Рыцари Христа. Военно-монашеские ордены в средние века, XI-XVI вв. - Ален Демурже

Не позволяйте никому в Госпитале просить, чтобы он стал рыцарем, кроме как если ему это причиталось до того, как он получил облачение Обители Госпиталя, а в таком случае только при условии, что он достиг возраста, в котором бы его сделали рыцарем, если бы он остался в миру. Однако сыновья благородных людей, если они воспитаны в доме Госпиталя, могут становиться рыцарями в доме, достигнув возраста рыцарства, по воле магистра или командора и с согласия братьев дома[252].

Статуты Гуго Ревеля от 1262 г. запрещали производить брата в рыцари, кроме как если он сын рыцаря или происходит из рыцарской семьи[253]. В Сантьяго за посвящением соискателя должно было следовать получение плаща, но это правило почти не применялось[254]. Зато у тевтонцев брат мог стать рыцарем после вступления в орден. Это был мощный фактор социальной мобильности, потому что многие соискатели этого ордена относились к категории министериалов, принадлежащих к низшему дворянству[255].

Категория братьев-сержантов в ордене Храма была отмечена с самого начала, потому что уже латинский устав различал по облачению рыцарей и сержантов. В Госпитале же их впервые упомянули только в Маргатских статутах 1206 г. Но здесь подключился другой критерий, профессиональный: он разделил категорию сержантов на боевых сержантов, которые сражались верхом, и мастеровых или служебных сержантов, занимавшихся обслуживанием владений; один такой сержант Храма на процессе утверждал, что он agricola [земледелец (лат.)], другой назвал себя возчиком[256]. По военной функции боевые сержанты были близки к рыцарям: в Госпитале они, как и рыцари, находились под командованием маршала, тогда как «трудовые братья» подчинялись великому командору[257]. Halbbrüder [сводные братья (нем.)] у тевтонцев соответствовали мастеровым сержантам: они давали три обета, но не проходили послушничества в течение года[258]. Эти мастеровые братья соответствовали конверсам цистерцианского ордена, и любопытно отметить, что ни в Калатраве, ни в Алькантаре сержантов не было. Зато они были в Сантьяго, но выполняли там функцию оруженосцев; эта категория существовала и в других орденах, где они помогали рыцарям, но не были орденскими братьями[259]; кнехтов (Knechte) Тевтонского ордена, например, принимал магистр и прикомандировывал их к братьям-рыцарям; им платили или же они служили «из милости»[260].

Роль священников и братьев-капелланов превосходно определена в уставе тевтонцев: они «наставляют братьев-мирян блюсти их устав, проводят богослужения и совершают таинства»[261]. Кроме экстренных случаев, братья не должны прибегать к услугам священников, не принадлежащих к ордену[262].

В Госпитале братья-капелланы появились очень рано, возможно, с самого основания ордена[263]. Орден Храма добился такой льготы только 29 марта 1139 г., в силу буллы «Omne datum optimum»: