Славянская Европа V-VIII веков - Сергей Алексеев

Проще всего возложить за это ответственность на вошедшее в жизнь хорутан христианство. Но подобные явления возникали в истории всех народов при разложении первобытных устоев, принимали эти народы христианство или нет. Амбиции усиливающейся местной знати и противостоящей им высшей власти рано или поздно приводили к столкновениям в разных славянских княжествах. Но религиозная природа противостояния именно в Хорутании очевидна. Знать увидела в личной попытке князя сменить отчую веру собственной посягательство на свое влияние. Надо иметь в виду, что христианство распространялось мирно, без заметного нажима со стороны властей. Не происходило ни поголовных крещений, ни разрушения языческих святынь. Из этих святынь, кстати, даже в самом Крнском некоторые дожили до средневековья и еще тогда использовались для возведения на престол каринтийских герцогов. Хотимир был крайне осторожен в обращении своих подданных.

Конечно, по факту князь являлся франко-баварским ставленником. Но выбор для хорутан на тот момент был невелик — самостоятельность под скипетром Пипина или прямое аварское иго. Полная независимость, к несчастью, уже в число альтернатив не входила. У власти Хотимир утвердился мирно, по воле самих здраво судивших соплеменников. За оружие же взялись язычники, движимые и униженным племенным чувством, и отступничеством князя от веры отцов. Причем взялись за оружие только тогда, когда угроза мирного торжества новой веры стала вполне осязаемой. Как и во многих странах мира, не появление религии откровения, а сопротивление ей приверженцев старого стало причиной религиозного гонения. Именно крамола, а не крещение, лишила Хорутанию исторического выбора на будущее, перевела ее отношения с франками и баварами в совершенно иную плоскость.

Крамола сделала невозможной дальнейшую проповедь. Предоставив князю разбираться с мятежниками, миссионеры на время прекратили работу. Виргилий отказался прислать нового епископа в Хорутанию. Хотимиру удалось было справиться с мятежом. Тогда в преемники Модесту был назначен Латин. Но победа князя оказалась неокончательной. То ли в связи с избранием нового главы миссии, то ли просто несломленные полностью, язычники поднялись вновь. Латина прогнали из Хорутании. Крамола возобновилась. Наконец, Хотимир одержал победу. Но церковную организацию Виргилий воссоздавать в Хорутании не решился. Направив настоятелем к святой Марии пресвитера Мадальхола, он одним этим и ограничился. Позднее на смену Мадальхолу прибыл новый священник — Варманн.

Примерно в 769 г. умер Хотимир. Судя по длительности правления, князь был достаточно популярен среди своих подданных. Он сохранял власть порядка 15 лет, притом что впервые в славянской истории столкнулся с междоусобной войной. Недовольных ему удалось подавить, искренне исповедуемое христианство — утвердить на хорутанской земле. Однако сразу после его смерти крамольники вновь дали о себе знать. Мятеж вспыхнул с новой силой. Варманн бежал из Хорутании, и в стране не осталось «ни одного священника».^[1676] Новый князь, некто Вальтунк, сначала поддерживал язычников. Его имя напоминает о языческом титуле князя как верховного жреца — «владыка». Не исключено, что «Вальтунк» принял этот титул, вступив на престол и восстановив язычество во всех его правах. Разгром христианской партии, сторонников союза с Баварией, естественно, привел к разрыву этого союза. На границе начались столкновения. Баварская знать совершала набеги на Хорутанию, захватывала рабов.^[1677]

Хорутанская крамола не ограничилась только пределами Хорутании и пока языческой в основном Крайны. В соседней Хорватии имелись свои, пусть не столь острые, причины для отступничества. Собственно, основной являлось крайне поверхностное восприятие христианства даже знатью. Рим был далек, связи с ним не слишком регулярны. До Хорватии наверняка доходили какие-то сведения о разладе римских пап с византийским иконоборческим двором. Обширное Хорватское княжество меньше, чем Хорутания, нуждалось в союзе с франками. До сих пор он был просто противовесом восстанавливающейся Византии. Авары Хорватию тревожить не смели. Но теперь франки и бавары пытались утвердиться в Хорутании. А это грозило сделать «подчинение» франкам реальностью. Так что хорватская знать поддержала хорутанскую крамолу. В Хорватии тоже произошло вероотступничество. Княжеский дом отказался от христианства. Две епархии, созданные при Ираклии, были уничтожены. В то же время хорваты не стали отказываться от «подчинения» франкам. Они выжидали.^[1678]

Тассило III готовил для борьбы с крамолой как военные, так и мирные средства. Действовать ему приходилось в одиночку, без поддержки франков. В 768 г. умер король Пипин. Франкское королевство поделили его сыновья Карл и Карломан. Бавария вновь обрела самостоятельность, к чему Тассило всегда стремился. Но вместе с независимостью пришло и немало проблем.

В 769 г., с началом новой крамолы, Тассило выделил Атто, аббату монастыря Шарниц Фрейзингского епископа, местность Иннихен для создания нового монастыря. Пустынный Иннихен, который выпросил Атто у герцога, располагался в верховьях Дравы, на границе с Хорутанией. Граница проходила тогда, согласно грамоте, по впадающему в Драву и стекающему с Анрасских Альп «ручейку». Вплоть до него и простерлись новые монастырские владения. Цель создания монастыря Тассило, в согласии с просьбой Атто, сформулировал четко — «вывести неверующий род славян на путь истины».^[1679] Духовенство Фрейзинга рассчитывало преуспеть там, где потерпели неудачу зальцбургские собратья.

Исход крамолы решило баварское оружие. В 772 г. пограничные столкновения вылились в большую войну. Против Хорутании выступил сам Тассило. В сражении с герцогским войском хорутане потерпели поражение.^[1680] Неудивительно — им теперь приходилось вести войну на два фронта, против Аварии и Баварии. Ныне, после разгрома, речь могла идти только о действительном подчинении баварам. Вальтунк сделал минимальную уступку. Он «послал вновь к епископу Виргилию и попросил его направить туда же священников».^[1681] Тем самым под крамолой была подведена черта. Для Хорутанского княжества это означало еще полвека относительной независимости.