Века перемен. События, люди, явления: какому столетию досталось больше всего? - Ян Мортимер

В 2009 г. меня пригласили произнести речь в честь 1100-й годовщины основания Эксетерской епархии на юго-западе Англии. Главной темой речи стал вопрос, лежащий в самом сердце этой книги: в каком из прошедших одиннадцати веков произошло больше всего перемен? Я решил, что в данном случае нужно не только проиллюстрировать разнообразные изменения, произошедшие в нашей жизни с 909 г. н. э., но и сделать какой-то вывод. Готовя книгу, я заметил в своем исследовании закономерность, которая приводит к следующему выводу: в течение рассматриваемого промежутка времени мы преодолели некий порог, который всегда будет влиять на человечество. В заключении этой книги идея раскрывается более подробно. Я считаю, что если человечество проживет еще тысячу лет, то изменение, которое я назвал самым глубоким, займет свое место в ряду архетипических моментов истории вместе с древними изобретениями, сформировавшими нашу культуру: языком, письменностью, огнем, лодкой, колесом и религией.

Обдумывая этот вопрос после 2009 г. и ходя по коридорам и читальным залам библиотек, чтобы провести более тщательный сбор информации, я чувствовал себя раздавленным исторической наукой нашего общества, особенно трудами последних 60 лет. В одной библиотеке меня поразило ощущение, что я никогда не смогу узнать достаточно, чтобы написать подобную книгу. Несколько столетий угрожали раздавить меня, возвышаясь надо мной, подобно гигантским теням. Я стоял перед целой стеной книг о крестовых походах и чувствовал себя таким же безымянным и незначительным, как и люди, которых убивали на улицах Иерусалима в 1099 г. Потом я прошел в зал с книгами о Франции XVII в. и едва не впал в отчаяние. Любой историк, который не сохраняет смирения перед лицом такой обширной информации, обманывает себя, а любой, кто не признает своей неспособности авторитетно рассуждать о человеческом прошлом в таких масштабах, – просто жулик. Конечно же, мне бы очень хотелось знать все, чтобы дать как можно более подробный и информированный ответ на поднятый мной вопрос, но человеческий разум способен усвоить не так много информации. У меня было определенное преимущество: я изучаю историю Англии с подросткового возраста – сначала как любитель, потом как студент, как архивист и, наконец, как профессиональный историк и писатель. Поскольку я тридцать лет занимался именно английской историей, в книге вас неизбежно ждет дисбаланс: в большинстве случаев статистика, которую я привожу, относится к Англии, но перемены я выбирал не только те, которые напрямую касаются этой страны. Скорее я рассматривал те перемены, которые оказали влияние на всю западную жизнь, и использовал английские факты и цифры там, где они иллюстрируют практические аспекты изменения, или для того, чтобы передать масштабы. Это показалось мне более удачным вариантом, чем полностью отбросить сферу, в которой я компетентен, ради исправления географического дисбаланса.

Возможно, вы не согласитесь с моим выбором века, в котором произошли наибольшие изменения. Возможно, вы по-прежнему сохраните твердую уверенность в том, что никакая война, голод, чума и социальная революция прошлого не сравнятся с тем, что вы теперь можете пользоваться мобильным телефоном и покупать продукты через Интернет. Неважно. Цель этой книги – вызвать дискуссию о том, кто мы такие и что сделали за тысячу лет, а также о том, что можем сделать, а что находится за пределами наших возможностей, и оценить, что невероятный опыт последних десяти веков значит для человечества. Если еще хотя бы несколько человек станут обсуждать подобные вопросы и, соответственно, в долгосрочной перспективе поймут кое-что о человеческой природе и смогут применить эти знания в будущем, значит, книга достигла своей цели.