Юлий Цезарь - Роберт Этьен

Козыри Цезаря. Чтобы завоевать симпатии всадников, Цезарь снизил на треть сумму, которую откупщики налогов обязались внести в казну по условиям проводившихся цензорами торгов. Одновременно он обеспечил себе благосклонность Помпея, Красса и жителей провинций, которым были снижены подати.

Он добился одобрения действий Помпея на Востоке: Лукулл, опасаясь преследований за лихоимство, не стал препятствовать, и распоряжения Помпея были по инициативе консула утверждены.

По его же предложению сенат провозгласил Птолемея Авлета другом и союзником римского народа. Таким образом подготавливались основания для вторжения в Египет. Во всяком случае Птолемей Авлет прислал 6 тысяч талантов, которые Цезарь и Помпей поделили между собой, а Красс, будучи кредитором Цезаря, косвенным образом также извлек выгоду из этих денег.

В апреле 59 года во втором аграрном законе было предложено разделить также и ager Campanus.

Так всего за два месяца сенаторы увидели, как их власть уменьшалась и подвергалась осмеянию. Женившись на дочери Л. Кальпурния Пизона, Цезарь выдал за Помпея свою единственную дочь Юлию (это произошло не позднее 1 мая).

Еще до выборов консулов этого года сенат определил, какие провинции достанутся в управление будущим консулам после окончания их полномочий, и это были две малозначительные области: Silvae («леса») на краю Бруттия и Calles («тропы») вокруг Брундизия.^[220] Теперь же П. Ватиний^[221] предложил передать Цезарю управление Цизальпинской Галлией вместе с Иллириком сроком на пять лет и с правом самому выбирать легатов и выводить колонии, а также с предоставлением ему трех легионов. При поддержке Помпея и Красса плебисцит прошел, не встретив возражений. Загнанные в угол отцы-сенаторы расщедрились и добавили Трансальпийскую Галлию^[222] и четвертый легион. Цицерон выступил с обличением подобного «царствования» (regnum) и на три месяца исчез из Рима. Ничто не мешало Цезарю навербовать себе сторонников и добиться летом 59 года избрания Клодия трибуном на следующий год. Избранными 18 октября 59 года консулами были: А. Габиний, человек Помпея, и ставленник Цезаря, его новый тесть Л. Кальпурний Пизон. В ответ лишь писались памфлеты, например «Трехглавие» (Tricaranus) Варрона, множились непристойные намеки на «царицу Вифинскую», звучавшие даже со сцены театра; Курионы выступали с неистовыми речами,^[223] Помпея освистали на Форуме. Можно задать себе вопрос, не были ли Курионы агентами-провокаторами Цезаря. Ведь это молодой Курион убедил Цицерона в том, что Клодий готов, став трибуном, опротестовать действия Цезаря. Цицерон попался в эту ловушку и открыто продемонстрировал свою ненависть к Цезарю, который принял это к сведению. Одновременно Л. Веттий пустился в неправдоподобные обвинения против молодых людей из окружения Куриона, которые якобы замышляли убить Помпея.^[224] Сенат приказал Веттия арестовать. Цезарь заставил его публично подтвердить свои разоблачения в отношении двух своих врагов — Лукулла и Цицерона. Спустя несколько дней Веттий был найден мертвым в своей тюрьме. Цезарь сумел избавиться от неудобного свидетеля, но при этом, несомненно, воспользовался его так называемыми показаниями. От этой клеветы и этих провокаций Республика медленно умирала.

Таким образом, в конце 59 года Цезарь оказался самым могущественным из триумвиров, ибо был облечен империем. Чтобы остаться единоличным хозяином государства, ему на пять лет было предоставлены командование, войско и перспектива войны, что давало возможность «теперь-то всех оседлать»^[225].