Черчилль - Пол Джонсон

Уинстон Черчилль прожил полноценную жизнь, и мало кто из людей будет способен сравниться с величием, разнообразием и успехом в различных сферах жизни. Однако каждый может учиться на его примере, изучив пять уроков.

Урок первый: всегда стремиться к вершине. Ребенком Черчилль был лишен отцовского одобрения, мать также мало в чем его поощряла. Он осознавал свои неудачи в школе. Однако он все равно стремился достичь вершины. Он поборол свою нелюбовь к математике, что дало ему возможность сдать экзамен. Он добился большого успеха в том, что мог делать на «отлично», во владении английским языком. Осознавая свое невежество, он заставил себя изучить историю Англии и ознакомиться со значимыми литературными произведениями. Став хозяином своей судьбы, он играл в поло, чтобы завоевать высшую мировую награду. В течение короткого промежутка времени он принял участие в пяти военных конфликтах и стал ветераном боевых действий, а также одним из самых опытных (и высокооплачиваемых) военных корреспондентов в мире. Затем он нацелился на Палату общин, где пробыл постоянно (с небольшим перерывом) более полувека. Он жаждал власти и получил ее, усиливая свое влияние. Он никогда не жаждал и не выпрашивал кабинетной должности, однако получал ее на своих собственных условиях. Он хотел стать премьер-министром, осознавая, что только он в силах добиться конкретных целей. В 1940 году он устремился не просто к вершине, но на самый верх – к спасению раздираемой страны, над которой нависла угроза общенациональной деморализации, к тому, чтобы страна обрела крепкую почву под ногами, к тому, чтобы привести свою страну к спасению и победе. Он не всегда достигал поставленных целей, однако стремясь к вершине, он всегда достигал чего-то стоящего.

Урок второй: альтернативы тяжелому труду не существует. Черчилль нарушал данный постулат эффективным (для него) ритуалом, проводя утро рабочего дня в постели, делая телефонные звонки, консультируя и диктуя. Он также открыто наслаждался своим свободным временем, которое для него стало иной формой тяжелого труда, стараясь держать себя в форме и хорошо отдохнуть, чтобы выкладываться по полной, исполняя свою работу. Баланс, который Черчилль поддерживал между изматывающей работой и плодотворным, восстанавливающим силы отдыхом, является предметом изучения для любого высокопоставленного работника. Однако он никогда не уклонялся от тяжелого труда. Он нес ответственность за принятие важных и опасных решений в течение шестнадцатичасового рабочего дня, что само по себе является самой тяжелой работой. Составляя речь, он старался добиться совершенства. Никто и никогда не прилагал столько усилий, чтобы стать таким искусным оратором. Он заставлял себя преодолевать большие расстояния, часто подвергаясь лишениям и опасности, чтобы встретиться с высокопоставленным государственным деятелем лицом к лицу в обстановке, где его обаятельная убедительность срабатывала наверняка. Он тяжело трудился над любым делом, прилагая максимум усилий: в Парламенте, на административной работе, в области геополитики и геостратегии, сочиняя книги, рисуя, создавая идеальный дом и сад, наблюдая за вещами и по возможности изготавливая что-то для себя. Ошибки. Он совершал их постоянно. Однако в его работе не было ничего низкопробного или бесполезного. Он тратил много энергии на все начинания и был в состоянии все это делать лишь потому, что (как он сам мне это сказал) мог накапливать ее и разумно расходовать свои запасы. Существовал некий парадокс в том, сколько мышечной силы он растрачивал, обладая при этом белым и по всей видимости слабым телом.

Урок третий – и самый важный: Черчилль никогда не позволял ошибкам, катастрофам – личностным или общенациональным – случайностям, болезням, отсутствию популярности или чрезмерной критике выбить себя из седла. Его способность восстанавливаться как после физических недугов, так и после психологических потрясений была поразительной. Быть обвиненным в ужасающем провале и огромных потерях во время операции в Дарданеллах было громадным грузом. Черчилль ответил тем, что принял участие в боевых действиях на западном фронте, где он терпел лишения и неудобства, подвергаясь опасности, а позднее проделал замечательную работу в министерстве боеприпасов. Он выставил себя на посмешище, отказавшись от должности, и был осмеян Палатой общин в одной из самых жесточайших форм унижения человеческой личности. Он вновь поднялся на ноги и тяжело работал, чтобы вернуться обратно. Он обладал мужеством, одним из важнейших человеческих качеств, которое неотделимо от силы духа. Это врожденные качества, однако их можно развивать, и Черчилль работал над этим всю свою жизнь. В некотором смысле вся его карьера является примером того, как можно проявлять, воспитывать, контролировать, осторожно расходовать мужество, повышать его и концентрировать и делиться им с другими. Люди, неуверенные в своих силах, могут обратиться к примеру Черчилля, чтобы почерпнуть мужества и уверенности.

Урок четвертый: Черчилль тратил ничтожное количество времени и эмоциональных сил на подлости жизни: контробвинения, злобу, месть, распространение сплетен, зависть, сведение счетов и многое другое. В тяжелой борьбе он не марал руки и, закончив одну, приступал к новой задаче. Это и является одной из причин его успеха. Нет ничего более опустошительного и изнуряющего, чем ненависть. Черчиллю нравилось прощать и мириться. Его отношение к Болдуину и Чемберлену после его избрания премьер-министром является наглядным примером высочайшего благородства. Ничто не доставляло ему большего удовольствия, чем замена враждебности на дружелюбие, даже в отношениях с немцами.

И наконец, последний, пятый, урок: отсутствие ненависти наполнило жизнь Черчилля нескончаемой радостью. Его лицо преображалось, озаряясь радостью, когда случалось какое-нибудь неожиданное, но приятное событие. Я был свидетелем такого преображения на Даунинг-стрит, когда Болдуин назначил его министром финансов. Радость была частым гостем в душе Черчилля, прогоняя скуку, отчаяние, дискомфорт и боль. Он любил делиться хорошим настроением и приносить радость окружающим. И тот факт, что Черчилль был счастлив среди людей, не должен быть забыт. Он настаивал, чтобы ворота Чартвелла были всегда открыты, чтобы жители Вестерхема могли заходить и наслаждаться садом. Он поддерживал хорошие взаимоотношения практически со всеми, кто служил ему или работал с ним, вне зависимости от общественного положения. Являясь больше чем на половину американцем, он мало внимания уделял классовым предрассудкам. Его поклон пожилого человека молодой королеве был признан произведением искусства: медленный, полный достоинства, скромный и глубокий. Однако он склонялся перед традицией и историей, но не перед титулом. Он научил людей ценить шутки и анекдоты и являлся автором таковых. Ни над одним политическим лидером столько не смеялись, сколько смеялись над Черчиллем и с Черчиллем. Ему нравилось шутить и придумывать анекдоты, и в течение своей долгой жизни он немало их придумал. Он также коллекционировал и пересказывал анекдоты. Черчилль любил петь. Бивербрук сказал: «Он фальшивил, но пел с энергией и энтузиазмом». Он любил напевать «Ta-ra-ra-Boom-de-ay», «Daisy Daisy» и старые песни времен бурской войны. Его любимой песней была «Take a Pair of Sparkling Eyes» из фильма Гилберта и Салливана «Гондольеры», которую леди Моран, обладавшая красивым голосом, исполняла для него. Черчилль был эмоциональным и легко начинал плакать. Однако его слезы быстро высыхали и радость возвращалась к нему. Он черпал силы у окружавших его людей и с лихвой отдавал их обратно. Каждый, кто ценит свободу в рамках закона, сотворенного людьми и для людей, может найти поддержку и обрести уверенность, прочитав историю жизни Черчилля.