Клеопатра и Цезарь. Подозрения жены, или Обманутая красавица - Наташа Северная

Клеопатра вернулась к себе бледная, с горящими глазами. Приняла ванну, надела прозрачную тунику, распустила волосы и, провожаемая удивленными взглядами Нефтиды и Хармион, царица направилась в спальню Цезаря.

10

Гонец Потина все-таки успел добраться до Ахилла и передать приказ – наступать на Александрию. Через несколько дней тот стоял под стенами города. В распоряжении Цезаря имелось немногим более трех тысяч воинов – против двадцатитысячного египетского войска. Тем не менее, он не только оказал упорное сопротивление, но захватил остров Фарос, сжег большую часть александрийского флота и установил контроль над портом. Так вышло, что александрийская библиотека оказалась в эпицентре военных действий. Нарочно ее никто не поджигал, но и тушить пожар тоже никто не торопился. Клеопатра стояла у окна и молча наблюдала за языками пламени, пляшущими вокруг здания. Она прекрасно понимала, что если осмелится упрекнуть Цезаря в поджоге флота и библиотеки, то навсегда потеряет единственную возможность вернуть трон. И стоит ли библиотека того, чтобы ради ее спасения терять власть и вновь обрекать себя на унизительное изгнание? Огонь пожирал рукописи, а вместе с ними и беззаботные дни ее юности. После пожара царица долго не могла отделаться от чувства, будто совершила предательство, мелкое и трусливое. Но то, что произошло дальше, притупило ее чувство вины.

Воспользовавшись царящей в городе неразберихой и тем, что никто не заключил ее под стражу, как Птолемея, Арсиноя вместе со своим евнухом Ганимедом бежала в ставку Ахилла. Словно ядовитые пауки они вскоре сцепились друг с другом в смертельной схватке. Ахилл был убит. Войско возглавил Ганимед, а Арсиноя была провозглашена царицей. Узнав об этом, Клеопатра истерично рассмеялась, а после зарыдала. Горестная обида тяжелым камнем лежала у нее на сердце. В мыслях она отреклась от сестры и брата, пожелав им скорейшей смерти. Столь жестокое и смертельное противостояние окончательно сделало Птолемеев врагами, стерло общую память о детстве и кровные узы. Будто они никогда и не жили под одной крышей, будто у них никогда не было общего отца. Жажда власти одержала верх над родственными связями и чувством сострадания. Впрочем, а была ли когда-нибудь среди Птолемеев любовь?

Тем временем на помощь Цезарю из Малой Азии прибыл 37-й легион под командованием Домиция Кальвина. Впрочем, о скором окончании войны говорить еще было рано.

…Уже шесть месяцев длилась александрийская война, и все это время царица ждала самого худшего – поражения и смерти. Страх менял ее характер, учил коварству и хитрости. Все сильнее и сильнее заговорила в ней птолемеевская кровь, алчная и жестокая. Уяснив, как легко и быстро можно избавляться от врагов чужими руками, Клеопатра решила, что пришло время старшего Птолемея. Ее план был прост. Сначала она убедит Цезаря выпустить его из-под стражи, затем Птолемей присоединится к Арсиное, тем самым вступая в открытую борьбу против римлян. Цезарь мгновенно разгадал и оценил ход Клеопатры. Он понимал, что эта троица – Арсиноя, Ганимед и Птолемей – уничтожат друг друга быстрей, чем он сумеет до них добраться.

Все вопросы – военные, стратегические, продовольственные – решал Цезарь. Трудности с питьевой водой, поставками хлеба, провиантом – первые лишения, которые здорово напугали Клеопатру. Царица часто спрашивала себя: не прояви Цезарь к ней благоволения, не встань он на ее сторону в семейном конфликте, переросшем в гражданскую войну, – что бы тогда было с ней? Сирийская армия, которую она целый год собирала с таким трудом, разбежалась бы после первых сражений. В этом Клеопатра была уверена. Более того, она быстро поняла, что полководец из нее никакой. Обыкновенный женский страх, податливость чувствам сыграли бы с ней роковую шутку. Несколько раз на день Цезарь собирал военные советы – насущные проблемы требовали быстрого и верного решения, а любая ошибка или просчет могли обернуться поражением армии.

Клеопатра вынуждена была признать, что на столь долгое время ее не хватило бы, и если бы не поддержка Цезаря, она давно поддалась бы отчаянию. Царица искренне молилась Исиде, чтобы война за трон стала последней войной в ее жизни и чтобы ей никогда не пришлось брать на себя роль полководца.

Каждый день Клеопатра проводила рядом с Цезарем, следуя за ним словно тень, впитывая его мысли, решения, поступки. Она даже начала перенимать его жесты, чем привела Аполлодора в большое недоумение. Все в Цезаре восхищало царицу: глубокий и острый ум, находчивость, щедрость и великодушие. Огромная внутренняя сила Цезаря и его несокрушимая воля вселяли уверенность в то, что его невозможно одолеть. Каждый свой поступок, каждое решение она меряла его мерой, ведь ей так хотелось быть ему подобной! По дворцу поползли слухи о том, что римлянин приворожил молодую царицу, дабы превратить Египет в свою провинцию. Недоверие, которое питала александрийская знать к самой странной дочери Птолемея Авлета, только умножалось. И если ранее у Клеопатры были немногочисленные сторонники, то после того, как открылась их связь с Цезарем, царица их окончательно потеряла.

На восьмой месяц войны на помощь Цезарю пришел его друг и царь Митридат Пергамский. Решающее сражение произошло у Мареотийского озера. Египетская армия была разбита. Кровавая междоусобная война, начавшаяся с семейного конфликта, который затем был вынесен за стены дворца и вовлек в себя армию и народ, закончилась блестящей победой Цезаря и Клеопатры. Арсиноя и Ганимед попали в плен, а позже были отправлены в Рим. При попытке бегства старший Птолемей утонул в Ниле, тем самым повторив судьбу своего старшего брата Александра. Население Александрии вышло навстречу римлянам, неся статуи богов, чтобы сдаться на милость победителя.

Из большой семьи Птолемеев в Александрии остались только Клеопатра и младший Птолемей, которому на тот момент исполнилось двенадцать лет. Согласно древним традициям, молодая вдовствующая царица не имела права царствовать одна. Поэтому ей ничего не оставалось, как выйти замуж за последнего из рода Птолемеев – Птолемея XIV, своего младшего брата. Все понимали, что этот брак – лишь дань старым обычаям, а на деле Клеопатра стала единоличной правительницей Египта. Она чеканила монеты только со своим изображением и подписывала законы и указы только своим именем. После окончания александрийской войны никто из придворных уже не осмеливался выступать против любовной связи Клеопатры и Цезаря. Более того, они стали жить открыто, презрев мнение окружающих.

Как победитель, Цезарь имел полное право объявить Египет римской провинцией, но не сделал этого. Он даже возвратил Кипр, когда-то отобранный у Птолемеев римлянами, и списал большую часть долга перед Римом.

Еще год назад Клеопатра была опальной царицей, жившей в изгнании, и вот теперь – полноправная владычица Египта. Разве могла она предположить даже на мгновение, что всему этому будет обязана римлянину, ставшему для нее дорогим и близким человеком. Не сумев найти понимание в своей семье и среди придворных, она была понята и принята Цезарем, волею богов оказавшимся в Александрии и решившим принять участие в ее судьбе.

11

Мы сидим на берегу Нила. Склонив голову на плечо Цезаря, я с надеждой в голосе спрашиваю: