Женщина с Андроса - Торнтон Уайлдер

Действие «Женщины с Андроса» происходит на воображаемом острове Бринос, в Эгейском море, на рубеже II века до новой эры, то есть на закате Великой эллинской эпохи. Я не писал эту книгу, как, впрочем, и другую, подряд, изо дня в день. Книги свои я ношу с собой или под рукой держу, когда отправляюсь на свою официальную работу, то есть в учебный класс. Эту книгу я начал писать в Лоренсвиллской школе, в штате Нью-Джерси. Далее вернулся к ней в колонии Макдауэлла, Питерборо, Нью-Хэмпшир. Заканчивал в гостиничных номерах Лондона и Мюнхена.

«Женщина с Андроса» даже короче «Моста короля Людовика Святого». Привычка к сжатию вроде бы все больше укореняется во мне, так что я уж начинаю сомневаться: удастся ли когда-нибудь написать по-настоящему длинный роман. Что касается темы этой книги, то в ней несколько разноуровневых тем. Вот те, что, пожалуй, можно назвать второстепенными: различие между фактической данностью и, скажем так, рутиной повседневной жизни, как мы ее проживаем, и эмоциональной насыщенностью и красотой той же самой жизни, когда мы вспоминаем ее, оборачиваясь назад с высоты минувших лет.

Другая тема — тоска и смущенность языческой души и элементы искренности веры даже в суеверии.

Главная же тема — это, наверное, тема всех моих книг, а именно: когда обстоятельства складываются так, что перенести их человеческая душа не может, что тогда? «Каббала» представляет собой цепочку из трех таких крайностей, трех «нервных потрясений». В «Мосте короля Людовика Святого» утверждается, что на глубинах, где завязываются главные жизненные связи, сосредоточена некая интуитивная сила, что помогает справиться с такого рода кризисами.

Надеюсь, в будущем я напишу книгу для детей, которую, впрочем, небесполезно будет прочитать и взрослым. Ну а в настоящий момент я пытаюсь сочинять пьесы.

Если совмещаешь писательство с преподаванием в университете, неизбежны большие интервалы. Время — это всегда имеющаяся под рукой записная книжка с фрагментами будущих сочинений. Отправляешься на долгую прогулку и, сам того не желая, возвращаешься с новыми абзацами, которые находят свое место в той или иной рукописи.