Савва Морозов - Анна Федорец

В каждой из палат имелись вентиляторы для свежего и теплого воздуха. Палаты были терапевтические и хирургические. Для инфекционных больных предназначался специальный барак на 20 кроватей. Больных обслуживали 2 врача, аптекарь, 7 фельдшеров и 38 служителей. Родильный приют на 6 кроватей обслуживали врач, 2 акушерки, 6 помощниц».^[126] За пределами Никольского, на других землях Товарищества, были созданы еще одна больница и больничный барак при торфоразработках. Молоко для больниц, приютов и колыбельной поставлялось с собственного скотного двора, где специально для этих целей содержалось 35 коров. Пользование всеми перечисленными благами было бесплатным. Только за 1880/81 отчетный год Товарищество затратило на содержание медицинских учреждений приличную сумму — более 40 тысяч рублей. Еще почти семь тысяч было потрачено на содержание детских учреждений.

Таким образом, в Никольском имелось всё, чтобы обеспечить благосостояние рабочих и членов их семей. Появилась возможность воспитывать потомственных рабочих: дети, не достигшие семилетнего возраста, содержались в яслях и детском саду, в семь лет шли в училище, а затем — в учебные мастерские для приобретения профессии. Девочек учили рукоделию, мальчиков — столярному, слесарному, токарному, кузнечному, ткацкому и переплетному ремеслам. Нередко одной из причин стачек называют то, что фабричному люду стали продавать гнилые продукты. Однако из донесений чиновников известно, что это не так. Ассортимент продуктов был достаточно широк: несколько сортов мяса и рыбы, хлеб, мука, различные крупы, масла, овощи, чай, сахар, пиво, молочные продукты. Качество отпускавшихся в лавке продуктов было неизменно хорошим. Помимо харчевой лавки на территории мануфактуры функционировал рынок, где можно было купить продукты крестьянского хозяйства. Питьевая вода с 1880 года поступала из специально пробуренных артезианских скважин. Имелись пекарня и квасная, причем квас на фабрике отпускался бесплатно. За проживание в казармах и отопление жилья плата с рабочих также не взималась. Не забывало руководство фабрики и о духовных потребностях рабочих. Так, в Никольском существовало две библиотеки: общественная и детская, которая находилась при училище.

Разумеется, если судить с точки зрения сегодняшних бытовых норм, условия проживания рабочих Никольской мануфактуры были далеки от идеальных. Использовался — как и на других фабриках — труд детей и подростков, работа на предприятиях проходила в три смены, причем третья смена — в ночное время. Казармы «состояли из тесных «каморок», набитых семьями». И всё же… подобные вещи необходимо расценивать с позиции того времени, когда они происходили. Большинство рабочих — это бывшие крестьяне, покинувшие деревню ради заработка. Поэтому проживание нескольких семейств в одной казарме «соответствовало укоренившейся привычке деревенской бедноты жить большой семьей в одном помещении».

^{Савва Тимофеевич Морозов}

^{Тимофей Саввич Морозов, отец Саввы}

^{Мария Федоровна Морозова (урожденная Симонова), мать Саввы}

^{Мария Александровна Гарелина (урожденная Крестовникова)}

^{Дом М. Ф, Морозовой. Москва. Большой Трехсвятительский переулок. Центральный фасад. Фото конца XIX в.}

^{Малая гостиная в доме М. Ф. Морозовой в Большом Трехсвятительском переулке. Фото конца XIX в.}

^{«Приезд гувернантки в купеческий дом». Художник В. Г. Перов. 1866 г.}

^{Хитровская площадь. Вид с каланчи Мясницкой полицейской части. 1916 г.}

^{Вид на Кремль с площадки Морозовского сада. 1850-е гг.}

^{Зинаида Григорьевна Морозова (урожденная Зимина), впоследствии — жена С. Т. Морозова. 1888 г.}

^{Савва Тимофеевич Морозов, мануфактур-советник, с орденом Святой Анны на шее. 1896 г.}

^{Дом Зинаиды Григорьевны Морозовой на Спиридоновке}

^{Никольская мануфактура}

^{Савва Тимофеевич Морозов}

^{Макарьевская флачная часовня во время открытия ярмарки}

^{Нижегородская ярмарка. 1890-е гг.}

^{Нижегородская ярмарка. Главный ярмарочный дом. 1890-е гг.}