Голландская республика. Ее подъем, величие и падение. 1477-1806. Том 1 - Джонатан И. Израэль

Это движение быстро разделилось на тех, кто выражал своё неприятие старой Церкви, беря оружие, чтобы помочь Всемогущему уничтожить неугодный ему порядок, и тех, кто проповедовал пассивное сопротивление гонениям. Более воинственное крыло особенно воодушевилось хилиасскими желаниями и апокалиптическими идеями. Те, кто пропагандировал революцию — Ян Матис, проповедник из Харлема, и Ян Бёккелсз, проповедник из Лейдена, начали агитацию, которую в 1534 году они перенесли в вестфальский город Мюнстер. Местные анабаптисты вместе с новоприбывшими нидерландцами захватили город, изгнав всех, кто отказывался принять баптизм. Мюнстер бросил клич по всем анабаптистским коммунам, призывая их приехать с оружием и женами на постройку нового Иерусалима. Сотни вооруженных анабаптистов, в том числе около двухсот из Лейдена, отправились в Мюнстер из Голландии, Фрисландии и долины Мааса (около Рурмонда и Маастрихта), пересекая Эйссел и Рейн. Впрочем, многие были задержаны властями и разогнаны.

Как только началась организованная осада, анабаптисты из других мест больше не могли попасть в город. Но осада лишь усилила ощущение, что люди находились на краю великих, неистовых, бесповоротных изменений. Волнение в Амстердаме (где по оценкам было около 3000 анабаптистов) повлекло за собой инцидент в марте 1534 года, когда небольшая группа людей пробежала нагишом по городу, потрясая мечами и угрожая безбожникам. Было созвано городское народное ополчение, и начались репрессии. Первый поток казней начался в Харлеме и на площади Дам в Амстердаме в конце марта. Мюнстерские радикалы упрямо держались до конца, осада продлилась восемнадцать месяцев, что оказало дестабилизирующее влияние на нидерландоговорящие Нидерланды, в том числе Фландрию, Юлих-Клеве и Вестфалию. Кроме Амстердама и Харлема волнения охватили и Делфт, где художник по стеклу Давид Йорис^[36] всё больше принимал участие в собраниях местных анабаптистов, держась подальше от мюнстерских военных. Так же, как во Фрисландии под руководством Менно Симонса^[37], восстание в Мюнстере вызвало у многих сильное стремление к миру.

В марте 1535 года вооруженная группировка из 300 фризских анабаптистов, включая Питера Симонса, старшего брата Менно, захватили и укрепили цистерианское аббатство в Олдерклостере, неподалеку от Болсварда. Они уничтожили иконы и алтари и создали свой Новый Иерусалим. Штатгальтер, Схенк ван Таутенбург, осадил аббатство, используя артиллерию для подавления его защитников. Когда аббатство пало, погибло много людей. Из оставшихся в живых двадцать четыре мужчины были повешены на месте или обезглавлены, а женщин утопили в ближайшей реке. Еще одна группировка, на этот раз из Гронингена, не смогла достичь Олдерклостера, и поэтому атаковала аббатство в Варсуме, безуспешно. Эти события, а также продолжающееся сопротивление Мюнстера привели к усилению гонений и увеличению числа казней в Амстердаме, Гааге, Лейдене, Маастрихте, Льеже, Мидделбурге, Девентере и Везеле (Клеве). 10 мая 1535 года вооруженное народное ополчение атаковало амстердамское здание муниципалитета, но было изгнано городскими властями после напряженной битвы, оставив после себя десятки мертвых и умирающих. За этим последовали новые казни. 15 мая в Амстердаме утопили семнадцать женщин-анабаптисток.

Сжимающаяся спираль насилия и репрессий, особенно после падения Мюнстера летом 1535 года, погрузила нидерландский анабаптизм в глубочайший духовный кризис. Движение распалось на воюющие друг с другом направления, которые по-разному отреагировали на потрясение. Во время последней фазы мюнстерской революции Иоанн Лейденский и другие лидеры установили новый общественный порядок с иерархией власти и системой полигамных браков. Но мюнстерская программа и ее жестокость стали вызывать сильные разногласия. Лидеры направлений тщетно пытались вновь объединить движение в одно целое, организовав собрания делегатов со всех Нидерландов и Вестфалии в Бохольте в сентябре 1536 года и в Ольденбурге в 1538 году.

После событий в Мюнстере анабаптистский мир Нидерландов северо-западной Германии состоял из пяти больших групп. Первую группу составляли жители Мюнстера, которые придерживались программы Иоанна Лейденского и его фанатичных хилиастических ожиданий, состоящих их яростной эсхатологии и божественной мести неверующим. Второе направление было еще более радикальным, его составляли ярые экстремисты под руководством Иоанна ван Батенбурга^[38], незаконного сына голландского дворянина. Они шайками скитались по сельской местности, грабя деревни, монастыри и церкви западной Вестфалии и северных Нидерландах. «Батенбуржцы» оказывали сильное влияние даже после того, как сам Батенбургбыл пойман в 1537 году и казнен. В декабре 1535 около шестидесяти вооруженных радикалов попытались захватить деревню Хазерсвауде неподалеку от Делфта; во время этого десять человек было убито, некоторых поймали, но большей части удалось сбежать.

На мирной стороне по-прежнему были последователи Мельхиора, давидйористы — последователи Давид Йориса — и меннониты, последователи Оббе Филлипса и Менно Симонса (последние в основном находились в Фрисландии и Гронингене). Анализ деятельности семидесяти известных анабаптистских учителей и лидеров 1536–1540 годов показывает, что в то время последователи Давида Йориса были наиболее важной группой, а меннониты представляли менее многочисленное течение. На конференции в Бохольте в 1536 году, которая представляла из себя собрание примерно двадцати пяти делегатов из Голландии, Фрисландии, Гронингена, Оверэйссела, Гелдерланда, Юлих-Клеве и Вестфалии, Йорис представлял мирную оппозицию эсхатологии божественной мести неверующим, предлагаемой батенбуржцами и жителями Мюнстера.

Что удивительно, Йорис выжил в 1530-х годах в убежище в Делфте, несмотря на большую цену, назначенную за его голову. Его движение яростно преследовалось государством. Двадцать семь последователей, включая его мать, были казнены в Делфте в 1539 году; еще как минимум двадцать три, включая тринадцать в Харлеме, подверглись казни в Голландии в тот же год. Жестокое преследование, потеря своих соратников и последствия долгого нахождения на неотапливаемых чердаках сделали его крайне предрасположенным к визионерским переживаниям. Несмотря на обстоятельства, ему удалось в какой-то мере расширить своё влияние в Голландии, Фрисландии и Утрехте, а однажды он переубедил целую группу батенбуржцев.