Расстрел "Белого дома". Черный Октябрь 1993 года - Александр Островский

Одним из тех, кто выходил через 20-й подъезд был А. Залесский. «Спускаемся по лестнице в вестибюль двадцатого подъезда., – вспоминает он, – Его не узнать: мебель перевернута, на стенах следы от пуль, на полу осколки стекла. Предлагают нам сесть на пол и поодиночке не выходить на улицу – там еще стреляют. Полчаса ждем. Наконец бойцы “Альфы” приводят еще каких-то людей с шестого этажа, и вот мы на улице. Тепло, как летом. Напротив БТР с задранным кверху стволом пулемета и цепь автоматчиков в касках и бронежилетах. Дула автоматов тоже направлены вверх. У Горбатого моста небольшая толпа. Нас проводят сквозь нее»[2852].

Дальше, судя по воспоминаниям А. Залесского, их направили на Конюшковскую улицу. «Проходим мимо стены американского посольства и стадиона. Еще одна цепочка: на этот раз милиция. И перед зоопарком еще одна. Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на Дом, – он хорошо виден в розоватых лучах заходящего солнца. Центральная его часть горит, из окон с обеих сторон на уровне двенадцатого-четырнадцатого этажей – огромные крылья огня….Только теперь замечаю, что вокруг Дома Советов опять идет стрельба… Как быстро русский человек ко всему привыкает! Смотрю на часы: около шести вечера. Бабка у дверей магазина возмущается: “ Ельцин и Хасбулатов ссорятся, а сколько людей положили!»[2853].

Существует мнение, что баркашовцы уходили из «Белого дома» через подземные коммуникации[2854]. По другой версии, всех их арестовали и расстреляли[2855].

Как же было на самом деле?

Прежде всего следует отметить, что по официальной, исходящей от руководства РНЕ информации, баркашовцы потеряли только двух человек. Это капитан запаса Дмитрий Валерьевич Марченко, 1965 г.р., член редколлегии газеты «Русский порядок», и гвардии капитан запаса Анатолий Михайлович Сурский,1947 г.р.[2856]. Поэтому версия о расстреле не соответствует действительности.

Как мы видели, около 11.30 часть баркашовцев действительно ушла через подземные коммуникации. Остальные во главе со своим вождем оставались в Белом доме до капитуляции.

«…Когда руководство приняло решение о выходе…, – утверждает А. П. Баркашов, – мы организованно сдали оружие и я приказал ребятам выходить. Сам остался с Ачаловым»[2857]. Один из баркашовцев, не пожелавший назвать свою фамилию, уточняет: «Мы покинули сильно разрушенное здание Верховного Совета организованно под гарантии, данные спецподразделением «Альфа»[2858].

«После разговора с парламентерами Баранников о чем-то пошептался с Баркашовым. – пишет М. М. Мусин, – Петрович сразу же через ординарцев и по эфиру дал приказ о сдаче. Его люди мгновенно сбросили оружие, форму, значки и нашивки. Построились в две шеренги и держа руки за головами вскоре первыми вышли из «Белого дома»[2859].

Существует мнение, будто бы А. П. Баркашову удалось выскользнуть из Дома Советов незамеченным. Между тем, по свидетельству Ю. Н. Нехорошева, Э. Ф. Володин, которого выводили через 20-й подъезд, видел, как через этот же подъезд выходил А. П. Баркашов. У выхода всех встречал А. В. Коржаков. Он отбирал удостоверения личности и бросал их в стоявшую тут же большую дорожную сумку. Когда перед ним появился А. П. Баркашов, А. В. Коржаков воскликнул: «О, и Петрович тут!». Однако задерживать Петровича не стал[2860].

Из 14-го подъезда первые обитатели «Белого дома» стали выходить в 16.53. Они шли «через живой коридор», созданный сотрудниками «Альфы»[2861]. По некоторым данным, этим путем вышло до 100 человек[2862].

Около 18.00 арестовали В. А. Ачалова, В. П. Баранникова и А. Ф. Дунаева[2863]. «Наш арест, – вспоминает В. А. Ачалов, – был достаточно простым. Это нигде не показывалось. К нам прошли „альфовцы“. Они договорились с Руцким и Хасбулатовым, что на переговоры пойдут три министра-силовика. Нас сразу же задержали»[2864]. Всех троих направили сначала в первый, затем в 14-й подъезд[2865].

«Ачалова…, – вспоминал Г. И. Захаров, – я лично арестовывал: он свою приметную шапку меховую спрятал, пытался смешаться с толпой и уйти – я его выловил в толпе»[2866].

«Потом, – свидетельствует В. А. Ачалов, – подвели еще одного генерала – депутата Тарасова и бывшего секретаря российской компартии Полозкова, посадили в БМП и вывезли на площадь возле зоопарка. Вдруг экипаж оставил машину в центре площади. Двигатель БМП был включен, в машине был полный боекомплект снарядов и патронов. Был соблазн сесть за рычаги и уехать, но что-то меня насторожило. Я стал осматривать площадь в смотровой прибор и увидел, что по машине шарит луч лазерного прицела. Я сразу приказал мужикам, чтобы они покинули машину… Если бы мы поехали, в нас бы точно послали противотанковую ракету, БМП взорвалась бы. Нет людей – нет проблем… Когда мы вышли из БМП, смысла в нашем расстреле уже не было. Слишком много было свидетелей»[2867].