Американская разведка против Сталина - Николай Платошкин

Штаб «Ингвар» располагался в Минске (под «крышей строительной фирмы “Erbauer”»), а его резидентуры – в Барановичах и Борисове. Задачи этого подразделения ничем не отличались от «особого штаба Р».

13 сентября 1944 Околович был арестован гестапо (немцам тогда не понравился лозунг НТС – «ни немцев, ни большевиков»), но был отпущен в апреле 1945 года по ходатайству Власова. Неоднократно советская разведка пыталась совершить покушение на Околовича и членов его семьи. В 1962–1970 гг. возглавлял издательство НТС «Посев» (находилось во Франкфурте-на-Майне). Умер в 1980 году в ФРГ.

В любом случае Околович приобрел у Смысловского прекрасный опыт по заброске агентуры в Советский Союз. Правда, его хозяевами тогда были не американцы, а нацисты. Но в ЦРУ это никого не смущало.

Мартино в ЦРУ характеризовали как «блестящего инструктора, пользующегося полным уважением офицеров ЦРУ и агентов из рядов НТС». Борис Борисович Мартино родился в Кронштадте 5 июня 1917 года в семье морского офицера и оказался с родителями после конца Гражданской войны в Югославии. Член НТС с 1937 года, лидер белоэмигрантского скаутского движения. В 1942 году через Берлин перебрался в Польшу, но дальше в СССР, как планировалось, не попал, так как «заболел». Окончание войны застало его в Западной Германии. С 1952 года Мартино – в «закрытом секторе» НТС.

За радиоподготовку агентов от НТС отвечал Александр Васильев, за идеологическую обработку агентов – Виктор Копылов.

В 1954 году в рамках сотрудничества ЦРУ с НТС планировалось подготовить 10 разведчиков и 4–6 «пропагандистов».

Всего в 1952 году на территорию СССР было заброшено три члена НТС, а весной 1953 года – 8. В ЦРУ (по состоянию на весну 1954 года) наивно полагали, что 6 агентов успешно легализовались и поставляют по радио информацию. На самом деле эту (дез)информацию сочиняли в КГБ.

Визнеру нравился радикализм НТС, хотя многие «успешные операции» этой группы в СССР существовали только на бумаге с целью выбить из ЦРУ дополнительное финансирование.

Несмотря на фиаско с бандеровцами, Визнер не прекращал заброску агентуры в СССР, хотя и прекрасно понимал, что отправляет эмигрантов фактически на верную гибель. Визнера полностью поддерживал Даллес, который, несмотря на свой добрый профессорский вид (трубка, твидовый пиджак, мягкие туфли и столь же мягкая улыбка), был крайне холодным и безразличным к судьбам других людей человеком. Когда ему сообщили о провалах засланной в Восточную Европу агентуры, Даллес и ухом не провел: «Зато мы приобретаем полезный опыт на случай будущей войны»^[132].

Первая заброска агентуры в СССР после прихода Даллеса в ЦРУ состоялась в августе 1951 года. Первыми даллесовскими нелегалами стали бывшие члены власовской армии Ященко и Воронец. Они были выброшены под Минском. Однако информацию о своих агентах американцы получили лишь спустя три месяца, причем из советской печати: сообщалось, что шпионы расстреляны.

С августа 1951 года по май 1954 года самолеты ВВС США не менее 7 раз нарушали воздушное пространство СССР, сбросив около 30 своих агентов над Молдавией, Украиной, Белоруссией, Прибалтикой, Северным Кавказом. В период с 1951 по 1954 год советской контрразведкой было поймано более тридцати парашютистов, большая часть которых была расстреляна. Остальные использовались в радиоиграх.

В 1953 году детище Визнера – КЦАБ – развалилось: украинские и прочие националисты создали в Париже свой «блок» – Международный антибольшевистский координационный центр, а визнеровский КЦАБ был переименован для пущей важности в Координационный центр освобождения народов России. Напомним, что созданная нацистами в 1944 году власовская политическая организация носила название – Комитет освобождения народов России. Преемственность явно налицо.

В результате в «сухом остатке» «операции Активный» оказалось финансируемое ЦРУ «Радио Свобода», начавшее в 1953 году вещание на языках народов СССР.

Тем не менее на протяжении 1951 и 1952 годов ЦРУ осуществляло в ФРГ подготовку агентуры из состава членов НТС для заброски в СССР в рамках операций «Caccola A» и «Caccola B». Агенты проходили обычно по псевдонимам «Capable» («способный») или «Caccola» с порядковыми номерами (например, «Capable 42» и т. д.). Агентов учили использовать шифры, применять фотодело, изготавливать и распространять в СССР антисоветские пропагандистские материалы^[133]. Каждый агент должен был совершить как минимум три прыжка с парашютом. К пребыванию в СССР людей готовили с помощью метода практических ситуаций («кейсов»), которые им надлежало решить в определенное время.

Физическая подготовка развивала у агентов, прежде всего, выносливость. По окончании курса человек должен был пробежать 5 миль или пронести на плечах 45 килограмм, пройдя 9 миль. «Значительное время» было отведено борьбе без оружия. Из игр агентам больше всего нравился волейбол. В ЦРУ отмечали, что «даже глубокий снег и мороз не могли помешать мощной конкуренции во время игр между великорусскими и украинскими командами»^[134].

Идеологическая подготовка была направлена на сохранение и развитие мотивиации курсантов для борьбы против советского строя. Агентам читали лекции (в том числе и сами агенты), например, о влиянии христианства на русскую историю. При этом, естественно, подчеркивался «безбожный», а значит нерусский, характер советской власти. Американские офицеры рассказывали об истории США. Кроме того, каждую неделю агенты «оживленно» обсуждали текущие события в мире. Ежедневно курсанты слушали европейские передачи «Голоса Америки». Все русские, отмечали инструкторы ЦРУ, особенно из эмигрантских организаций, очень интересовались вопросами идеологии.

В аналитической записке ЦРУ отмечалось, что такой предмет, как «Советская жизнь», преподавался в «общем и целом», вместо того, чтобы сделать упор на бытовые ситуации, с которыми может столкнуться агент-нелегал. Поправить положение, по мнению американцев, мог только «свежий» перебежчик из СССР. Все классы были украшены советскими плакатами и лозунгами, а агентов заставляли каждый день употреблять советские слова-неологизмы, слушать радио Москвы и читать советские газеты.

Не очень довольны в ЦРУ были некоторыми вопросами конспиративной работы. Например, агентам пока плохо удавалось извлекать полезную информацию при беседе с ничего не подозревающим человеком. Лучше обстояло дело с подделкой документов.

Восьмичасовой спецкурс был посвящен советским аэродромам и радиолокационному оборудованию. В лесах в районе немецкого города Графенвер (недалеко от Нюрнберга) агенты под руководством американских рейнджеров проходили тренировку по выживанию в экстремальных условиях. Затем была устроена проверка на приземление и первоначальную ориентировку в СССР. Для этого агентов парами сбрасывали с парашютами в полночь в полном снаряжении. После приземления они должны были закопать снаряжение, переодеться, дойти до ближайшего города и сесть на поезд (имея при себе передатчики в чемоданах).