Женщины в эпоху Крестовых походов - Елена Майорова

Вероятно, пуатсвинский бастард был достаточно убедителен, доказывая принцессе свои намерения и чувства. Вполне возможно, он и сам тяжело выбирал из двух зайчих, но все же выбрал зайчонка.

В первые месяцы 1130 г. Раймунд вступил в брак с Констанцой и получил с ее рукой всю полноту власти над княжеством Антиохийским.

Легко представить, но трудно описать разочарование и гнев так жестоко и цинично обманутой княгини Алисы. Принцесса страдала не только как женщина — она теряла власть в Антиохии, и смириться с этим было невозможно.

Алиса взбунтовалась и вновь повторила прежний демарш. На белоснежном жеребце, в бархатной алой мантии, в золотом княжеском венце на распущенных волосах, она носилась по стране, призывая на помощь всех, кто мог держать в руках оружие.

Теперь вместо усопшего отца на усмирение строптивицы выступил муж ее старшей сестры Мелисенды, сюзерен Антиохии король Фулько. Он нанес кровавое поражение Понсу Триполийскому и принудил его к послушанию. Однако король был сильно стеснен в своих действиях, поскольку Мелисенда, как всегда, полностью приняла сторону сестры. В свое время ей пришлось пожертвовать своим женским счастьем ради государственных интересов, и ей как никому другому была близка и понятна горечь разочарования Алисы. Сестра избрала себе супруга, решила поступиться свободой ради любимого — и что же? Этот презренный человек очаровал и обнадежил ее только для того, чтобы жестоко обмануть!

Вражду к Раймунду королева иерусалимская сохранила на все оставшиеся 13 лет его жизни.

В таких сложных обстоятельствах дальнейших военных действий не последовало, но интриги достигли апогея.

29 августа 1137 г. Иоанн Комнин, пройдя через перевалы черных гор, носивших название Сирийские ворота, вторгся в пределы Антиохийского княжества и стал лагерем на берегу Оронта. Ощущая слабость своей дружины, Раймунд надеялся решить дело дипломатическим путем. Он просил у императора должность викария, то есть наместника Антиохии, признавая ленную зависимость княжества от Византии. Но Иоанн настаивал на безоговорочной сдаче. Раймунд затягивал переговоры, умоляя дать ему собраться с мыслями, а сам тем временем слал гонцов к королю Фулько за советом и помощью.

Совет из Иерусалима оказался вовсе не таким, на какой рассчитывал князь: принять условия императора. Современники видели в этом влияние Мелисенды, не простившей Раймунду оскорбления, нанесенного ее сестре.

По смерти Иоанна его наследник Мануил послал сухопутное войско и флот под начальством самых испытанных полководцев своего отца против Антиохии. В Киликии и на антиохийском берегу дело дошло до кровопролитных битв, которые, несмотря на отдельные успехи, наконец так ослабили князя Раймунда, что он для предупреждения худших последствий сам отправился в Константинополь и глубоко смирился перед Мануилом. Но был помилован только тогда, когда попросил прощения у гробницы императора Иоанна и возобновил ленную присягу как вассал Византийской империи.

Еще при жизни Иоанна возник проект брачного союза Мануила и свояченицы германского императора Конрада, Берты Зульцбахской. Конрад горячо ратовал за такой союз. Берта прибыла с визитом в Византию, но, кажется, не понравилась наследнику. «Знакомство с немецкой принцессой не разожгло в нем пыла». Однако через 4 года, которые несчастная девушка провела в Константинополе, всеми забытая, он вернулся к этой мысли, и в 1146 г. женился на Берте, заставив ее сменить свое немецкое имя на греческое — Ирина. Это был чисто политический брак. Императора, который был очень молод, супруга не привлекала. Она «больше заботилась об украшении своей души, а не своего тела; отвергая пудру, краску и все украшения, созданные человеческими руками, она признавала только серьезную красоту, которая происходит от блеска добродетели», — объяснял холодность Мануила греческий историк Никита Хониат. Тем не менее император воздавал Ирине великие почести и предоставлял все средства для того, чтобы вызывать уважение народа. Сам же предавался празднику чувств со своей прекрасной племянницей Феодорой.

Совсем не так удачно все устроилось у Алисы.

После брака дочери вдовствующая княгиня Антиохийская стала всем неудобной докучливой просительницей. Тяжелая ненависть к обманувшему ее ожидания Раймунду утомляла окружающих. Поддержку, и то более моральную, она получала лишь от сестер, которые всегда были на ее стороне. Но в 1152 г. не стало Годиерны, а в 1161-м — Мелисенды.

Насильственно удаленная в свой вдовий удел стараниями Раймунда, опасавшегося грозной тещи, она угасала на глазах. Пустые вялые дни тяготили и приносили только разочарование.

Умерла Алиса в изгнании, умерла «от разбитого сердца», став настолько незначительной фигурой, никому не нужной и обременительной, что даже год ее смерти неизвестен.

В память о подвигах Раймунда Тулузского, графа Сен-Жильского, который так и не смог завоевать Триполи (он назывался графом Триполийским, поскольку занял все окрестности, но умер, не успев взять город), богатая Триполийская область была возведена в ранг графства и стала наследственной в его доме.

Он первый из латинских правителей склонился на сторону византийского императора, и греки всегда оставались его верными союзниками.

Богатство Триполи, города предприимчивого и активного, было притчей во языцех, так же как искусство торговли его арабско-еврейского населения.

Триполийская область славилась своими природными богатствами, лесами из пальмовых, апельсиновых и гранатовых деревьев, а также искусными ремесленниками. Но завоеватели опустошили поля и вырубили сады, мастеров убили, а знаменитую триполийскую библиотеку — памятник духовной жизни турок, персов, египтян и греков — сожгли. Теперь Триполи стал христианским и оставался в руках европейцев на протяжении следующих 180 лет.

Благодатная природа скоро залечила свои раны и снова расцвела. Эта волшебная страна, этот ближневосточный рай, где гибли люди, рушились стены и пылали страсти, недаром так полюбилась Раймунду Тулузскому: она напоминала ему родные края, цветущий и благоухающий Лангедок. Сирийские города Триполи, Арадос, Порфирион, Сидон и Тир стали провансальскими Тулузой, Каркассоном, Альби, Давором и Фуа в миниатюре.

Уже довольно пожилой человек, Раймунд умер в июне 1105 г Наследовал графу его двоюродный племянник Гильом-Жордан, граф Серданский. Он продолжал его политику дружбы с Византией.

Сыновья Раймунда поделили между собой отцовское наследство. Альфонс, родившийся в Святой земле, отправился на родину предков, в Европу. Он носил титул графа Тулузского, маркграфа Прованса и герцога Нарбоннского. Бертрану, появившемуся на свет в Тулузе, напротив, предназначался Триполи. Регент, Гильом Серданский, сначала берег наследство для него, пока тот не вошел в возраст. Однако постепенно Гильом стал рассматривать Триполийскую область как свою собственность.

В 1108 г. Бертран отправился на Восток, чтобы заявить о своих правах на отцово наследство. Он вел 40 галер с 400 провансальскими рыцарями, а также генуэзские корабли. II. дороге он попытался привлечь на свою сторону Танкреда, правившего в то время Антиохией, по не нашел взаимопонимания. Тем не менее Бертран двинулся к Триполи, где провансальцы из окружения регента, любившие его отца, перешли на сторону сына. Бертрана поддерживали Балдуин I и Балдуин де Бург, а Гильома-Жордана — Танкред.