Искушение временем. Книга 3. Соблазны бытия - Пенни Винченци

– Думаю, что сохранилось. – Он осторожно смахнул с ее щеки слезинку. – Даже уверен. Иначе вы бы работали у меня.

Элспет намеренно не отреагировала на это «у меня».

– Боюсь, что нет. Кейр бы мне не позволил.

– Он бы вам не позволил? – Маркус откинулся на спинку стула, внимательно разглядывая лицо Элспет. – Пожалуй, это самое печальное признание, какое мне доводилось когда-либо слышать. Чтобы человек с вашими амбициями и талантом сидел дома только потому, что… – Маркус оборвал фразу и вдруг спросил: – Я могу вам чем-нибудь помочь?

– Очень сомневаюсь. Я была поставлена перед выбором: или моя работа, или наш брак.

– Вы выбрали брак. И вы еще сомневаетесь насчет своего нежного сердца?

– Я чувствую себя жестокосердной, – вдруг сказала Элспет, легкомысленно ныряя в пропасть признаний. Опасных признаний. – Я постоянно чувствую себя уязвленной, постоянно сержусь. Мне невыносима сама мысль, что я торчу дома, а он сидит в «Литтонс» и занимается тем, чем должна бы заниматься я. Потом он приходит и рассказывает, как у него прошел рабочий день. Мне хочется заткнуть уши.

– Мне очень больно об этом слышать, – тихо произнес Маркус Форрест. – Очень больно. Вы уверены, что я ничем не могу помочь вам?

– Уверена. Ничем. Мне никто не поможет.

– Если вы все же усмотрите ситуацию, в которой я мог бы вам помочь, обязательно сообщите. А сейчас, наверное, нам стоит переменить тему и поговорить о более приятных вещах. Например, о том, куда бы я мог сегодня сводить на обед нескольких занудливых книготорговцев? Какие спектакли мне стоит посмотреть, пока я в Лондоне? Где я смогу купить подарок для дочери?

– Книготорговцев лучше всего пригласить в «Савой». Из пьес обязательно посмотрите «Комедианта»[22]. С Лоуренсом Оливье это просто бесподобное зрелище. С подарками для вашей дочери я помогу вам. Мы отправимся в «Хэрродс». Там есть все, что детской душе угодно: от кукол и роликовых коньков до…

– До нарядных платьев?

– У них полным-полно нарядных платьев.

– Тогда давайте вместе выберем платье для моей дочки. Конечно, если у вас есть время.

Элспет почувствовала себя соучастницей его замыслов.

– Времени у меня предостаточно, – сказала она.

В ярко освещенных магазинах весело перемигивались разноцветными огоньками гирлянды. Везде было полно народу и чувствовалось предпраздничное настроение. Элспет послушно шла за Маркусом, захваченная лихорадкой покупок. Большинство купленных им подарков предназначалось дочери: куча игрушек, несколько нарядных платьев. Бывшей миссис Форрест он купил кашемировый свитер. Почти не раздумывая, Элспет купила себе такой же.

– А что для вашего мужа? – осторожно спросил он.

– Ничего, – отрезала Элспет.

Маркус посмотрел на нее и рассмеялся:

– Думаю, ему и не нужны подарки. У него есть вы.

Из «Хэрродса» они отправились в «Харви Николс», где Маркус купил бывшей жене духи.

– «Арпеж». Чудесный запах, – сказала Элспет.

– А какие духи любите вы? «Шанель»? Таким женщинам, как вы, должны нравится «Шанель».

– У меня никогда не было этих духов.

– Тогда я обязательно куплю их вам. – Маркус с улыбкой смотрел на нее. – Но при одном условии. Вы будете душиться ими только для меня.

– Похоже, вы напрасно потратите деньги, – засмеялась она.

– Вы так считаете? – спросил Маркус, мгновенно перестав улыбаться. – Была бы моя воля, Элспет, вы бы постоянно пользовались «Шанель».

Она молча открыла коробочку, достала флакон и, словно в замедленном кино, помазала себе за ушами.

Это было крайне эротичное действо.

* * *

– Ну вот и время чая подоспело. Возвращаться в «Литтонс» уже не имеет смысла. Почему бы нам не выпить чаю в «Рице»? Одновременно заглянем в «Хэтчардс», посмотрим, как продаются наши книжки.

Взяв такси, они поехали на Пиккадилли, в «Хэтчардс». Прошлись по залу, разглядывая стеллажи.

– А книги «Литтонс» пользуются успехом, – сказал Маркус. – Роман ужасов в трех частях – ловкая затея Джея – продается просто как горячие пирожки.

– Джей очень умен. Согласны?

– Весьма умен, но он уступает вашему мужу… Надо же, как опрометчиво с моей стороны, – улыбнулся Маркус.

– Не волнуйтесь, я ничего не скажу Кейру, – торопливо произнесла Элспет.

«Оленья гора» пользовалась неменьшим успехом. Роман продавали не только в зале, но и с лотка на площадке между этажами.

– Вот вам пример моего ошибочного прогноза, – сказал Маркус. – Четвертый дополнительный тираж. Это мне сообщил Джайлз.

– Да. Вам понравилось содержание?

– Лично у меня оно вызвало неприязнь. Но работа сделана очень профессионально. Хотя что-то в этой книге меня и сейчас настораживает.

– Что именно?

– Толком не знаю. Наверное, этот роман слишком… совершенен. Кстати, а где автор? Разве ее не приглашали в Лондон?

– Она отшельница. Не любит внимания к своей персоне.

– Тогда зачем вообще рассказывать миру об оленях, горе, своей жизни? Кто-то обязательно захочет ее разыскать. Найдутся любопытные читатели.

– Ну вы и зануда! – засмеялась Элспет.

– Возможно. Идемте пить чай.

Они прошли по Пиккадилли, завернули в «Риц» и обосновались в «Палм-Корт».

– Никогда бы не подумала, что мужчина любит болтаться по магазинам, – сказала Элспет, разглядывая покупки Маркуса.

– А мне всегда нравилось покупать. Это называется дух стяжательства.

– И что же вы предпочитаете покупать?

– Все. Картины. Антиквариат. Одежду. Красивых женщин.

Элспет улыбнулась, чувствуя полную беззаботность. Опасное состояние.

– Думаю, женщин у вас предостаточно.

– Нет, не угадали. Почти никто недотягивает до моих высоких требований.

Арфистка, расположившаяся под одной из самых больших пальм, играла попурри из «Вест-сайдской истории». Музыка плохо гармонировала с помпезным интерьером зала. С соседних столиков долетали обрывки разговоров. В зал входили новые посетители. Завидев друзей, они бросались к ним с поцелуями. Чем-то это напоминало театральное действо. Во всем ощущалось какое-то излишество, подумала Элспет, а вслух спросила:

– Наверное, вам нравятся излишества?

– Конечно. Я очень жадный человек.

Элспет выдержала его взгляд и, помолчав, сказала: