Секретные войны Советского Союза. Первая полная энциклопедия - Александр Окороков

Искрой к началу массовых выступлений и открытому сопротивлению властям среди берлинских рабочих стало решение Совмина ГДР ускорить строительство социализма в стране за счет "добровольного" повышения норм выработок на 10-15%.

Обеспокоенное волнениями советское правительство 2 июня 1953 г. издало распоряжение Совета Министров СССР "О мерах по оздоровлению политической обстановки в ГДР". 9 июня политбюро ЦК СЕПГ, "прислушавшись" к московскому решению, приняло постановление об исправлении создавшегося положения в стране. В опубликованном коммюнике отмечались первоочередные мероприятия в области снабжения, финансов, сельского хозяйства и административной политики. Но было уже поздно. Обстановка обострилась до предела.

По сообщению эмигрантского журнала "Часовой", первыми вышли на улицу 70 строительных рабочих блока № 40 по Аллее Сталина ^[1331]. Этот протест скоро превратился в многолюдную демонстрацию. Катализатором волнений стали подстрекательские передачи американской радиостанции в западном секторе РИАС ^[1332].

16 июня численность демонстрантов, выступавших против повышения норм выработки, по данным печатного органа Центрального объединения политических эмигрантов ^[1333] журнала "Свобода", составляла 12 000 человек, а на следующий день – 100 000 ^[1334]. С самого начала среди демонстрантов было много западных берлинцев. Они сопровождали колонны, выкрикивая политические лозунги, и распространяли листовки, призывавшие рабочих к забастовке, отпечатанные во французском секторе города.

Попытки успокоить демонстрантов пропагандистскими мерами не увенчались успехом. Так, вечером 16 июня на одной из берлинских улиц были разбиты три агитационные автомашины с радиоустановками, призывавшими прекратить забастовку и вернуться за стол переговоров. Женщина-диктор одной из машин была захвачена демонстрантами и растерзана. Остальные агитаторы и шоферы машин получили тяжелые увечья.

Постепенно, наряду с требованиями отмены повышения норм, стали выдвигаться и политические требования: свобода выборов, долой режим Ульбрихта и Гротеволя и т.п.

В 13 часов 30 минут 16 июня РИАС сообщила всем жителям ГДР, что у Дома правительства проходит массовая демонстрация. Радиостанция подчеркивала, что народная полиция не мешает демонстрантам (действительно, у полицейских был приказ не применять оружие). Через три часа РИАС уже дала подробное изложение событий в Восточном Берлине.

После этой радиопередачи у многих жителей ГДР создалось впечатление, что полиция либо перешла на сторону восставших, либо не подчиняется приказам правительства. К тому же американцы распространили слух, что советские войска не применяют силу в Берлине, который-де находится под совместным управлением четырех держав. А если уж русские на это решатся, то на помощь восставшим немедленно придут американские танки. Эта информация способствовала дальнейшим беспорядкам. Вскоре забастовки распространились на значительную территорию Восточной Германии. Они начались в 13 окружных, 97 районных центрах и 196 городах, охватили 6 окружных, 22 районных и 44 прочих населенных пункта ^[1335].

Впоследствии получит распространение утверждение, что Запад был застигнут восстанием врасплох. Ни в ФРГ, ни в США не ожидали, что волнения начнутся именно 16 июня и возглавят их строительные рабочие Берлина. Однако анализ событий, их организации и обеспечения говорит об обратном. Так, например, по данным советской разведки, еще накануне июньских выступлений численность американских и английских военнослужащих в ФРГ увеличилась на 12 тысяч человек. С 14 июня в Западном Берлине было введено круглосуточное дежурство персонала в больницах, а 15 июня вблизи границы с советским сектором открыты пункты скорой помощи ^[1336]. В ночь с 15 на 16 июня на западноберлинский аэродром Темпельхоф (американский сектор) через каждые 30 минут стали приземляться транспортные самолеты с боеприпасами. 16 июня английские и американские войска в городе были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Началось демонстративное выдвижение к границам ГДР танков, бронетранспортеров и другой техники. Для пропагандистской работы были подтянуты кроме РИАС также и армейские радиоустановки, нередко участвовавшие в координации действий повстанцев. С 15 июня с американских самолетов над столицей ГДР стали периодически сбрасываться листовки с призывами выступить против правительства ГДР. В качестве экспертов в Западный Берлин прибыли начальник разведки США А. Даллес, его сестра Э. Даллес, занимавшая видный пост в госдепартаменте, генерал М. Риджуэй – бывший главнокомандующий многонациональными силами ООН в Корее и ряд других влиятельных должностных лиц США. Активизировалась и деятельность западных разведслужб. Начиная с 16 июня на крупнейшие биржи труда в Западном Берлине были направлены офицеры ЦРУ и военной разведки, которые стали вербовать безработных для участия в намечавшихся на 17 июня акциях протеста в столице ГДР. Западным берлинцам предлагали от 20 до 50 марок за участие в демонстрациях после возвращения из столицы ГДР. Недалеко от границы с Восточным Берлином американские офицеры раздавали "добровольцам" бутылки с зажигательной смесью ^[1337]. Одновременно советской радиоконтрразведкой была зафиксирована интенсивная работа в эфире Мюнхенского разведцентра и других радиопередатчиков. В городе Гросспашлебен военными контрразведчиками ГСОВГ во время работы на передатчике был захвачен радист американской резидентуры Винтцлер, а оперативной группой уполномоченного МВД СССР в Германии – агент-радист, житель города Галле Эккариус. Оба передавали в разведцентр информацию о ходе массовых беспорядков в ГДР. На следствии они сознались, что были завербованы (один в 1951 г., а другой в 1952 г.) американцами во время своих выездов в Западный Берлин.