Рихард Зорге - Вячеслав Кондрашов

Рамзай сразу заметил, что его сопровождают агенты наружного наблюдения, но демонстративно не обращал на них никакого внимания. Вернувшись в гостиницу, он обнаружил, что его номер обыскивали, рылись даже в личных вещах. Опасаться ему было нечего, никаких компрометирующих материалов или вещей при нем не было. В дальнейшем, подтверждая свою легенду, он стал оставлять на столе наброски статей, смятые черновики, зная, что проверяющим придется долго заниматься их систематизацией и переводом…

Через несколько дней Зорге получил извещение, в котором его приглашали явиться в полицейское управление Токио. Там он провел несколько часов, заполняя подробные анкеты и отвечая на вопросы сотрудников. В заключение у него взяли отпечатки пальцев. Все эти процедуры были стандартными, их проходили все иностранцы, прибывавшие в Японию. Немецкий журналист с безупречными документами не вызвал подозрений у полицейских, ему сразу выписали вид на жительство, что позволяло легально находиться в стране. Теперь Рихард должен был получить официальное разрешение государственных органов на работу в качестве корреспондента немецких и голландской газет.

В первую очередь он посетил министерство иностранных дел и представился руководителю отдела информации, вручив ему рекомендательное письмо посла Японии в США. В разговоре с этим влиятельным чиновником Зорге подчеркнул, что в своих статьях намеревается рассказывать европейцам о величии японской нации, призывать к сближению Германии и Японии, пострадавших от политики ведущих империалистических держав. Он заметил, что чиновник польщен словами немецкого корреспондента. Тот внимательно прочитал рекомендательное письмо из Вашингтона, долго изучал печать и подпись посла, а затем официально объявил, что Зорге получает разрешение на работу в Японии. Его будут приглашать на еженедельные пресс- конференции в МИДе и мероприятия Информационного бюро японского правительства. Кроме того, руководитель отдела информации доверительно пообещал организовывать Рихарду встречи с руководителями министерства и другими влиятельными политиками, чтобы использовать интервью с ними для своих статей.

После такого удачного визита Зорге на следующий день направился в германское посольство. Дипломатическое представительство располагалось в старинном здании в центре Токио, неподалеку от императорского дворца. Немецкого журналиста приняла секретарь посольства. Ей понравился стройный представительный мужчина, державшийся уверенно и явно знавший себе цену. Он был хорошо осведомлен о последних событиях в Германии, о которых мало знали давно находившиеся за рубежом дипломаты. Поэтому фройляйн Гааз, обычно строго относившаяся к посетителям, которые предварительно не записались на прием, сразу проводила Зорге к послу. Его превосходительство Э. Фореч, 65-летний дипломат, собирался возвращаться на родину, поэтому уже мало занимался служебными делами. Однако Рихарда он принял сразу, надеясь больше узнать о жизни в Третьем рейхе, откуда в последнее время поступало много противоречивых новостей и слухов.

В кабинет посла решительно вошел немецкий журналист, вскинул руку в нацистском приветствии. Затем предъявил свои документы и рекомендательные письма, рассказал, что его направлял в Японию лично гауляйтер Геббельс, поинтересовался, есть ли в немецком землячестве Токио национал-социалистическая партийная организация, и заявил, что намерен активно работать в ней. Много чего повидавший в жизни глава диппредставительства, как отметил Рихард, даже растерялся. Он обещал оказать новому корреспонденту Третьего рейха максимальное содействие, официально представить его в местных министерствах, а также в германской колонии. Фореч все-таки задал Зорге несколько вопросов о том, как новые власти относятся к потомственным аристократам, так как принадлежал к известному в Германии роду, а также к отставным чиновникам. Посол информировал Рихарда, что в ближайшее время покидает Японию и скоро ему на замену из Берлина прибудет новый дипломат. Фройляйн Гааз проводила журналиста к выходу и многозначительно сказала, что готова помогать ему и будет ждать новых встреч…

После успешного визита в германское посольство Зорге стал налаживать связи в журналистских кругах. Он посетил Токийскую ассоциацию иностранных корреспондентов и заплатил вступительный взнос, что было достаточно для того, чтобы стать ее членом. Знакомство с коллегами он начал со своих соотечественников. В Токио было много немецких журналистов, представлявших различные газеты, Германское телеграфное агентство и Германское агентство экономических новостей. Они поддерживали между собой профессиональные отношения, обменивались мнениями и информацией, используя данные от своих собственных источников. Это сообщество быстро приняло в свои ряды нового журналиста, недавно прибывшего из Германии. Коллеги увидели в нем профессионала, обладающего многими необходимыми для этой работы данными. Он много знал о Китае, проблемах Северной Азии, мог ответить на самые сложные вопросы, касающиеся этого региона. К тому же Зорге считали роскошествующим журналистом, так как он часто угощал коллег за свой счет.

Являясь корреспондентом амстердамской газеты, Рихард установил контакты с голландской колонией в Токио, а также дипломатическими и деловыми кругами этой страны. Нацистскому репортеру было трудно налаживать отношения с другими иностранными журналистами, в том числе с англичанами и американцами, из-за их антигерманских настроений, связанных с приходом к власти Гитлера. Однако профессиональные встречи с ними периодически происходили.

Знакомство с германской колонией Зорге начал с партийной ячейки. Она была создана недавно и, как увидел Рихард, действовала почти на любительском уровне. Прибывший же из Берлина корреспондент, встречавшийся с видными нацистскими чиновниками и сыпавший цитатами из «Майн кампф», сразу произвел впечатление на местных нацистов. Рихарду едва ли не сразу предложили занять руководящую должность в организации, но он отказался, сославшись на то, что Геббельс отправил его в Японию в качестве журналиста, а не партийного работника. Вместе с тем Зорге согласился возглавить идеологическую работу в нацистской организации, считая ее дополнительным прикрытием своей последующей разведывательной деятельности.

Помня об опыте своей работы в Китае, Рихард планировал наладить отношения со своими соотечественниками. Немецкое землячество насчитывало около двух тысяч человек, представленных дипломатами, журналистами, предпринимателями, инженерами, военными, врачами и другими лицами, по разным причинам оказавшимися в Японии. Они посещали Германский клуб, где устраивали встречи, банкеты, балы и другие мероприятия. Это была нужная разведчику среда, в которой можно было найти важные источники информации.

Личные качества Зорге помогли ему быстро стать завсегдатаем всех проводимых земляками мероприятий, на которых он всегда был в центре внимания. Веселый компанейский человек, к тому же интересный собеседник, новый журналист быстро заводил новые знакомства. Рихард, строго придерживавшийся своей легенды, рассказывал о начавшемся возрождении страны под руководством великого фюрера, который покончит с позорным Версальским договором, о массовых митингах в его поддержку, факельных шествиях, других массовых мероприятиях, непрерывно происходивших в большинстве германских городов. Рихард про себя отмечал, что, к сожалению, практически все члены немецкой колонии с удовлетворением и даже радостью воспринимали происходящее в Германии, быстро обучились нацистским приветствиям, стремились подражать буйным наци в прежде традиционно тихом и уютном клубе.