Освобождение Правобережной Украины - Илья Мощанский

Я подтвердил:

— Да, по своей.

— Это очень хорошо. Мы посоветуемся в Ставке и о своем решении сообщим Вам»^[90].

Через несколько часов последовало важное решение Ставки об объединении всех сил, нацеленных на уничтожение окруженного противника, в одних руках — командующего 2-м Украинским фронтом. В директиве Ставки Верховного Главнокомандования по этому поводу говорилось следующее: «Ввиду того, что для ликвидации корсуньской группировки противника необходимо объединить усилия всех войск, действующих с этой задачей, и поскольку большая часть этих войск принадлежит 2-му Украинскому фронту, Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:

Возложить руководство всеми войсками, действующими против корсуньской группировки противника, на командующего 2-м Украинским фронтом с задачей — в кратчайший срок уничтожить корсуньскую группировку немцев. В соответствии с этим 27-ю армию в составе 180, 337, 203 сд, 54,159 УР^[91] и всех имеющихся частей усиления передать с 24 часов 12.02.44 г. в оперативное подчинение командующего 2-м Украинским фронтом. Снабжение 27-й армии всеми видами оставить за 1-м Украинским фронтом. Командующему 2-м Украинским фронтом связь со штабом 27-й армии до установления прямой связи иметь через штаб 1-го Украинского фронта»^[92].

В соответствии с той же директивой Ставки на 1-й Украинский фронт возлагалась задача не допустить прорыва противника с внешнего фронта в своей полосе. Маршалу Г. К. Жукову вменялось в обязанность координировать действия войск 1-го и 2-го Украинских фронтов на внешнем фронте окружения.

Одновременно был решен вопрос и о перераспределении усилий авиации фронтов: 5-я воздушная армия в качестве главной задачи должна была содействовать войскам в уничтожении окруженного врага, а 2-я воздушная армия — вести борьбу с противником на внешнем фронте.

Во исполнение указаний Ставки командующий 2-м Украинским фронтом принял новые меры к усилению наиболее опасных направлений и быстрейшему разгрому окруженных дивизий противника.

Маршал Советского Союза И. С. Конев писал: «Получив директиву Ставки, я сейчас же решил вылететь к командующему 4-й гвардейской армией И. К. Смирнову для того, чтобы быть ближе к войскам, тут же на месте принимать необходимые меры, дабы не допустить выхода противника из кольца, а также связаться с 27-й армией.

Меня все время беспокоило положение 27-й армии, отсутствие с ней прямой связи. Поэтому, как только я прибыл на КП Смирнова, вызвал начальника связи армии и представителя связи штаба фронта, которым приказал принять оперативные меры и проложить связь напрямую по коридору прорыва на пункт управления командующего 27-й армией С. Г. Трофименко, находившегося в то время в деревне Джурженцы»^[93].

В сложившейся обстановке командующий 2-м Украинским фронтом уточнил задачи всем армиям.

52-я армия — не выталкивать противника, а выходить на его пути, отрезать по частям, сковать его силы и не давать ему возможности маневрировать.

27-я армия — стойко оборонять занимаемые позиции. Ее 180-я стрелковая дивизия была передана в состав 4-й гвардейской армии, а вновь прибывшая 202-я стрелковая дивизия вышла в район Хиженцы.

4-я гвардейская армия — наступать с юга на север; рассекать противника на части и пленить его. Иметь на внешнем фронте заслон от наступающей группировки противника со стороны Лисянки^[94].

Для исхода операции исключительно важное значение имело использование такой силы, как 5-я гвардейская танковая армия.

Еще в 23 часа 45 минут 12 февраля командующий армией доносил командующему фронтом, что он поставил 29-му танковому корпусу задачу «с 6.3013.2.44 г. перейти в решительное наступление и нанести главный удар через Шандеровка на Стеблев, с задачей — уничтожить противника в районе Стеблев, Скрипченцы, Хильки и полностью восстановить окружение противника, отбросив его за р. Рось. Частью сил по ходу обстановки оказать помощь 5 гв. кк в уничтожении противника в районе Ново-Буда»^[95].

Таким образом, если учесть предыдущие и особенно последующие передвижения частей 5-й гвардейской танковой армии, то вывод напрашивается сам собой — теперь армия своими главными силами с обороны на внешнем фронте в районе Звенигородки решительно перенацеливается на наиболее ответственные участки: в район Лисянки, где рвались танковые силы врага с внешнего фронта, и в район Стеблева, где противник стремился прорваться из кольца окружения.

Результаты перегруппировки 29-го танкового корпуса не замедлили сказаться. 13 февраля корпус выбил противника из Ново-Буды и потеснил его в районе Комаровки, что резко изменило обстановку в районе Шандеровки: враг здесь был не только остановлен, но и отброшен назад на 1,5–2 км.

13 февраля командующий фронтом отдал новую директиву: 5-ю гвардейскую танковую армию главными силами (18, 29-й танковые корпуса, часть сил 20-го танкового корпуса с 27-й гвардейской танковой бригадой) к 6 часам утра 14 февраля вывести в район Джурженцы, Петровское, Комаровка с задачей не допустить соединения главной группировки противника, наступающей на Лисянку, с окруженной группировкой врага^[96].

Таким образом, процесс перенацеливания 5-й гвардейской танковой армии полностью завершался.

К 16 часам 14 февраля армия занимала следующее положение.

29-й танковый корпус двумя бригадами (25-я и 32-я танковые бригады) вел бой в районе н/п Комаровка.

18-й танковый корпус занял оборону в районе Хиженцы, Октябрь, опушка леса юго-восточнее Комаровки частью на внутреннем (170-я танковая бригада) и главными силами (110-я и 181-я танковые и 32-я мотострелковая бригады) на внешнем фронте.

20-й танковый корпус, сдав оборону в районе Звенигородки частям 49-го стрелкового корпуса, 155-ю танковую бригаду выдвинул в район Лисянки, где уже вела бой 8-я гвардейская танковая бригада.

27-я гвардейская танковая бригада находилась в Джурженцах^[97].