Провал блицкрига. Почему Вермахт не взял Москву? - Герд Рунштедт

Нужно было найти новое решение и, что было еще более трудным, повлиять соответствующим образом на Гитлера, чтобы вывести общее руководство из тупика, в который оно зашло. Необходимо было перейти к стратегической обороне и на более или менее сносных условиях закончить войну. Дальнейший ход событий должен был дать ответ на то, был ли новый начальник Генерального штаба подходящим для этого человеком и мог ли вообще при сложившихся условиях найтись такой человек, который вывел бы немецкую армию из кризиса. Полный сил, энергии и наилучших устремлений Цейцлер вступил на эту должность, которая, правда, уже в значительной мере утратила свое былое значение. Роль и влияние начальника Генерального штаба, начиная с Норвежской операции, все более и более ограничивались Верховным главнокомандованием, и теперь его власть распространилась уже только на восточный театр военных действий, который, конечно, был наиболее важным из всех. Другими театрами распоряжалось само Верховное главнокомандование. Даже вопросы, связанные с кадрами, были изъяты из компетенции начальника Генерального штаба и переданы главному адъютанту Гитлера генерал-лейтенанту Шмундту. Этим самым Гитлер обеспечил себе возможность непосредственно влиять на решение любых вопросов, относящихся к кадрам.

Обстановка на фронтах групп армий «Центр» и «Север»

Летом 1942 года русские, по-видимому, совсем не собирались передавать инициативу на фронте целиком в руки немцев. Линия фронта, проходившая от Воронежа до Петрокрепости, имела, отчасти в результате успешного наступления русских предыдущей зимой, весьма неблагоприятное для немцев начертание. Продиктованное общей обстановкой предложение о выравнивании линии фронта было Гитлером категорически отклонено, а между тем осуществление его позволило бы немцам сэкономить значительные силы. Теперь на многих участках фронта русские получили возможность вести успешное наступление даже ограниченными силами. Это прежде всего относилось к району Ленинграда, к Волховскому фронту, к району Демянска, Ржева, Вязьмы и Орловской дуги. Имевшиеся здесь повсюду выступы и вмятины в линии фронта создавали русским все условия для достижения крупных оперативных успехов. Постоянные беспокоящие действия русских на этих участках не только сковывали немецкие силы и препятствовали их переброске на Южный фронт, но и сильно изматывали войска групп армий «Центр» и «Север».

На фронте группы армий «Север» русским в результате встречного удара из района Ленинграда и извне удалось прорвать узкую горловину немецкого кольца окружения южнее Петрокрепости и, изолировав Петрокрепость, восстановить связь с Ленинградом по суше. Немцы поспешили предпринять контрудар, ликвидировали образовавшийся коридор, соединились с гарнизоном Петрокрепости и к началу октября снова полностью замкнули кольцо блокады Ленинграда. Но русские добились срыва запланированной немцами операции по захвату Ленинграда, для проведения которой в распоряжение группы армий «Север» перебрасывались основные силы освободившейся под Севастополем 11-й армии под командованием фельдмаршала фон Манштейна. Эти силы были почти полностью уничтожены противником у Петрокрепости в боях за горловину и на других опасных участках фронта.

Таким образом, 11-я армия не была использована ни на направлении главного удара, где она, несомненно, увеличила бы шансы немцев на успех, ни для овладения Ленинградом, для чего она, собственно, и перебрасывалась с Юга.

Действия немцев летом 1942 года на Севере были определенно успешными только на Волховском направлении. В ходе упорных боев им удалось ликвидировать плацдарм противника на реке Волхов, где русские создавали постоянную угрозу войскам, блокировавшим Ленинград. В этих боях был взят в плен советский генерал Власов, ставший впоследствии руководителем «Русской освободительной армии».

В районе Демянска русские постоянно атаковали немецкие позиции, стремясь перерезать узкую горловину выступа, далеко вдававшегося в их расположение. В тяжелых оборонительных боях, длившихся в течение всего лета, немецким войскам, упорно сражавшимся здесь в течение почти целого года, удалось успешно отразить все атаки противника.

Наиболее тяжелые бои на фронте группы армий «Центр» разгорелись под Ржевом в полосе 3-й танковой и 9-й полевой армий. В тылу этих армий находились весьма крупные силы русских. Они снабжались через существовавшую в немецком фронте брешь в районе города Белый и во взаимодействии со своими войсками, охватывавшими обе немецкие армии с севера и востока, непрерывно атаковали их. На фронте 9-й армии временами складывалась весьма критическая обстановка, но ей всякий раз удавалось отбить атаки противника. Получив подкрепление, она, пусть и с большим трудом, все же сумела закрыть брешь и полностью уничтожить находившиеся у нее в тылу 39-ю армию и 11-й кавалерийский корпус русских, а также часть сил 22-й и 41-й армий. Но эти бои потребовали от армии такого напряжения сил, что она вместо предполагавшейся передачи части войск на Юг сама потребовала резервов. Таким образом, русские, правда ценой больших потерь, успешно выполнили свою задачу по сковыванию сил противника. Группа армий «Центр» в середине августа предприняла самостоятельную попытку срезать сильно вдававшийся в расположение немецких войск выступ фронта между Сухиничами и Юхновом. Эта задача возлагалась на 2-ю танковую армию, которая должна была нанести удар из района Сухиничи в северо-западном направлении. Но попытка успеха не имела, так как русские создали здесь в труднопроходимой лесистой местности сильно укрепленную оборону, а сил 2-й танковой армии для ее прорыва оказалось недостаточно.

В районе Орла, и особенно в районе крупнейшего опорного пункта обороны немцев на Дону, известного под названием «крепость Воронеж», противник также предпринимал частые и сильные атаки с целью сковать здесь как можно больше немецких сил. Иногда бои на этом участке принимали очень тяжелый характер.

Сталинград — поворотный пункт войны

За три года войны, ведя наступательные действия, немецкие Вооруженные силы добились невиданных успехов. Они контролировали и удерживали огромную территорию, простиравшуюся от мыса Нордкап до североафриканского побережья и от Волги до Бретани. На фронтах, растянувшихся на тысячи километров, немецкие солдаты сражались с противником, силы которого постоянно росли. Задачи, поставленные политическим руководством Германии своим Вооруженным силам и народу, явно превосходили имевшиеся у них возможности. Начинали появляться первые признаки того, что в результате чрезмерного напряжения сил оборона, которую держала немецкая армия и которая огромным кольцом прикрывала подступы к Германии, стала постепенно утрачивать свою прочность. В начале ноября англичане прорвали фронт Роммеля под Эль-Аламейном, а через несколько дней войска союзников высадились в Марокко и Алжире, что заставило немецкое командование еще больше распылить свои силы.

Во второй половине ноября русские прорвали оборону немецко-румынских войск северо-западнее и южнее Сталинграда. Это положило начало той драме, которая в дальнейшем разыгралась под африканским солнцем в Тунисе и на заснеженных развалинах Сталинграда. Катастрофа немцев в Африке и под Сталинградом явилась серьезнейшим предупреждением о том, что в судьбе немецкого народа наступил поворотный момент.