Вашингтон - Екатерина Глаголева

В октябре 1762 года Вашингтон стал церковным старостой в приходе Труро (он будет исполнять эту должность 22 года). Церковный совет, состоявший из двенадцати человек, занимался светскими делами англиканской церкви в Похике (Pohick). В обязанности Вашингтона входили оплата труда священника, сведение церковного бюджета, выбор места для новой церкви, наблюдение за ее сооружением, подбор убранства для алтаря. Когда церковь была построена, он заплатил за два места для молитвы внутри и предоставил средства на покупку сусального золота для выкладывания надписей над алтарем. Еще он занимался благотворительностью, помогал бедным и сиротам. Поскольку поместье Маунт-Вернон частично находилось в приходе Фэрфакс, Вашингтон купил себе место еще и в церкви Христа в Александрии, вступив и там в церковный совет.

Обязанностью церковного старосты являлось также поддержание моральных устоев в обществе: Вашингтон по долгу службы указывал суду графства на «грешников», повинных в азартных играх, пьянстве, богохульстве, несоблюдении Воскресенья и «некоторых других преступлениях против благопристойности и нравственности».

Искренне верующий, Вашингтон не был святошей и не выставлял свое благочестие напоказ. Каждый день, утром и вечером, он молился в своей комнате, стоя на коленях перед раскрытой Библией, но был крайне недоволен, когда его заставали за этим занятием. Вот почему некоторые даже сомневались в его вере: он посещал церковь нерегулярно, никогда, в отличие от Марты, не причащался, молился в церкви стоя, а не на коленях. Более того, с его губ практически не слетало имя Христа — он предпочитал говорить о Провидении, Судьбе, Творце всего сущего или просто о «небесах». На самом деле тому было простое объяснение: как масон, Вашингтон был деистом, то есть верил в некую высшую силу, «Архитектора Вселенной», которая руководит человеческой судьбой, не загонял свою веру в узкие рамки какой-либо религии. Этим, кстати, объясняется и его веротерпимость: в те времена в Америке, помимо главенствующей англиканской церкви, были представлены и другие: баптистская, пресвитерианская, католическая, а также иудаизм (в общей сложности — 22 конфессии), и Вашингтон ни одной из них не отдавал видимого предпочтения.

Для него Церковь была общественным институтом, призванным заботиться о нравственности и заниматься благотворительностью. И сам Джордж, и Марта никогда не прогоняли от своих дверей просящих о милостыне. Он наставлял управляющего, чтобы тот в его отсутствие «никого не отпускал голодным… лишь бы это не поощряло к праздности». Благотворительностью он занимался всегда анонимно, хотя как политик мог бы набрать очки, действуя гласно; но ведь он делал это для людей, а не для себя. К друзьям, к соседям и знакомым он был невероятно щедр и особенно сочувствовал арестованным за долги.

Хотя на посторонних Вашингтон производил впечатление богатого помещика с замашками аристократа (к чему, собственно, и стремился), его материальное положение было далеко не блестящим. Основу благосостояния виргинских плантаторов составлял табак, но в 1762 году небывалая засуха убила всякую надежду на то, что чахлые кустики превратятся в мощные стебли с широкими листьями. «Если Провидение не вмешается в скором времени (ниспослав нам умеренные и освежающие дожди для размягчения почвы), нам в этом году не добыть и унции табака», — писал Вашингтон летом Роберту Кэри.

Поняв, что делать ставку на один лишь табак нельзя, он обложился научными трактатами и занялся сельскохозяйственными экспериментами, сея на разных почвах овес, пшеницу, ячмень. Но на следующий год, наоборот, лили нескончаемые дожди; пшеницу поразил грибок, известный как «ржавчина», а кукурузу и табак заглушили сорняки.