Инкубатор Twitter. Подлинная история денег, власти, дружбы и предательства - Ник Билтон

– Можно мне что-нибудь забрать? – спросил организатор.

– Конечно, – печально ответил Эв. – Забирайте, сколько хотите.

Ноа приехал, когда праздник был в самом разгаре, а тюки с призами еще лежали в углу. Он ликовал по поводу Twitter, о существовании которого до этого вечера еще мало кто знал. Махнув несколько рюмок водки со старыми знакомыми по IT-тусовке, закусив подсохшим пирогом, потанцевав с девицами в ковбойских шляпах и поскакав на механическом быке с приклеенной картонной головой, пьяный Ноа стоял и курил на улице рядом с Омом Маликом, блогером, писавшим обзоры IT-сферы. Они прислонились к большому желтому школьному автобусу с надписью «Лола», который привезли сюда специально на вечеринку.

Ноа уже был не в силах держать язык за зубами. Сделав несколько нервных затяжек, он выложил Ому всё о новом сайте.

– Всё выросло из разговора в моей машине на углу Валенсия-стрит и Четырнадцатой, после вечера интенсивных возлияний, – небрежно бросил Ноа. – Дай телефон, я тебя зарегистрирую.

Сигарета висела у Ноа изо рта в стиле Джеймса Дина. Он нажал несколько кнопок и протянул телефон обратно, кратко объяснив, как работает Twitter.

«Ищу лучшее», – написал Ом, сделал последнюю затяжку и убрал телефон в карман.

Выпустив джинна из бутылки, Ноа решил, что теперь пора подключить всех остальных, и превратился в бродячего коммивояжера.

– Дай телефон, я тебя подключу! – кричал он каждому встречному, пытаясь заглушить кантри-песни. Не успев осознать происходящее, он уже стоял в самой середине танцующих, вокруг него плясали люди в ковбойских шляпах, плескался океан алкоголя в пластиковых стаканчиках. Вскоре он осознал, что об импровизированной пресс-конференции надо бы рассказать Джеку и всем остальным членам команды.

Он уже несколько недель радовался по поводу Twitter. За несколько дней до вечеринки в офис приехали члены совета директоров Odeo на ежеквартальное заседание. Они хотели услышать о потенциальной продаже сервиса подкастов. Но еще до начала заседания Ноа и Эв решили показать им Twitter. В конференц-зал на презентацию пришел Джек. Он впервые присутствовал на совете директоров и сидел как мышь, пока Ноа, волнуясь, вел демонстрацию.

– Что скажете? – спросил Ноа Джорджа Закари, главного инвестора Odeo. – Удивительно, правда? Это позволит вам связываться с кем хотите!

Закари смотрел на Ноа в некотором замешательстве, беззвучно спрашивая себя, зачем кому-то связываться с друзьями, если все друзья рядом. Он подумал, что компания программеров не в себе, и растерянно огляделся вокруг. А Ноа с воодушевлением продолжал расписывать возможности «Твиттера». И несколько дней спустя, стоя в центре хоровода ходоуна, поведал о проекте всей блогосфере разом.

Джек сообщил, что это было не самое лучшее решение, плюнул и вернулся к работе. Как и Эв, он всячески избегал конфликтов, по крайней мере открытых.

В глубине души он был в ярости.

Его дружба с Ноа после недавнего разговора о Кристал начала увядать.

За последний год Ноа, Джек и Кристал превратились в лучших друзей. Они вместе завтракали, обедали и ужинали несколько раз в неделю, неумеренно пили по ночам, а по выходным танцевали до утра. В апреле они втроем и еще несколько друзей отправились на Коучеллу – масштабный музыкальный фестиваль в семи часах езды к югу от Сан-Франциско. Там танцевали в пустыне под Chemical Brothers, Girl Talk и Imogen Heap, а потом спали вповалку там же на земле. Ноа заметил, что Джек совсем помешался из-за Кристал и весь концерт следовал за ней, словно телохранитель.

Однажды вечером Ноа оттащил Джека в сторону и заявил: его увлечение Кристал перешло в стадию нездорового, надо остыть немного. Джек в ответ обвинил Ноа в том, что тот хочет сам занять место рядом с ней.

– Что? Да, я люблю Кристал, но встречаться с ней не собираюсь, – запротестовал Ноа, изобразив на лице полное недоумение. Но Джек уже принял решение.

И теперь, когда пьяный Ноа сидел в офисе и рассказывал, как подключал людей к Twitter, сорвав покров со сверхсекретного проекта, Джек еще раз пожалел, что Ноа вообще участвовал. Сначала Кристал, теперь Twitter. Любовь сменилась презрением. И не у одного Джека.

На следующее утро сотрудники Odeo и «Твиттера», придя на работу, обнаружили в сети целую кучу постов, обсуждающих новую странную штуку под названием Twitter.

Майк Аррингтон, ведущий популярного в долине IT-блога TechCrunch, написал, что Twitter запущен официально и «несколько избранных инсайдеров уже игрались с этим сервисом на вечеринке «Долина скарба» в Сан-Франциско вчера вечером». Аррингтона, казалось, новый сервис впечатлил не слишком сильно. Он задавался вопросами о проблемах охраны личных данных и, впрямую критикуя Эва, спрашивал, почему подкастинговая компания Odeo тратит время на сторонние проекты.

Пост в блоге Ома Малика был позитивнее: в нем выражался интерес к хитроумной новинке и воздавалось должное пьяному соучредителю: «Новое мобильное приложение для социальных сетей, написанное Ноа Глассом (и его командой)», – так выразился Ом.

Эв попытался смягчить ситуацию, но было слишком поздно. Ноа пока еще не понимал, насколько серьезные последствия повлечет за собой его пьяная несдержанность.