Исповедь палача с Лубянки. Эмиссар Берии с особыми полномочиями - Петр Фролов

3) создала несколько нелегальных контрреволюционных ячеек в частях РККА («Латвийский национальный корпус») из числа бывших офицеров латвийской армии и развернула работу по скупке и похищению оружия;

4) организовала нелегальную типографию и за время с октября 1940 г. по февраль 1941 г. выпустила 6 номеров газеты «Зинётайс» («Вестник») и брошюру «Речь доктора Дитриха» (пересказ речи заведующего печатью Германии Дитриха^[40] о переделе мира после второй империалистической войны);

5) налаживала связи с аналогичными антисоветскими формированиями в Литве и Эстонии и взяла на себя инициативу подготовить созыв нелегальной конференции националистических организаций Прибалтики;

6) была связана и финансировалась «Латвийским национальным комитетом» в Швеции, возглавляемым бывшим посланником Латвии в Швеции невозвращенцем Салнайсом^[41];

7) предоставила себя в распоряжение германской разведки, которую снабжала шпионскими материалами в обмен на получаемые от немцев денежные средства и нелегальную технику;

8) по указанию немцев подготавливала вооруженное выступление и действия диверсионных групп к моменту нападения Германии на СССР; для этой цели, в частности, руководство «Тевияс саргс» размножило фотопланы районов Риги, выделив в каждом районе организаторов выступления.

По показаниям арестованного Витиньша^[42], руководство организации «Тевияс саргс» было информировано через Шинке в феврале 1941 г. о том, что через 2 месяца политическая ситуация изменится, Латвия будет оккупирована Германией и после 25 марта, когда окончится репатриация и комиссия вернется в Германию, начнутся активные военные действия германских войск, которые предпримут одновременное наступление с юга (Украина) и с севера (Финляндия)...

Следствием установлено, что возглавляемая Шинке резидентура имела своими задачами:

1) сбор секретных сведений о дислокации частей РККА, их вооружении и политико-моральном состоянии;

2) сбор данных об экономическом и политическом состоянии Советского Союза;

3) контрразведывательную работу для выявления нашей агентуры, забрасываемой в Германию в связи с репатриацией немцев;

4) создание на территории Латвии после репатриации шпионской сети, связанной с местными антисоветскими повстанческо-диверсионными формированиями.

Помимо латышского националистического подполья, германская резидентура активно вербовала также агентов среди русских белоэмигрантов. Собранные резидентурой шпионские сведения пересылались в Германию через сотрудников немецкой репатриационной комиссии, с которой Шинке был тесно связан...»^[43]

Также чекистами накануне войны было выявлено несколько радиофицированных (оснащенных радиопередатчиками. – Прим. ред.) резидентур германской разведки. Вот один из примеров:

«Оперативно-розыскной группой 4-го отдела НКГБ 3 мая 1941 г. техническими средствами радиослужбы установлено местонахождение нелегальной радиостанции, работающей на волне 60,2 м позывным Ифа.

Радиостанция находится в г. Каунасе, ул. Сейню, дом 9, и поддерживает связь с радиостанцией, находящейся в г. Штеттине (Германия).

Нами дано задание 3-му отделу об установке всех жильцов указанного дома.

Согласно перехваченному материалу, рация, находящаяся в Каунасе, будет также работать 4 мая в 16 час. 30 мин. по местному времени.

По данным радионаблюдения, указанная радиостанция принадлежит радиосети германской военной разведки, центр которой находится в Штеттине.

Радиостанция, находящаяся в Каунасе, начиная с 1 мая ведет активный обмен шифрматериалом со своим корреспондентом. За это время ею было передано в Штеттин 6 шифрограмм и принято от корреспондента 2 шифрограммы.

Дальнейшее наблюдение ведется»^[44].

В комментарии к этому документу сказано:

«В г. Штеттин (ныне г. Шецин, Польша) дислоцировался «Абверштелле Штеттин».

В декабре 1940 г. при «Абверштелле Штеттин» была организована разведшкола разведчиков-диверсантов и радистов для проведения подрывной работы против СССР. Заброска агентов производилась главным образом в Прибалтику и Белоруссию. В процессе обучения (до 6 месяцев) агенты изучали разведывательное дело, структуру, построение, вооружение и снаряжение Красной Армии, географию СССР, топографию, радиодело, шифры, тайнопись, фото и подрывное дело, ядовитые бактериологические вещества и способы применения их для совершения диверсионных актов.

Германская разведка ставила перед своей агентурой следующие задачи: создавать в советском тылу сеть нелегальных радиостанций для связи в военное время; устанавливать ориентиры для бомбардировок объектов важного оборонного и государственного значения; подготавливать кадры сигнальщиков, облегчающих немецкой авиации бомбардировку советских объектов; организовывать опорные базы для германских парашютных десантов.

Для связи с разведорганом агенты снабжались портативными радиостанциями. Первая заброска агентов, окончивших Штеттинскую школу, была произведена в феврале 1941 г.

В начале мая радист и 3 связанных с ним агента были арестованы. В процессе следствия они признались в шпионаже в пользу германской разведки с середины марта 1941 г.

На допросе 6 мая один из обвиняемых, Друктейнис Эдмунтас, бывший лейтенант литовской армии, показал: «Резидентура германской разведки, возглавляемая мною, должна была сообщать в Германию дислокацию частей Красной Армии, расположенных на территории Литовской республики, их количество, нумерацию воинских частей, фамилии командного состава, данные о вооружении и оснащении боевой техникой и из каких военных округов прибыли и будут прибывать воинские части в Литовскую ССР... Согласно заданию Клауса резидентура должна была собирать сведения о типах самолетов, их боевых качествах, об охране аэродромов и их расположении, в каком состоянии находится зенитная артиллерия и где. В мои обязанности также входило передавать информацию о состоянии железнодорожного транспорта, особенно в случае внезапного изменения расписаний движения поездов».