Черчилль и древняя тайна "Заговора рептилий" - Ольга Грейгъ

Уинстон Черчилль прекрасно справился с проблемой снабжения британской армии в 1917–1918 годах, благодаря чему вновь стал одним из главных действующих лиц на политической сцене.

Больше двух лет – с января 1919 по февраль 1921 года – он совмещал руководство военным министерством и министерством авиации, которое ему поручили «в нагрузку». Затем Уинстон «получил под себя» и министерство по делам колоний.

«Большую часть времени и энергии у Уинстона отнимали две «головные боли» – большевизм в России и беспорядки в Ирландии», – отмечают биографы. Ужасы, совершаемые большевиками в России, на первых порах страшили не только британцев. Черчилль в роли главы военного ведомства настоятельно советовал премьер-министру Ллойду Джорджу начать широкомасштабную военную интервенцию в Россию. Грядущее вторжение, на которое так надеялся Черчилль, не подлежало сомнению, и британский политик стал активно готовить страну для новых боевых действий.

Но еще 25 марта 1917 года (после Февральской революции в России) английский масон Ллойд Джордж обращается с приветствием к своему собрату-масону князю Львову, в котором выражает надежду, что «русская революция принесет благословение братства и мира». Так что на этом этапе позиции Черчилля и Джорджа расходились.

* * *

Правительство князя Г. Е. Львова продержалось недолго; оно уступило свое место масонскому радикально-социалистическому правительству во главе с масоном А. Ф. Керенским. Последний завершил разложение Русской армии и страны и в октябре месяце 1917 года передал власть большевикам практически без всякого сопротивления.

После Февральской революции центр мировой масонской политики переходит в Америку. Из Америки идет моральная и финансовая поддержка большевистской революции. Но Англия тоже активно урывает свой кусок богатейшего русского пирога.

С первых же дней российского бунта союзные с Россией страны Англия и Америка выразили необычайное торжество. Известие о падении русской монархии вызвало в английском парламенте взрыв рукоплесканий и восторга.

В конце февраля 1917 года организация сионистов в России отправила английскому послу в Петрограде Бьюкенену особую делегацию с благодарственным адресом, в котором говорилось:

«Мы считаем особо благоприятным стечением обстоятельств, что в этот исторический момент интересы еврейского народа и британской нации совпадают».

Разбирая значение революции в России, издатель газеты «Вперед» Авраам Каган (Нью-Йорк) писал:

«Революция – победа еврейства… ликованию нет границ. Мы почувствовали, что это событие – великое торжество для дела еврейства. Евреи всегда занимали высокое положение в революционных советах, и вся наша нация неразрывно связана с оппозицией правительству в своем существе».

В конце 1917 года Россия уже активно терзаема силами недавних союзников. Около 30 000 британских солдат сосредоточено на севере, в районе Мурманска и Архангельска, другая часть британского контингента переправилась во Владивосток.

По замыслу У. Черчилля, эти силы нужно использовать для стремительной интервенции и вместе с Белой армией свергнуть диктатуру большевиков. Однако пыл Черчилля не нашел поддержки у министров, а вскоре и он сам меняет тактику в отношении поверженной России.

Впрочем, вряд ли его заботила судьба несчастного народа, брошенного в горнило бесовской революции и гражданской войны. Нельзя забывать, какую должность занимал Черчилль и за что отвечал, а именно: за снабжение британской армии! Излишек техники, боеприпасов, обмундирования и отравляющих веществ нужно было не просто куда-то деть, а выгодно продать. И Черчилль точно знал куда и кому…

Уинстон просчитал: раз его соотечественники не желали уничтожить большевистскую гидру, это надлежало сделать Белой армии. Следовательно, нужно было поддержать царских офицеров, оказать им всестороннюю помощь – оружием, техникой и денежными ссудами. В Гражданской войне, бушевавшей в России, необходимо было оказать содействие, прежде всего генералу Деникину на юге и адмиралу Колчаку на востоке, отправив к ним британских добровольцев.

* * *

Москва; Зубовский бульвар, офис телекомпании РЕН-ТВ. Интервью с военным обозревателем И. Буниным.

– Какова, на ваш взгляд, роль Британии в осуществлении большевистской революции в России? И какие действия предпринимались недавними союзниками России после революционного переворота?

– Еще 14 декабря 1917 года английский посол в Токио в соответствии с секретной инструкцией, полученной из Лондона, договорился с японским правительством о совместных действиях на дальнем Востоке и в Сибири и установлении контроля над Транссибирской магистралью. Для исполнения задуманного во Владивосток пошли английские и японские суда. Тогда же военный представитель США в Верховном совете Антанты генерал Таскер Блисс писал, что выполнение основной задачи по захвату Транссибирской железнодорожной магистрали с прилегающими к ней важными населенными пунктами может быть возложено на Японию. 18 февраля 1918 года состоялось заседание военных представителей в Верховном совете Антанты, на котором генералы Генри Вильсон (Британия), Блисс (США), Вейган (Франция) и Кардона (Италия) предложили осуществить оккупацию Транссибирской магистрали силами Японии. Япония неоднократно заявляла, что не только готова к активным военным действиям в Сибири, но и полагает дойти до Урала. 4 апреля 1918 года, организовав убийство двух японских купцов, японское командование высадило десант во Владивостоке. Такая активная позиция японцев вызывала тревогу у союзников, ведь они понимали: если «дети Страны восходящего солнца» укрепятся на чужих территориях, они вряд ли не захотят делиться. Правительства стран Антанты решили овладеть Мурманском и Архангельском, чтобы использовать эти порты в качестве базы для развития военных действий в центре России.