Катары - Роже Каратини

Эти вопросы неотступно преследуют нашего Анонима, но не меньше они, должно быть, тревожили прелатов и сеньоров того времени, и позже мы еще к этому вернемся. То обстоятельство, что проблема стабильности феодальной системы была поставлена так отчетливо, само по себе ясно показывает, что крестовый поход против альбигойцев был главным образом политическим предприятием, а не религиозным конфликтом, как утверждал ничего не понявший во всем этом Вольтер.

В самом деле, не следует упускать из виду, что Франция при Филиппе II Августе была далека от единого королевства, сопоставимого с нашим сегодняшним «Шестиугольником»^[7]. Разумеется, короли из династии Капетингов — первый из которых, Гуго Капет, завладел короной Каролингов при помощи ловкого обмана, благодаря удачному политическому перевороту, подстроенному совместно с епископом Адальбероном, — присвоили славу Карла Великого и Роланда, так что жонглеры^[8], труверы^[9] и менестрели вволю будут менять историю страны франков, доходя даже до того, чтобы перенести в Париж дворец древних императоров (которые на самом деле жили в Экс-ла-Шапель) и превратить область, расположенную между нашей столицей и Орлеаном, в колыбель Каролингов^[10]! Глупая и тщеславная ложь, повторявшаяся даже в реваншистских официальных школьных программах Третьей Республики.

Так вот, Филипп II был коронован в Париже 1 ноября 1179 года, при жизни отца, Людовика VII, в соответствии с капетингским обрядом, и было ему тогда четырнадцать лет (он родился в 1165 году в Гонессе); годом позже Людовик VII умер, и Филипп II, который позже получит прозвище Август, сменит его на престоле. Его царствование будет долгим — до 1223 года. Маленький, с виду медлительный и неуклюжий, одноглазый, по-умному скрытный, отличный полководец, этот король, которому немало помогали его верный гофмаршал Робер Клеман и граф Радульф (Родольф) де Клермон, выстроит, прибавляя по кусочку, первое объединенное французское монархическое государство.

Как всякий хороший и уважающий себя сеньор, Филипп прежде всего позаботился о том, чтобы увеличить собственную территорию, королевский домен, ядром которого был Иль-де-Франс; его владения простирались от Компьеня до Буржа и от Нормандии до Санса, со столицей в Париже. Королю принадлежали самые плодородные земли Франции, пересеченные большими и малыми дорогами, с многочисленными городами и деревнями, и земли эти приносили немалый доход. Из этих роскошных владений король извлекал большую выгоду, ему принадлежала монополия на пекарни, кузницы, давильни и мельницы, он взимал разнообразные налоги, что делало его самым богатым сеньором королевства и давало возможность посылать в провинции своих представителей, бальи на севере и сенешалей на юге, которые надзирали за прево^[11] и ведали судами, и содержать небольшое войско в три тысячи человек. Земли этого королевского домена были окружены владениями знатных сеньоров, из которых самыми могущественными были трое: герцог Нормандский (он был еще и королем Англии, известным под именем Генриха II Плантагенета), граф Шампани Генрих Щедрый и граф Фландрский.

Оказавшись у власти в пятнадцать лет, Филипп II стал проводить свою политику экспансии. Для начала он женился на Изабелле, дочери графа Эно, она принесла ему в приданое города Аррас и Сент-Омер — этот брак вызвал недовольство семьи графа Шампанского и породил конфликт. Король разрешил его с оружием в руках. Затем он, пользуясь уловками феодального права, путем переговоров или через судебные инстанции заполучил прекрасные и богатые земли Артуа, Валуа, Амьенуа и Вермандуа. После чего, прислушиваясь к продуманным советам, Филипп Август предпринял удачную попытку завоевания Нормандии (1202— 1204), а также земель по берегам Луары. Уже тогда можно было предположить, что после того, как король отнимет владения Иоанна Безземельного (1202), после завоевания Пуату (1204), затем Турени и Анжу (1205), он распространит свою захватническую политику на юг Франции и после того, как он благодаря действиям Ги де Дампьера присоединит к королевским владениям Овернь, Филипп Август повернет оружие против Лангедока, то есть против графа Тулузского: распространение на тулузских землях альбигойской ереси послужит ему предлогом.

В самом деле, для Капетинга велико было искушение завладеть сенешальствами Лангедока, ядром которого было богатое и могущественное графство, изначально объединявшее лишь прилегавшие к Тулузе области. Первым известным нам сеньором этих земель был некий Фределон (849—852), его преемником стал его младший брат, Раймонд I (852-864), основатель рода графов Тулузских. В 924 году пятый граф Тулузский, Раймонд III Понс, прославился тем, что прогнал за Альпы венгров, захвативших Прованс и Лангедок. В 932 году он подучил от короля Франции Рауля Бургундского (923—936) герцогство Аквитанское и графство Овернское и, присоединив к своим владениям диоцезы Безье, Нарбонн, Агд, Магелонн и Ним, навязав свое господство лангедокским сеньорам, распространил границы своих земель от Луары до Пиренеев и Средиземного моря.