Мифы о штрафбатах - Вадим Телицын

В тот же день, уже в качестве старшего инспектора по технике пилотирования 3-й Воздушной армии, Федоров был послан на аэродром в Бошарово. По пути он встретил двенадцать «Хенкелей», летевших в сторону Торжка. «А я знаю по Испании: как ведущего сбил, все разбегаются, кто куда может». Тогда он на высоте 1800–2000 метров, в отвесном пике, с прямовосходящей свечки сбивает ведущего. И подбивает другого — за ним полился горящий шлейф. При обходе он вышел на двух прикрывающих «мессеров», которые заметили его слишком поздно. Зашел почти с нуля градусов и — оба взорвались. Затем ушел. Когда сел на землю, получил телеграмму: «С КП наблюдал, как от ЛАГГ-З-го падают «Мессершмиты». Желаю дальнейших успехов. Громов»[57].

Громов… подтверждает один из первых сбитых Иваном Евграфовичем вражеских самолетов: 12 июля 1942 г. северо-западнее г. Белый в группе им был сбит Me-109[58].

В дальнейшем инспектор Федоров, по оценке Громова, «проделал большую работу по переучиванию летного состава шести разных конструкций самолетов на истребителей».

<…>

Неудивительно поэтому, что уже спустя несколько дней после «побега» Громов отметил Федорова, наградив его медалью «За боевые заслуги»[59].

«Когда после приказа Сталина о создании штрафных подразделений возник вопрос, кого назначить командиром группы штрафников армии, выбор пал на Федорова. Его попросили назвать лучших летчиков армии, которых он хотел бы взять к себе — сложно следить за штрафниками в воздухе. «Да у нас плохих нет, — ответил Федоров, — плохие летчики в первых боях погибают…»[60].

Майор Федоров назвал… В. А. Зайцева и Г. Д. Онуфриенко. Последний имел опыт участия в боевых действиях в войне с Финляндией, а Зайцев через год за 299 совершенных боевых вылетов был отмечен второй медалью «Золотая Звезда». Назвал Федоров и молодых офицеров, которым еще только предстояло проявить себя — А.Е. Боровых, М.С. Баранова и других.

Под руководством Федорова группа штрафников численностью более полусотни человек за три месяца сбила и подбила, по данным Ивана Евграфовича, порядка пятисот самолетов противника. Свои потери при этом составили всего четыре человека, самолетов — на порядок больше, так как пилоты покидали горящие самолеты на парашютах.

Но не только небольшие боевые потери были характерны для группы штрафников под командованием Федорова. Немалое значение имело и то обстоятельство, что он наотрез отказывался расстреливать своих летчиков, считая, что если за каждую оплошность стрелять — воевать будет некому. Состоялся жесткий разговор с командующим фронта И.С. Коневым[61], в ходе которого последний выяснил, что чересчур самостоятельный майор Федоров не хочет расстреливать других русских «иванов». Командующий понял, что, защищая других, Федоров не боится рисковать собственным будущим»[62].

Удивительная история, неправдоподобная!

Вот что пишет упомянутый нами Ю.В. Рубцов:

«Кое-кто из публицистов сразу схватился за такое «открытие». Однако детали публикации — в частности, требования, якобы исходившие, по воспоминаниям самого фронтовика, от командующего фронтом генерал-полковника И.С. Конева, «расстреливать других русских «иванов»», то есть подчиненных Федорова, рождают большое сомнение в достоверности рассказанной истории. Во-первых, требование явно нелепое: за что расстреливать, и почему это должен был делать строевой летчик Федоров, единолично верша суд и расправу и подменяя военный трибунал? Во-вторых, вероятность указанного разговора генерала с майором практически равна нулю: И.С. Конев с августа 1942 г., то есть в дни описываемых событий, командовал уже не Калининским, а Западным фронтом. К слову, и число боевых побед «штрафников» — какое-то невероятное: несколькими абзацами ниже автор сам приводит статистику, в соответствии с которой не полсотни летчиков, а целая 273-я авиадивизия (ею с апреля 1943 г. командовал И.Е. Федоров) в период не трех, а девяти месяцев — с апреля по декабрь — сбила 509 самолетов противника, причем на этот период пришлись напряженнейшие бои над Курским выступом. Так, либо фронтовика подвела память, либо интервьюировавший его автор что-то не понял и исказил»[63].