Крейсер I ранга "Рюрик" (1889-1904) - Рафаил Мельников

Исполняя приказ из Петербурга, отряд стоял в Александретте до 24 января 1896 г. Оставив на рейде канонерскую лодку “Черноморец”, 26 января корабли пришли в Пирей.

“Рюрик” отдал якорь в Саламинской бухте, месте знаменитого морского боя древности, а остальные корабли вошли в Пирейскую гавань. Здесь адмирал Л.К. Кологерас, с декабря почувствовавший недомогание, получил разрешение спустить свой флаг и передать командование отрядом командиру “Рюрика” капитану 1 ранга А.Х. Кригеру. Вместо контр- адмиральского флага на крейсере 31 января подняли брейд-вымпел начальника отряда. Болезнь адмирала прогрессировала, и 9 февраля в отеле близ Афин он скончался, по определению врачей, от “миллиарного туберкулеза” – болезни, как отмечал А.Х. Кригер в своем рапорте, не поддающейся излечению.

“Рюрик” в дальнем плавании: на ходу под парусами (вверху) и на якорной стоянке

Уже на следующий день после прибытия командиры “Рюрика”, “Дмитрия Донского”, “Рынды” в сопровождении флаг-офицера начальника отряда были приняты королем и королевой эллинов. Королевская чета в сопровождении королевича Георгия и королевны Марии 1 февраля посетила “Рюрик” и в течение почти двух часов знакомилась с устройством корабля; 4 февраля королева присутствовала на богослужении на крейсере, а во время очередного визита вместе с офицерами, свитой и гостями завтракала в кают-компании. 3 февраля из ГМШ получили приказ: “Рюрику” и “Дмитрию Донскому” быть готовыми к совместному походу в Тихий океан.

Корабли принимали полные запасы “горючих и смазочных материалов” (такой термин уже существовал), завершали дела на берегу, продолжали учения. Пользуясь отсутствием иностранных кораблей, провели артиллерийские стрельбы из скорострельных орудий с гребных судов “Рюрика”, минную – с корабельных паровых катеров, учение посадки в шлюпки корабельного десанта. Поход, приказание о котором было получено 6 февраля, отложили для проведения похорон скончавшегося Л.К. Кологераса. Вечером 14 февраля после проводов посетивших крейсер королевы и короля со всею их августейшей семьей “Рюрик” покинул Саламинскую бухту. В пути вместе с крейсером “Дмитрий Донской” провели первую подготовительную стрельбу по плавучему щиту из учебных стволов 203-, 152- и 120-мм орудий чугунными снарядами, а из 47- и 37-мм скорострельных пушек – боевыми гранатами.

Каждый выстрел из орудия усиливал выгорание канала ствола под действием “взрывающих” его изнутри пороховых газов и очень скоро (через несколько десятков выстрелов) начинал сказываться на меткости, а затем и дальности стрельбы. Пушку или ствол приходилось менять. Чтобы отдалить срок износа дорогого орудия и уменьшить расходы столь же дорогостоящих боеприпасов, для обучения комендоров придумали стволиковые стрельбы, при которых выполнялись все манипуляции по обслуживанию орудия (заряжание, наводка, выстрел), но стреляло не само орудие, а вставленный внутрь его канала ствол 37-47-мм пушки. Еще большую экономию давали вспомогательные стрельбы, когда вставленный в канал орудия учебный ствол заряжали не его штатным боевым, а специальным пустотелым “вспомогательным патроном”, по оси которого шел ствол 10,67-мм винтовки Бердана (применяли затем и стволы трехлинейной 7,62-мм винтовки Мосина), из него и производился выстрел. При том же практически эффекте обучения учебная стрельба вместо многих тысяч рублей (152-мм выстрел стоил по ценам того времени 172 руб. 36 коп., а 203-мм – 405 руб. 71 коп.) обходилась ничтожными расходами на винтовочные патроны. В наше время стволиковые стрельбы упростились – учебный ствол устанавливают не внутри, а снаружи орудия.

Ежегодно корабль выполнял следующие виды учебных стрельб: вспомогательные (стволиковые), подготовительные (первую и вторую), боевую (“примерно-боевую”), контргалсо вую (контркурсовую), со шлюпок и катеров. Вспомогательные (стволиковые) стрельбы служили для выработки и поддержания навыков наведения и прицеливания из орудий. Из крупнокалиберных орудий стреляли малокалиберными снарядами (5 патронов на стрельбу) из учебных стволов, из остальных орудий – пулями, из стволов винтовок Бердана (10 патронов на стрельбу). Расстояние при стрельбе (по щиту в виде броненосца размерами 4,5x1,8 м) пулями- 1-4 кб., снарядами- 4-10 кб. С этих стрельб (три дневных и одна ночная) начинали ежегодный курс боевой подготовки, они были обязательны для всех артиллеристов, начиная от командиров плутонгов и кончая прислугой малокалиберной артиллерии, их рекомендовалось повторять возможно чаще на протяжении всего года.

Подготовительные стрельбы выполнялись: первая для орудий большого и среднего калибров – из учебных стволов, вторая – неснаряженными снарядами (“ядрами”). “Примерно-боевая” стрельба по плавающему щиту (размерами 5x3 м) выполнялась боевыми зарядами и снарядами. Контргалсовые стрельбы (по щитам, буксируемым каждым кораблем при расхождении их двух колонн) выполняли из учебных стволов. Со шлюпок и катеров стреляли штатными боеприпасами из устанавливавшихся на шлюпках 37-, 47- и 64-мм (десантных) пушек и пулеметов.

Для повышения интереса к стрельбам с 1903 г. начали проводить состязательные стволиковые стрельбы, выполнявшиеся поочередно каждым кораблем по окончании всех названных стрельб.

17 февраля корабли прибыли в Порт-Саид. За время четырехдневной стоянки по каналу прошло 11 транспортов с направлявшимися в Абиссинию итальянскими войсками (более 8000 солдат). Страна, недавно освободившаяся от иностранного владычества, спешила встать на путь колониальных захватов и теперь бесславно увязала в позорной эфиопской авантюре. В Суэце отряд догнал шедший из Одессы пароход Добровольного флота “Саратов”.

1 марта пришли в Аден и, пополнив запасы угля, 3 марта взяли курс на Коломбо. С 12 марта, когда корабли, пройдя от Адена 2131 милю, вошли в гавань Коломбо, они по заведенному в ГМШ порядку уже считались входящими в состав эскадры Тихого океана. Знакомый командиру “Рюрика” путь на Дальний Восток (2 года назад он уже прошел его, командуя “Рындой”) занял еще около трех недель. 9 апреля все той же неразлучной парой “Рюрик” и “Дмитрий Донской” отдали якоря в Нагасаки, где по- прежнему, несмотря на натянутые отношения с Японией, приходилось главным образом базироваться Тихоокеанской эскадре. Как и все ее корабли, прибывшие крейсера включились в службу стационеров в портах Китая, Японии и Кореи. В апреле они уже побывали в Чифу (Яньтай), Чемульпо, (Инчхон), на лето собрались во Владивостоке.