Охотник - Джон Хантер

Спасая свою жизнь, люди побежали в разные стороны. На одном из них был красный плащ, ставший для него смертным приговором, — слон погнался именно за ним. Жители деревни, спрятавшись в хижинах, прислушивались к погоне. Они ничем не могли помочь. Раздался страшный крик — слон настиг человека. Огромный зверь придавил его одной ногой и хоботом разорвал на части.

Я в это время сопровождал двух канадских охотников-спортсменов в Абердарском лесу, когда от вождя той деревни, где произошло убийство, прибыли посыльные.

Меня хорошо знали в Кении, где я провел много лет, сопровождая охотников-спортсменов. Иногда по просьбе властей я уничтожал опасных животных.

Вождь деревни сообщил мне, что этот слон ходил в одиночку и был настоящим разбойником. Он уничтожал посевы и несколько месяцев держал в страхе население всего района. Если не застрелить его, он наверняка рано или поздно совершит еще не одно убийство.

С охотниками-спортсменами, братьями Алленом и Дунканом Макмартинами, которых я сопровождал, у меня был подписан контракт. В течение многих недель мы искали в кустарнике бонго^[1] — редко встречающийся вид африканской антилопы. Я понимал, что если начну охоту на слона-разбойника, это уменьшит шансы братьев-охотников на добычу хорошего трофея. И все же они, не колеблясь, предложили мне заняться слоном. Мне приходилось иметь дело с охотниками-спортсменами, которые не проявили бы такого благородства.

Я пригласил Саситу — туземца из племени Вакамба, который много лет носил мое запасное ружье во время охоты на крупного зверя. Вместе с посыльными мы тут же отправились в селение.

В деревне нас встретил вождь по имени Нгири. Мы с ним старые друзья, однако сейчас было не до воспоминаний — всю деревню охватила паника. Жители боялись выйти на шамбы — так называются кукурузные поля. Многие вообще не решались выходить из хижин, как будто плетеные жилища могли защитить их от слона-разбойника. Нгири рассказал мне, что слон переходит от деревни к деревне, уничтожая по пути посевы кукурузы. Если его не убить, жители деревни будут обречены на голод.

Вместе с Саситой мы отправились осмотреть тело убитого. Следы несчастного мы обнаружили на окраине деревушки, где он впервые заметил слона. По ним мы прошли в глубь кустарника. Это была печальная картина: человек бежал зигзагами, петлял, стараясь оторваться от преследователя. Я очень хорошо представил себе, что он чувствовал — меня самого не раз преследовал слон. Это как ночной кошмар. Шипы колючих деревьев мешают бежать, лозы ползучих растений хватают за ноги, а слон в погоне за тобой все сокрушает на своем пути и преследует тебя, подобно фокстерьеру, устремившемуся за крысой. Каждую секунду ожидаешь, что змееподобный хобот обхватит шею, а оглянуться нельзя, так как смотришь на кусты, сквозь которые надо прорваться.

Останки жертвы мы нашли, но красного плаща, который носил убитый, нигде не было видно. Слон, наверное, унес его с собой.

Мне не раз приходилось слышать, что слоны нападают на людей, одетых в красное; по-видимому, этот цвет особенно возбуждает или раздражает их.

Я готов был тотчас же идти по следу разбойника, но Нгири посоветовал подождать: слон наверняка опустошит сегодня вечером какую-нибудь деревню и посыльные еще ночью принесут об этом известие. Тогда утром можно будет выступить по свежему следу, сократив на сутки, а может быть и больше, утомительное тропление^[2]. Нгири был прав. Оставалось ждать и надеяться, что разбойник ограничится опустошением шамбы и никого больше не убьет.

За несколько часов до рассвета из горной деревушки, расположенной в пяти милях^[3] от нас, прибыл посыльный! Оказалось, что слон вечером вошел в деревню, но вместо того, чтобы идти прямо на поля, стал ходить взад и вперед около хижин. Затем он остановился перед одной из хижин и простоял очень долго, оставив большую кучу помета в каких-нибудь шести футах^[4] от двери. Можно себе представить самочувствие несчастных обитателей хижины, спрятавшихся под ненадежной тростниковой крышей, пока слон-разбойник стоял рядом в ночной темноте — огромный и страшный. Через некоторое время, показавшееся им целой вечностью, слон направился на шамбы. В безмолвном отчаянии прислушивались люди к тому, как слон уничтожал урожай — плоды тяжких трудов на полях, орошенных потом.

Насытившись, слон ушел в кустарник, чтобы переварить пищу и отоспаться.

С рассветом Сасита и я направились в деревню. Преодолев крутой подъем, мы оказались на высоте в девять тысяч футов. Дышать стало трудно. В деревне мы обнаружили следы слона, начинавшиеся от пролома в живой изгороди из колючего кустарника, окружавшего кукурузное поле. Дальше следы уходили в глубину великого Абердарского леса.

После яркого света равнины лес показался нам большим призрачным зданием с зеленой крышей и колоннами из могучих стволов деревьев. Вокруг царила жуткая тишина. Густая листва заглушала звук. Мы бесшумно продвигались среди стволов огромных деревьев. К счастью, здесь не было густых зарослей, и я мог видеть ярдов^[5] на двадцать вперед.

Неожиданно едкий запах слонового помета ударил в нос, и я увидел целую кучу отвратительной массы, облепленной мириадами лесных мошек. Сасита ногами разворошил кучу и указал на зерна не переваренной кукурузы. Помет был свежий. Слон опередил нас всего лишь на несколько часов пути.

Я надеялся на встречу со слоном в этой части леса, но разбойник оказался хитрым зверем и выбрал место для дневного отдыха в самой чаще. Следы привели нас к густым зарослям бамбука, росшего вперемежку с высоким растением, похожим на лесную крапиву. Это было место, мало подходящее для охоты. Наше появление взбудоражило множество обезьян видов колиби и сайкс. Они прыжками исчезали в деревьях, и я молил бога, чтобы слон не услышал поднятого ими шума.

Каждый раз, когда из своего укрытия выскакивала красноногая куропатка или миниатюрная африканская антилопа дукер, я вздрагивал и хватался за ружье. Все это отличалось от обычной спортивной охоты, когда имеешь возможность найти стадо в редком кустарнике и убить на выбор любого слона. Не будь я связан обещанием, данным вождю Нгири, я бы вернулся обратно, чтобы подкараулить этого слона в более удобном месте.

Вскоре бамбуковые заросли расступились, и мы оказались на том месте, где местные жители рубили лес. Я выругался про себя, увидев, как слон бросился в сторону, почуяв ненавистный запах человека. Он помчался через бамбуковую рощу, все сокрушая на своем пути. Слон обычно не боится человека, находясь около его жилья или на шамбах, но в лесу даже ночью запах человека внушает ему панический страх.