному согласованию с Остен-Сакеном^[235] — прибег к тактической уловке. Петр Петрович предложил не обсуждать проект по существу, а передать его на рассмотрение отделения физической географии, которым он руководил, заявив, что «избранная г. Маклаем специальность исследования низших морских животных представляет особенный интерес в отношении физико-географическом, так как подобные исследования по необходимости должны находиться в самой тесной связи с наблюдениями над морскими течениями, температурою воды, глубинами, распределением животных и растительного царства и т. п.». Совет согласился с предложением Семенова и «просил его представить в ближайшее время свои соображения относительно поручения и средств, которые могли бы быть даны г. Маклаю от Географического общества». Однако уже на этом заседании совета было постановлено «войти в сношение с морским ведомством касательно доставления г. Маклаю возможности воспользоваться отправлением наших военных судов в Тихий океан для совершения путешествия туда и обратно»^[236].

Убедившись, что делу дан, как тогда говорили, надлежащий ход, Миклухо-Маклай в ноябре 1869 года отправился в Йену, чтобы доработать и издать свою монографию, посвященную сравнительному изучению мозга рыб, а также подготовиться к экспедиции на Тихий океан.