1812. Все было не так! - Георгий Суданов

Остается лишь удивляться, как подобное могло произойти? По мнению историка А.Ю. Бондаренко, Кутузову, «поспешившему доложить о победе при Бородине», просто «очень повезло».

Бородинское сражение. Французский лубок XIX века

На самом деле очень многие, в том числе и в России, искренне не понимают, почему победой считается сражение, после которого русские войска отступили? И почему после одержанной полной стратегической и тактической победы русские не просто отступили, а вообще вдруг взяли и оставили Москву?

Кстати сказать, для участников сражения подобного парадокса не существовало: многие российские генералы считали Бородино серьезным поражением.

Вот лишь несколько примеров.

Британский генерал Роберт Вильсон, находившийся наблюдателем при штаб-квартире русской армии, утверждает, что донесение М.И. Кутузова императору Александру «было и не верно, и не чистосердечно».

Генерал Л.Л. Беннигсен в своих «Записках» делает следующие неутешительные выводы: «Мы были оттеснены на всех пунктах, на которые была произведена атака», а Наполеон «овладел всеми высотами и стоявшими на них батареями». Он же говорит о том, что «одним из пагубных последствий Бородинской битвы была потеря Москвы, столицы Российской империи, что повлекло за собою огромные и неисчислимые потери для казны и множества частных лиц».

Генерал А.П. Ермолов называет день сражения «ужасным днем».

Адъютант Барклая де Толли В.И. Левенштерн пишет:

«Потери, понесенные нами людьми и лошадьми, были огромны».

Упрямые факты свидетельствуют именно об этом. Более того, сам М.И. Кутузов всегда говорил, что «тот генерал, который сохранит еще резерв, не побежден». В Бородинском сражении свой резерв (30-тысячную гвардию) сохранил Наполеон, а вот у Кутузова все резервы были задействованы в деле. Заявления же некоторых историков о том, что Кутузов сохранил к концу сражения 20-тысячный резерв, просто не соответствуют действительности.

Таким образом, получается следующее: ни Наполеон, ни Кутузов в Бородинском сражении не достигли своих главных целей. Наполеон не разбил русскую армию и не вынудил русских подписать выгодный для него мир, а Кутузов не отстоял Москву. При этом, если использовать спортивную терминологию, Наполеон одержал уверенную победу «по очкам». Почему? Да потому, что русские войска к концу сражения оставили все занимаемые позиции (слова М.И. Кутузова о том, что «неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли», явно противоречат действительности), что потери русских были огромны (об этом чуть ниже), что у них совсем не осталось резервов…

В этом смысле любые утверждения о том, что наполеоновская армия в ночь после сражения оставила все захваченные у русских позиции и отошла назад, являются очередным мифом. На самом деле войска Наполеона ночевали на поле сражения, сохранив в своих руках и село Бородино, и Багратионовы флеши, и село Семеновское, и Курганную высоту.

Да, похоже, что опытный М.И. Кутузов и не мечтал одержать победу при Бородине. Во всяком случае, авторитетный военный специалист Карл фон Клаузевиц высказывает об этом следующее мнение:

«Кутузов, наверное, не дал бы Бородинского сражения, в котором, по-видимому, не ожидал одержать победу, если бы голоса двора, армии и всей России не принудили его к тому. Надо полагать, что он смотрел на это сражение как на неизбежное зло».

«Гениальные» действия Кутузова

Как мы помним, М.И. Кутузов обещал императору Александру исправить слабость позиции при Бородине своим искусством. Вопрос: удалось ли ему это сделать?

Советский историк П.А. Жилин уверяет нас, что Михаил Илларионович проявил в ходе сражения «колоссальную энергию и умение руководить войсками на поле боя». А вот некоторые другие историки даже договорились до того, что «военный гений Кутузова оказался выше военного гения Наполеона».

К сожалению, это тоже один из мифов войны 1812 года.

Итак, позиция при Бородине была плохая, но это выглядело еще хоть как-то поправимым. Главное же заключается в том, что главнокомандующий даже не попытался что-либо «исправить искусством». Более того, складывается впечатление, что руководство боем М.И. Кутузов практически не осуществлял.

В этом смысле весьма красноречиво мнение опытнейшего генерала Н.Н. Раевского, который после сражения сокрушался:

«Нами никто не командовал».

А вот свидетельство еще одного очевидца событий, В.И. Левенштерна:

«Кутузов показывался редко».

Он же потом написал:

«Кутузов не сходил весь день с места».

Будущий декабрист А.Н. Муравьев также отмечает «малую подвижность» Кутузова, «стоявшего все время у деревни Горки, откуда и давал он свои приказания, не обнимая зрением всего поля сражения».

Чтобы было понятно, отметим, что деревня Горки находилась на крайнем правом фланге русской позиции, боевых действий там не было, а войск там Кутузов собрал огромное количество. Вопрос: зачем?

Многие специалисты полагают, что Кутузову с самого начала следовало сократить фронт своей армии и расположить его южнее – между Новой и Старой Смоленскими дорогами. Конечно же, главнокомандующий видел, что левый фланг является «слабым местом», но он не произвел никакой перегруппировки войск. К тому же полностью достроить укрепления на Семеновских высотах не удалось, так как, согласно приказу, еще 22 августа (3 сентября) весь шанцевый инструмент был передан в 1-ю армию, и требовалось много времени, чтобы вернуть его обратно.

Бородинское сражение (художник Ф. Лежён)

В результате в ходе сражения войска русского левого фланга, руководимые князем Багратионом, были довольно быстро уничтожены мощным ударом артиллерии и основных сил Наполеона. Чтобы хоть как-то исправить положение, было предпринято запоздалое перемещение находящихся в бездействии войск с правого фланга, но и это, по большому счету, не помогло. Левый фланг русской армии начал отступать, все больше и больше загибая линию русских позиций.

Вообще некоторые исследователи считают, что Шевардинский редут, взятый войсками Наполеона 24 августа (5 сентября), представлял собой опорную точку левого фланга русского фронта. Так, кстати, считал и генерал А.П. Ермолов. А это значит, что по ошибке М.И. Кутузова фронт русских войск вообще оказался фактически развернутым флангом к наступавшему противнику. Это выглядит полной нелепицей, и эту ошибку попытались исправить после Шевардинского боя, «отклонив» левый фланг русской армии к Семеновским высотам.