Скифы - Алексей Смирнов

Читателю, несомненно, известно деление истории человечества на несколько периодов, определяемых способом производства: первобытно-общинный, рабовладельческий, феодальный и т.д. При этом первобытно-общинный период делится на две эпохи: дикость и варварство, каждая из которых, в свою очередь, подразделяется на три ступени — низшую, среднюю и высшую. Это деление известно в науке под названием периодизации Моргана — Энгельса.

Одновременно по раннему периоду истории существует и другая периодизация, основанная на развитии орудий труда, на последовательном освоении человечеством различных материалов для их изготовления. Эта периодизация, обычно называемая археологической, выделяет три эпохи: каменный век, бронзовый и железный, точнее, раннежелезный, так как позднейшие этапы железного века, который продолжается и в настоящее время, не являются предметом изучения археологии.

Если рассматривать историю человечества в целом, обобщенно, то между этими двумя периодизациями можно установить определенное соответствие. Так, начало железного века приблизительно совпадает с началом высшей ступени варварства, бронзовый век соответствует приблизительно средней ступени варварства. Однако в истории определенных территорий соотношение этих двух периодизаций бывает различным, и установить его трудно. При этом не следует забывать и того, что развитие происходит неравномерно, то есть различные, иногда даже соседние, народы достигают определенного уровня развития в разное время.

Появление скифов на мировой арене связано со многими процессами, происходившими в конце II и начале I тысячелетия до н. э. Еще в начале бронзового века (средняя ступень варварства по Моргану — Энгельсу) происходит очень важное в истории человечества событие — выделение пастушеских племен из остальной массы варваров, происходит первое крупное общественное разделение труда. Проходят века и тысячелетия, в продолжение которых пастушеское скотоводство развивается и совершенствуется, и в результате возникает кочевое скотоводство — более производительный вид хозяйства.

Уловить эти изменения в археологическом материале непосредственно невозможно. Но известно, что переход к новым видам хозяйства связан с совершенствованием орудий производства; по-видимому, в скотоводстве к орудиям производства следует отнести конскую сбрую. Действительно, в это время наблюдаются определенные сдвиги: появляются строгие удила. Они сменили более примитивные удила, сделанные из сыромятных ремней. Правда, появление их связывается не только с изменениями в организации скотоводства, но и с эволюцией военного дела. Такие удила найдены на Северном Кавказе, в Закавказье, на Украине, Дону и в Поволжье^[12]. Датируются они VIII-VII веками, а может быть, и IX веком до н. э. Типы их довольно развиты. Новые типы удил делались из бронзы. По времени их появление совпадает с последним расцветом бронзовой индустрии, представленной разнообразным набором вещей: оружием, орудиями труда и утварью, но об этом подробнее мы будем говорить позже.

Второе событие, на котором необходимо остановиться, — это освоение железа. Тысячи, десятки тысяч вещей, окружающих нас, сделаны из этого металла и таких его разновидностей, как чугун и сталь. Нам он представляется сейчас невзрачным и не очень удобным: тяжел, подвержен коррозии... Часто мы просто не замечаем его — слишком привыкли. Гораздо больше нас волнуют новые материалы — продукты химии. Но так было не всегда.

Освоение железа, должно быть, возникло в разных местах земного шара самостоятельно. Первоначально из железа делались лишь украшения; новый металл считался драгоценностью. Такие украшения были найдены в египетских пирамидах IV тысячелетия до н. э. В XIV веке до н. э. о железных изделиях в Египте упоминают уже письменные документы из собрания знаменитого Амарнского архива^[13].

Приблизительно к середине II тысячелетия до н. э. широко распространились железные изделия в странах Двуречья, на островах Эгейского моря и в Италии. Однако полное господство железных орудий и окончательное вытеснение бронзовых относятся к несколько более позднему времени, к началу I тысячелетия до н. э.^[14]

Появление железа в Закавказье датируется XII веком до н. э.^[15] Почти одновременно железо появилось и в Восточной Европе. На поселении Монастырщина эпохи поздней бронзы, расположенном в нынешних границах Воронежа, археолог Г. В. Подгаевский открыл мастерскую по производству железных орудий. От нее сохранились маловыразительные остатки печи, шлаки и небольшие куски руды.

Химический анализ шлаков дал возможность установить сыродутный способ выплавки железа. Там же были обнаружены следы плавки меди и литейные формы бронзовых изделий. Найденный каменный молот для размельчения руды сохранил следы ударов. На другой стоянке конца бронзовой эпохи (XIII-XI века до н. э.), расположенной у озера Моечного, на Самарской луке, Куйбышевской области, также были найдены железные орудия.

Весь материал, которым мы располагаем, показывает, что производство железных орудий началось на территории Восточной Европы еще в до скифский период^[16], но полное господство железных орудий установилось лишь с VIII-VII веков до н. э. и по времени совпадает с приходом скифов в степи Северного Причерноморья.

До сих пор речь шла о явлениях базисного характера. Военная демократия — это уже из области надстройки, это особый тип политического строя. Это действительно была демократия, ибо власть принадлежала народу в лице «народного собрания». В этом отношении новое общество являлось прямым продолжением первобытно-общинного строя, родовой организации. Но почему эта демократия называется военной? «Потому, — отвечает Ф. Энгельс, — что война и организация для войны становятся теперь регулярными функциями народной жизни. Богатства соседей возбуждают жадность народов, у которых приобретение богатства оказывается уже одной из важнейших жизненных целей. Они варвары: грабеж им кажется более легким и даже более почетным, чем созидательный труд. Война, которую раньше вели только для того, чтобы отомстить за нападения, или для того, чтобы расширить территорию, ставшую недостаточной, ведется теперь только ради грабежа, становится постоянным промыслом»^[17].