24 часа в Древнем Риме - Филипп Матышак

Благодаря богине Весте (и, возможно, поверхностному натяжению воды и мелким отверстиям в сите) Туккия не пролила ни капли, и поэтому была оправдана. Тем не менее отсутствие целомудрия – это то, в чем обычно обвиняют весталок, когда в Риме что-то идет не так. За всю тысячелетнюю историю Рима, несмотря на обилие сплетен и слухов, всего около десяти весталок были официально обвинены в нечестивости. Однако этот счет можно увеличить до одиннадцати, если мы помним, что институт дев-весталок старше, чем сам город Рим, а мать Ромула и Рема – основателей города – сама была вечной девственницей, которая, по утверждениям, была изнасилована богом войны Марсом.

В другой раз, когда весталок подозревают в том, что они повлияли на ухудшение положения в Риме, считается, что одна из весталок позволила священному пламени Весты потухнуть. Это действительно преступление, в котором чаще всего виноваты весталки.

Число дев-весталок фиксированное – шесть, а огонь у алтаря невелик. Его нужно регулярно, через короткие промежутки времени «подкармливать», и только весталкам разрешается выполнять эту работу, что отнимает у весталки достаточно много времени. Это достаточно легкая работа: шестичасовую смену можно провести за чтением свитков, общением с коллегами, которые время от времени добавляют еще несколько палочек к огню.

Тем не менее всё совершенно по-другому, когда весталке достается ночная смена, возможно, после захватывающего дня в Колизее или даже после просмотра битв гладиаторов на зимних играх во время Сатурналий (у весталок есть зарезервированные для них места на передних рядах). Марсия – далеко не единственная весталка, которая села и сразу заснула в душной комнате, а затем проснулась в ужасе, обнаружив, что священный огонь прогорел до последних пылающих углей.

Великий Понтифик устраивает проверки. Сейчас Великий Понтифик – и главный священник Рима, и император, поэтому он не ходит на эти проверки лично, он посылает своих слуг. Если обнаружено, что огонь погас, император должен выпороть весталку. До этого он должен лично заново разжечь огонь, добыв его трением двух кусков дерева felix arbor – священного дерева. Это трудоемкая и утомительная работа, которая, несомненно, придает дополнительную силу имперской руке, когда дело доходит до порки – следующей части ритуала искупления.

Поэтому Марсия с радостью променяла наблюдение за огнем на сбор воды. Урны для воды не гаснут, а если вода разольется, еще один поход к священному источнику решит проблему. Конечно, сбор воды связан с некоторыми церемониями и молитвами к нимфе Эгерии (это ее источник), и обряд нужно исполнять каждый раз и без ошибок. Тем не менее Марсия – весталка второй ступени, и эти незначительные ритуалы являются для нее второй натурой.

Карьера весталки длится тридцать лет и состоит из трех этапов. На первом этапе, который длится десять лет, весталка учится, и если посторонним этот срок кажется слишком длинным, для ученика это, конечно же, не так. Весталки должны изучать тайные тексты, странные ритуалы и поразительное количество правовых актов римского права. В отличие от большинства женщин, весталки могут давать показания в суде, и их часто просят позаботиться о контрактах, завещаниях и других жизненно важных документах. Кроме того, клятва, данная весталке, столь же важна, как и присяжные показания в суде.

Следующие десять лет карьеры весталки проводят, практикуя то, чему они научились. Заключительные десять лет посвящены передаче этих мучительно приобретенных знаний следующему поколению. После этого дело сделано. Весталка выполнила свои обязанности, и, если она того пожелает, то может провести следующие тридцать лет, отрываясь по полной или борясь с разочарованием.

На самом деле, весталки ничего такого не делают. Даже замуж выходят очень немногие из них. В среднем вышедшей в отставку весталке около сорока лет, она богата, независима и происходит из аристократической семьи. Почему такая женщина, одна из самых свободных в Риме, хотела бы подчинить себя мужу – это то, что Марсия не может понять. Большинство экс-весталок придерживаются того же мнения, поэтому они, как правило, остаются одинокими и продолжают жить в храме Весты. Если они и принимают любовников, то они делают это очень осторожно и в других местах.