Шелковый путь. Дорога тканей, рабов, идей и религий - Питер Франкопан

В других отношениях шах также готовился к будущему. Он понимал, что нефтяное процветание начала 1970-х годов не продлится вечно, что нефтяные запасы рано или поздно окажутся исчерпаны и Иран останется наедине с собственными неудовлетворенными энергетическими потребностями. Безотносительно вращения термостатов в США спрос на нефть продолжал расти, оставляя Иран и другие, богатые нефтью страны с полными карманами для подготовки долгосрочных планов. Ядерная энергетика, заключалось в докладе, специально заказанном шахом, была «самым экономичным источником энергии», который обеспечит нужды Ирана. Основываясь на двух предположениях – что цены на нефть так и продолжат расти, а цены на строительство и содержание атомных электростанций будут снижаться, – развитие ядерной индустрии казалось очевидным шагом, особенно учитывая, что этот престижный проект продемонстрировал бы, каким современным стал Иран^[1857]. Шах лично принял ответственность за него, проинструктировав доктора Акбара Этемада из новой организации по атомной энергии Ирана, докладывать о ходе реализации непосредственно ему^[1858].

Первой остановкой стали американцы. В 1974 году с США было заключено предварительное соглашение о продаже Ирану двух реакторов, а также обогащенного урана. Масштаб сделки увеличился в 1975 году, когда был заключен договор на сумму 15 миллиардов долларов, предполагавший, что Ирану будет позволено приобрести у Соединенных Штатов по фиксированной цене в 6,4 миллиарда долларов восемь реакторов^[1859]. На следующий год президент Форд одобрил сделку, дающую Ирану право купить и использовать произведенную в США систему, включавшую в себя перерабатывающий завод для извлечения плутония из реакторного топлив и, таким образом, позволяющую Ирану применить «ядерный топливный цикл».

Глава администрации президента Форда не колебался, одобряя эту продажу: в 1970-е годы Дик Чейни не находил сложным «вычислить» мотивы Ирана.

Приобретения шаха в США были частью амбициозного и гораздо более масштабного плана, который требовал технологий, знаний и сырья от других западных стран. В 1975 году началась работа над строительством двух реакторов с водой под давлением, располагавшихся неподалеку от Бушира, после подписания контрактов с западногерманской компанией Kraftwerk Union AG, которая также обязалась обеспечить начальную заправку и перезарядку каждые десять лет. Декларации дальнейших намерений были подписаны с Kraftwerk, Brown Boveri и французской компанией Framatome, в которых обговаривалось устройство еще восьми реакторов, а также условия снабжения Ирана обогащенным ураном. Были достигнуты соглашения о переработке урана во Франции и возвращении его в Тегеран для обогащения и повторного использования или перепродажи третьей стороне по выбору Ирана^[1860].

Хотя в 1968 году Иран и подписал договор о нераспространении ядерного оружия, в среде разведслужб постоянно ходили слухи о разработке скрытой программы ядерного вооружения, и это неудивительно, учитывая заявления шаха, что Иран повысит силу своего оружия «без сомнения и скорее, чем кто-либо думает»^[1861]. В докладе ЦРУ относительно распространения ядерного оружия в 1974 году в общем заключалось, что, хотя Иран находится на ранней стадии разработок, похоже, что шах достигнет цели в середине 1980-х годов, «если останется жив»^[1862].

Другие страны тоже хотели вкладывать средства в ядерные разработки гражданского применения, в то же время наращивая поражающую мощь. В 1970-х годах Ирак под руководством Саддама Хусейна осуществлял бешеные траты в рамках программы создания ядерной бомбы^[1863]. Саддам был амбициозен, поставив «план производства шести бомб в год», по словам доктора Хидира Хамзы, ответственного за программу в 1980-е годы. Разработки такого масштаба дали бы Ираку больший арсенал, чем создал Китай за два десятилетия. За ценой не стояли. Иракские ученые и инженеры толпами отправлялись за границу для обучения, в первую очередь во Францию и Италию, в то время как дома делалось все возможное, чтобы использовать гражданскую программу для приобретения технологий, выработки умений и создания инфраструктуры, необходимой для формирования ядерного арсенала^[1864].

Иракцы были последовательны в своих устремлениях. После приобретения в Советском Союзе двухмегаваттного исследовательского реактора, который вышел из строя в 1967 году, они решили добыть газографитный реактор и построить завод по переработке плутония, который могли получить в результате. Когда запросы во Францию были отклонены, они забросили удочку в Канаду в надежде купить реактор, аналогичный тому, который позволил Индии испытать ядерное устройство в 1974 году. Это заставило французов изменить взгляд на сделку, согласившись построить исследовательский реактор класса «Осирис» и еще один поменьше, работавших на оружейном уране. Остальные материалы, необходимые для двойного использования, были куплены у Италии, включая горячие камеры, а также установку для обработки и обогащения, способную извлекать плутоний из радиоактивного урана и производить 8 килограммов в год^[1865].