Женщины-легенды. Сильный слабый пол - Ольга Соломатина

Новое крупное промышленное производство стало все шире использовать дешевую женскую рабочую силу. Под воздействием промышленной революции женский труд в общественном производстве превратился в факт социальной жизни. И факт далеко не однозначный. С одной стороны, он создавал возможность изменить традиционную иерархию мужской и женской ролей, выстроить разделение труда между мужчинами и женщинами не на принципе взаимодополняемости, а на принципе взаимозаменяемости. А с другой – оборачивался сверхперегрузками, сверхэксплуатацией женщин. Ведь с них никто не снимал обычных домашних обязанностей, материнских забот и хлопот. При этом по действовавшим законам поначалу женщина не могла даже распоряжаться своим заработком – он принадлежал ее мужу. Женщин не принимали в профсоюзы и иные общественные организации, защищавшие права наемных работников, и т. д. Так возникали новые основания для коллективных выступлений женщин, для создания женских организаций, призванных отстаивать интересы и права женщин.

С их помощью женщины могли предъявить свой счет обществу, которое вынудило их выйти за пределы семейного очага и начать работать. Со временем в рамках женского движения сложились первые требования к государству – снять с женщин часть их традиционных обязанностей и взять на себя заботу о детях, больных и престарелых. Отсюда сформировалось представление о необходимости расширения функций государства, о его превращении в социальное государство, призванное заботиться об общем благе, о слабых и неимущих, об инвалидах и пенсионерах.

Коллективными усилиями женщины добивались равной оплаты за равный с мужчинами труд, требовали доступа к тем профессиям, к которым их стремились не подпускать. Работавшие женщины начинали осознавать, что у них есть свои особые социальные, гражданские, политические интересы и что их необходимо отстаивать. Освоение сфер гражданской и партийно-политической жизни, защита прав женщин на труд и его достойную оплату, на образование, на социальные гарантии по защите материнства и детства, установление опеки над больными, инвалидами и пожилыми людьми – все это осознавалось как задачи женского движения.

Его становление и укрепление шло с середины XIX века. К началу XX века женское движение превратилось в массовое, многосоставное. В его русле активно действовали суфражистки, добивающиеся распространения на женщин норм всеобщего избирательного права; социалистки, озабоченные признанием права женщин на труд, на его справедливую оплату, на участие наравне с мужчинами в профсоюзных организациях; радикальные феминистки, пропагандирующие идеи сознательного материнства и контроля над рождаемостью. А наряду с ними – женские благотворительные общества всех видов и типов, включая христианские женские организации.

...

Для того чтобы встать на ноги и окрепнуть, женскому движению нужна была философская база, некое теоретическое обоснование, которое помогло бы ему противостоять гнету традиционной морали и добиваться перемен в буржуазном законодательстве. Задача была сложной, так как основная масса идеологов – философов, историков, социологов – была совершенно убеждена в гражданской неполноценности и несостоятельности женщин. И консерваторы, и либералы хором твердили о природном или «естественном» назначении каждого из полов. Лишь редкие чудаки решались оспорить эти догмы. Один из них, социальный философ Шарль Фурье, в своем труде «Теория четырех движений и всеобщих судеб», который появился как результат размышления автора над событиями Великой французской революции, писал: «Расширение прав женщин есть главный принцип социального прогресса». Другой великий утопист, Анри де Сен-Симон, умирая, оставил в наследство своим ученикам загадочную мысль: «Мужчина и женщина – вот полноценный социальный индивид». Оба они разрабатывали идеальные проекты гармоничной, счастливо и справедливо устроенной социальной жизни, основой которой, по их замыслу, должно было стать гендерное равноправие.

Особую роль в обосновании общественной значимости движения за женское равноправие сыграли в ту пору марксисты. Они определили весь комплекс требований, сформулированных этим движением, как «женский вопрос» и предложили на него свой ответ.

Основные подходы к женскому вопросу изложены в знаменитой работе Фридриха Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Карл Маркс разделял концепцию книги, она была совместно продуманной и как бы продолжала традиции Шарля Фурье и Анри де Сен-Симона. Но в отличие от своих предшественников Маркс и Энгельс писали не столько об индивиде, будь то женщина или мужчина, который должен быть наделен всеми гражданскими правами и свободами, сколько о массах – массах тружеников. К ним они и обращались, объясняя, что идея «естественного назначения» пола, по существу, маскирует особого рода «производственные отношения» – отношения воспроизводства человеческого рода. Вся загадка этих отношений, по их мнению, связана не с «таинством» пола, а с тем, что они являются одновременно и природными, биологическими, и социальными. А еще – это отношения социального неравенства, вытекающего из неравного и несправедливого разделения труда, при котором жена и дети фактически являются рабами мужа и отца. Поэтому любая форма традиционной семьи автоматически воспроизводит отношения господства/подчинения.

Основатели марксизма доказывали, что промышленная революция нанесла непоправимый удар по такой семье. Наемный женский труд, каким бы тяжелым он ни был, создает экономические предпосылки для независимости и самостоятельности работающих женщин. А это разрушает основы старой семьи и традиционных семейных отношений, обрекавших женщин на подневольное существование. В этом – позитивный смысл наемного женского труда.

Кроме того, подчеркивали классики марксизма, положение женщин – наемных тружениц есть положение классовое. Они принадлежат к классу пролетариев. Поэтому задача их освобождения от социального неравенства совпадает с задачей освобождения пролетариата. Уничтожение любых форм эксплуатации и угнетения – общая цель пролетариев и женщин. Только в обществе, свободном от эксплуатации и угнетения, возможны равноправные отношения между мужчинами и женщинами.

Таков в самых общих чертах марксистский подход к вопросу женского равноправия. Он соответствовал своему времени и его очевидностям. Проблема была в одном. Этот подход марксисты считали единственно верным, а потому решительно размежевывались со всеми остальными поборниками женского равноправия. Особенно досталось от них суфражисткам, добивавшимся признания политических прав женщин. Марксисты считали, что требования суфражисток по-своему легитимизируют буржуазную политическую систему. А потому приклеили и к этим требованиям, и к самому «классическому», либеральному, феминизму ярлык «буржуазный». И повели с суфражистками как с представительницами буржуазной системы ожесточенную борьбу. Вплоть до 60-х годов XX века эта борьба раскалывала женское движение, ослабляя его и нанося ему непоправимый урон.

100 лет назад, в 1911 году, в частную авиашколу в Гатчине приняли первую женщину-курсанта Лидию Звереву, ставшую первой летчицей Российской империи. Это событие стало важной вехой на пути освоения русскими женщинами мужских профессий, где каждый шаг давался с огромным трудом. Так, первой женщине-живописцу Софье Сухово-Кобылиной для окончания курса Академии художеств пришлось потратить много не только сил, но и средств на поддержку безденежных коллег-мужчин. Первая женщина-ученый Софья Ковалевская так и не получила профессорской кафедры в России. А успеху первой женщины-издателя Анны Достоевской способствовала не столько известность мужа, сколько твердость в отношениях с деловыми партнерами.

Со времен княгини Ольги, которая первой на Руси занялась чисто мужским делом – начала править своими землями, русским женщинам приходилось доказывать свое право управлять тем, что оставили им ушедшие в мир иной мужья, – пусть и временно, до взросления сыновей. Вдова легендарного князя Игоря показала всем, что не только чтит закон, требовавший отомстить древлянам за смерть мужа, но и сделала это с изобретательностью, жестокостью и решительностью, которыми в те суровые века обладал далеко не каждый мужчина.