Политическое завещание. Принципы управления государством - Арман Жан дю Плесси Ришелье

Для этого Вам пришлось преодолеть немало препятствий, чинимых близкими Вам людьми, которые под воздействием невежества или коварства высокомерно порицали столь возвышенный замысел.

Если осада города Доля Вам не удалась^[296], то единственной причиной этого стала необходимость поспешить туда, где дела не требовали отлагательств. Ваше Величество отвлекли оттуда свои силы^[297] с величайшей осторожностью, тем более понятной, что в тот момент было куда важнее вернуть Корби, нежели взять Доль.

В то же самое время Галлас вошёл в королевство^[298] во главе основных сил Империи, к коим со своими войсками присоединился герцог Лотарингский. Оба были с позором изгнаны из Бургундии, будучи вынуждены снять осаду Сен-Жан-де-Лона^[299], плохо укреплённой крепости, и испытав горечь от потери части своих пушек и такого множества солдат, что из 30 тыс. человек, с которыми они пришли во Францию, при уходе у них оставалось едва ли 10 тыс.

В том же году кантон Тичино стал очевидцем не менее славного события, случившегося в Италии, где Ваши войска одержали победу в великой и кровопролитной битве^[300]. И Вы приобрели в Вальтелине огромное превосходство, и враги, которые неоднократно собирались вступить в сражение с Вашими войсками, дабы изгнать их оттуда силой, так и не сделали попытки осуществить свои планы, ибо ввязаться в бой для них означало заранее обречь себя на поражение.

В 1637 году Вы отняли у врагов две крепости во Фландрии и вернули одну из тех, что за год до того были им отданы из-за трусости комендантов^[301].

Находившаяся в Люксембурге третья крепость подверглась осаде и была взята^[302] немного времени спустя, а неприятель понёс такой урон в результате вступления Ваших войск в его земли, какой сам намеревался причинить Вам тем же путём.

Хотя в результате того, что командующего Вашими войсками в Вальтелине охватил панический ужас и он проявил трусость^[303], а некоторые из тех, ради освобождения коих Вы её брали, совершили предательство и изменили Вам^[304], были утрачены преимущества, которых Вам ранее удалось добиться силой и разумом, всё же тот год счастливо увенчался взятием островов Сент-Маргерит и Сент-Онора^[305] и спасением Лёката, осаждённого испанцами^[306].

В первом случае 2,5 тыс. французов высадились средь бела дня на остров, который охранялся таким же числом испанцев и итальянцев и был укреплён пятью фортами, расположенными через равные промежутки и соединёнными между собой рвами и валами, каковые почти целиком окружали его солидным бруствером. После высадки Ваши воины вступили в бой и разбили противостоявших им врагов, а затем, принудив большую их часть отступить в свои укрепления, мало-помалу одолели их в течение шести недель таким же количеством приступов, сколько фортов было на острове, хотя один из них имел пять больших бастионов, так хорошо оснащённых пушками, людьми и всем необходимым, что, казалось, и подступаться к нему не следует.

Во втором случае мощная армия была так хорошо укрыта, что подойти к ней можно было только через горнверк^[307] длиной в тысячу туазов^[308], да и этот горнверк был изрядно укреплён: через каждые двести шагов были построены форты и редуты, вооружённые пушками и охраняемые пехотой. Ночью Ваша армия пошла на приступ и, несмотря на меньшую численность, одолела неприятеля и разбила его полностью в нескольких сражениях.

Эти два подвига настолько необыкновенны, что их нельзя назвать деяниями, совершёнными благодаря исключительному человеческому мужеству, не прибавив при том, что им содействовали рука и Промысел Господа, который явно был на нашей стороне.

Начало 1638 года было отмечено для Вас неприятными событиями^[309] в Италии^[310], в Сент-Омере^[311] и в Фонтараби^[312], случившимися из-за военных неудач, безрассудства, трусости или злонамеренности некоторых командующих Вашей армией^[313], а конец увенчался взятием Брейзаха^[314] в результате длительной осады, двух сражений и множества мелких боёв, предпринятых для оказания ему помощи.