Последний поезд в Москву - Рене Нюберг

Гнев Жданова распространился на Ахматову, и партийный деятель осыпал оскорблениями обоих писателей. В своем докладе, обнародованном в 1946 году, Жданов утверждал, что Зощенко во время войны уклонялся от службы. Этот упрек отвечал духу времени, поскольку именно Ташкент слыл тыловым городом, в котором скрывались от фронта. К примеру, в получившем “Золотую пальмовую ветвь” Каннского фестиваля в 1958 году фильме “Летят журавли” война изображается не так, как в современных, исполненных пафоса российских фильмах. Это история любви и верности. Осуждению в фильме подвергается тыловой чиновник, который продает бронь уклоняющимся от фронта в Ташкенте.

Солженицын упоминает слухи военного времени о трусости евреев: “Евреи победили в наступлении на Алма-Ату и Ташкент” или “Мы были на фронте, а евреи – в Ташкенте” и старается с помощью контекста их опровергать. По его свидетельству, медали за храбрость распределялись в соответствии с национальностью: сначала русским, потом украинцам, белорусам, татарам и только в пятую очередь евреям^[230].

Йозеф познакомился с Зощенко и подолгу беседовал с ним.

Зощенко был неразговорчивым и замкнутым, даже мрачным, хотя и смешил блестящей сатирой весь Советский Союз. Йозеф впоследствии часто вспоминал Зощенко, жившего скромно и отстраненно, иногда выпивавшего. Его очень интересовала жизнь в довоенной Латвии, о которой он со свойственным ему тактом задавал очень точные вопросы.

В Красной армии в августе 1941-го была сформирована 201-я Латвийская стрелковая дивизия, в октябре 1942-го преобразованная в 43-ю гвардейскую Латышскую дивизию. По свидетельству Солженицына, в национальной балтийской дивизии служило от 6 до 7 тысяч евреев^[231]. Йозеф получил повестку на рубеже 1942–1943 годов, когда они с Машей переехали из Алма-Аты в Иваново.

При дивизии был в 1942 году основан Государственный художественный ансамбль Латвийской ССР, в который вошли многие эвакуированные латышские музыканты и исполнители.

Когда осенью 1944-го 43-я гвардейская Латышская дивизия перешла границу Латвии, ее приветствовал оркестр, исполнявший латышские народные песни^[232]. Весьма вероятно, что и Йозеф со своей скрипкой принимал участие в этой классической советской буффонаде.

Когда в 1939 году Красная армия готовилась напасть на Финляндию, Дмитрий Шостакович получил от Жданова задание аранжировать несколько финских народных песен – их предполагалось исполнять на встречах Красной армии с освобожденными финскими рабочими и крестьянами. Но сложилось иначе, и “Сюита на финские темы” Шостаковича впервые прозвучала лишь в 2001 году в финской общине Каустинен. Мы с моей женой Кайсой присутствовали на этом событии, в числе почетных гостей была вдова Шостаковича Ирина Шостакович^[233].

В Иванове Маша забеременела. Поняла она это лишь тогда, когда однажды, оголодав, потратила все свои хлебные карточки на селедку, которую тут же и съела. Изумленная пожилая колхозница сообщила страстной поедательнице: “Милая, да ты беременна!” Это был август-сентябрь 1944-го, Маша была на четвертом месяце.

Маша с Йозефом подумывали об аборте, но послушались совета врача, сказавшего: “В наше время и без того достаточно смертей”.

43-я гвардейская Латышская дивизия освободила Ригу 13 октября 1944 года. Окруженная в Курляндии группа армий “Курляндия”, состоявшая из 180 тысяч человек, в том числе 42 генерала, сдалась в мае 1945-го.