Наполеон. Последняя любовь - Томас Костейн

Затем Наполеон рассказал следующую историю.

Великим днем 13 Вандемьера[xii] в судьбе Наполеона Бонапарта произошел поворот.[26]Сильными залпами крупной картечи он рассеял отребья Парижа и освободил Конвент от тирании толпы и его заметил Баррас, ведущая фигура Директории[27].

Это были поразительные дни в Париже. Террор и звуки колес крытых двуколок до сих пор остались в памяти очевидцев. Людей опьянял запах свободы. Подлецы, подобно Баррасу, желающие захватить власть, взяли в свои руки контроль за администрацией. В городе «вершили бал» группа прекрасных и лишенных чувства морали женщин. Наполеону была известна история, в которую верили многие, что три самые прелестные дамы были заключены в одну камеру тюрьмы Кармелиток в последние дни террора, и они едва избегли гильотины. Одна из них была мадам д'Эгуллон, патрицианка, обладавшая холодной красотой. Вторая — Тереза Кабаррус, любовница Тальена. Это она подвигла его сбросить Робеспьера[28]и покончить с террором.

Народ Франции сделал ее героиней и называл Богородицей Термидора. Она была милым прекрасным созданием и абсолютно без всяческого понятия о совести, но в ней отсутствовали также понятия злобы или мелочности. Третья дама была вдовой аристократа с Мартиники виконта де Богарне, погибшего от удара кинжалом. Ее имя было Мари Жозефина Роза Таше де ла Мажери.

Ходили слухи, что самые суровые стражники в Кармелитских застенках заглядывали в скважину двери их камеры и говорили:

— Какая жалость, что эти прелестные головки вскоре скатятся в кровавую корзину.

Молодой корсиканец, которого теперь называли Генерал Вандемьер[29], знал, что в этой истории нет ни грана правды. Все три красавицы сидели в тюрьме Кармелиток, но в разных камерах. Генерал всегда был неравнодушен к женской красоте и понимал, что повышение по службе легче идет при женской помощи. Нет никаких сомнений, что он частенько подумывал о Богородице Термидора и о Прекрасной Креолке, как часто называли вдову Богарне. Он не прочь был жениться бы на одной из них. Но эти прелестные дамы не подозревали о существовании смуглого и пока еще не очень известного корсиканца.