Мифы и откровенная ложь о русской истории, сфабрикованная нашими врагами - Олег Козинкин

Все-таки в истории и с Т-34, и «Катюшей» есть много забавного: везде маршал Г.И. Кулик отметился как зам. наркома обороны по вооружению и начальник Главного артиллерийского управления до июня 1941-го. Кажется, его расстреляли в 1950 году, когда началось разбирательство причин разгрома РККА в 1941 году. И в чем, интересно его обвиняли?

За прием вооружений также отвечал генерал Д.Г. Павлов, начальник Автобронетанкового управления до осени 1940 года. Тот самый командующий ЗапОВО, который сдал Минск на 6-й день войны и который в начале следствия, в июле 1941 года признавал факт заговора среди военных с целью поражения в войне с Германией. Это уже потом ему поменяли статью «предательство» на «халатное исполнение своих обязанностей». Не захотел тиран Сталин устраивать в армии во время войны разборки с генералами. А после войны и смерти Сталина генералы «победили» своего Верховного Главнокомандующего. Он их заставил стать героями Великой войны, а они его «победили».

А есть история С.П. Королева, который занимался реактивной ракетной техникой и на которого писали доносы сослуживцы и начальники (проходившие по делу Тухачевского). Конечно, его ракетопланы оказались тупиком и «растратой народных денег» (хотя та самая ФАУ-1 и есть, по сути, беспилотный ракетоплан). Что ж поделаешь, любил С. П. самолеты, был классным планеристом и мечтал скрестить самолет и реактивный двигатель. Но тот, кто писал донос на Королева, лучше «палачей из НКВД» знал цену его работе, что на его ракету можно поставить и приличную бомбу, и послать эту ракету не на 8 км, как PC «Катюш», а гораздо дальше. А были и «газодинамические орудия», предшественники современных безоткатных орудий (станковых гранатометов), которые и сегодня занимают скромное место в боевых порядках пехоты. Но которые при Тухачевском хотели сделать «чудооружием», способным заменить ствольную артиллерию. А в итоге затормозили производство обычных пушек. И даже успели потратить кучу денег, изготовив некоторое количество (несколько тысяч штук) этих «орудий».

Так что у каждого образца оружия тех лет своя собственная история и каждую надо рассматривать отдельно. К примеру, все по кинофильмам о войне знают о противотанковых ружьях, ПТРах. Еще в 1939 году когда замом наркома обороны по вооружению был уже генерал Г.И. Кулик, на вооружение было принято 14,5-мм пятизарядное ружье конструктора Рукавишникова, победившее на конкурсной основе другие образцы. Их успели изготовить несколько тысяч (на 1940 год вообще планировали изготовить 15 000 этих ПТР). Это ружье весило 56 кг, обслуживалось расчетом из четырех человек и стояло на лафете с мотоциклетными колесами. Также имело сошки для стрельбы без лафета, но из-за большого веса самого ружья было просто неудобно. При этом его эффективность при стрельбе по бронированной технике была крайне низкой по сравнению с той же сорокапяткой. И самое главное, ПТР Рукавишникова имело достаточно высокий процент отказа при стрельбе.

В 1940 году ПТР Рукавишникова сняли с производства. С началом же войны пришлось спешно ставить задачу конструкторам-оружейникам на разработку нового ПТР для борьбы с немецкими танками, которые, оказывается, не имели какой-то уж особо толстой брони, и для борьбы с ними (да и другой техникой) вполне хватило бы и такого вида оружия (Тухачевский, кажется, не считал ПТР нужными в РККА, и именно генералы убеждали Сталина, что ПТР «не пробьют» бронетехнику Вермахта и срочно нужны орудия в 107 мм?).

Всего за месяц (!) были разработаны пятизарядное ПТРС (Симонова) и однозарядное ПТРД (Дегтярева), имеющие перед ПТР Рукавишникова ряд существенных преимуществ. Они были намного дешевле в производстве и, главное, легче по весу — вполне переносимые двумя бойцами. А в ходе проведенных испытаний на полигоне проявилось еще одно важное преимущество — малый процент отказов новых ПТР по сравнению с ПТР Рукавишникова. После окончания проведенных сравнительных испытаний и доклада об их результатах Сталину, ПТР Рукавишникова было окончательно забраковано и осталось дальше лежать на складах, а пехоту стали спешно вооружать достаточно дешевыми и простыми ружьями Симонова и Дегтярева. Но эти ружья могли бы вообще и не понадобиться армии, если бы летом 1941 года не «потеряли» в боях и при отступлениях те же сорокапятки. Приняты ПТР были на вооружение «от нищеты» и использовались массово в основном в первые годы войны. С насыщением армии «нормальными» средствами борьбы с бронетехникой немцев количество ПТР в войсках уменьшилось.

Еще насчет «газодинамических орудий от Тухачевского». Сегодня какой-нибудь «гений» в погонах заявит, что пора делать «бластеры» из «звездных войн» для пехоты. Автоматы — все на слом! И с чем в итоге будет воевать солдат? И такой «дурак с инициативой» армию просто угробит. Но при этом после того, как с него спросят за промотанные государственные деньги, всегда сможет заявить, что он «жертва репрессий». Он ведь «передовой», а «палачи» его отсталые. И таких передовых идей у Тухачевского было немеряно. Но на истребители рации не заказывали при нем (да и «ученики» его тоже). Вот и летали «сталинские соколы» весь 1941 год на «ишаках» и «чайках» и даже на «МиГах» с сурдопереводом. А ведь вопрос об установке раций на самолеты Сталин ставил еще в 1931 году. Для гражданской авиации будущий командующий АДД Голованов рации просто закупил в США. А вот для армии «жертвы репрессий» рычаговы и смушкевичи, наверное, стеснялись закупать рации у буржуинов. Но нам все эти годы втирали информацию о диком отставании в вооружении РККА от немцев по вине «великих конников» К.Е. Ворошилова — наркома обороны, СМ. Буденного и подразумевали при этом И.В. Сталина. А может, на самом деле, просто у немцев не было такого количества «пятой колонны» в стране (промышленности и науки) и в армии, принимающих на вооружения хлам?

При внимательном рассмотрении истории советского оружия можно заметить одну закономерность. Очень много конструкторов и инженеров, занимавшихся по настоящему нужными разработками для страны и армии, было репрессировано. Или же этих людей просто затирали, выживали с работы.

Как только Сталин объявил в декабре 1925 года на XIV съезде ВКП(б) о реформе промышленности (индустриализацию) и сельского хозяйства (коллективизацию), заявив, что «мы должны приложить все силы к тому, чтобы сделать нашу страну страной самостоятельной, независимой, базирующейся на внутреннем рынке...», должны «превратить нашу страну из аграрной в индустриальную, способную производить своими силами необходимое оборудование...», практически вся партийно-чиновничья «элита», пришедшая к власти после гражданской войны и тем более «соратники-соплеменники» Бронштейна-Троцкого, отнеслась к этому не просто без восторга, но и в большинстве своем враждебно.

С одной стороны, чиновники вообще больше любят «стабильность» (прежде всего своего положения), а не всякие там реформы. С другой — вся эта братия — «троцкисты» — не для того насаждалась в органах власти в России, чтобы допустить какие-то там мифические реформы. Троцкий, имевший мощную поддержку в партии в лице своих соплеменников из бывшей еврейской коммунистической партии и из чисто националистической сионистской «Бунды», влившихся в полном составе, чохом, в ряды ВКП(б), вполне обоснованно рассчитывал на власть в СССР после смерти Ленина, но в итоге потерял все, да еще и был отправлен к своим хозяевам на запад. Но его «гвардия» вся осталась на своих местах.