Тайна Тамплиеров - Серж Арденн

– Ваше Преосвященство, я только что прибыл из Ла-Рошели. Скверные новости, монсеньор.

Кардинал окинул взглядом покрытые пылью камзол, плащ и ботфорты дворянина, взглянув в измученное, серое лицо прибывшего, спокойно произнес:

– Невзирая ни на что, я рад вас видеть Рошфор. Мне предстоит сейчас же, безотлагательно отправиться в Сен-Жермен-ан-Ле, где Его Величество находится с частью двора. Канцлер Сегье, сообщил, что Людовик пребывает в том расположении духа, которого я так давно с нетерпением жду. Это тот редкий случай, когда сговорчивость Его августейшего Величества может оправдать мои надежды, и позволит действовать согласно моим же планам. Следует непременно этим воспользоваться. Вы будете меня сопровождать, всё расскажите по дороге.

Карета кардинала, в окружении тринадцати гвардейцев, проследовав по набережным, вдоль сверкающей бирюзой, спокойной Сены, выехала из города через ворота Конферанс. Выбравшись из паутины узких улочек парижской провинции, возница щелкнул кнутом, и кавалькада пустилась в резвый галоп, по дороге на Сен-Клу, ворвавшись под сень Булонского леса.

Городок Сен-Жермен-ан-Ле, куда направлялся кардинал, находится примерно в пяти лье к западу от Парижа, и упирается с севера в Сен-Жерменский лес, в честь которого получил своё название. Со средних веков он известен как местонахождение загородной резиденции королей Франции. Там на холме, возвышаясь над Сеной, стоит в лучах многовекового величия красавец замок Сен-Жермен куда и направлялся первый министр королевства для встречи со своим монархом.

****

Здесь, раз уж повествование вынуждает нас заглянуть в кулуары дворцовой жизни, было бы весьма уместно сказать несколько слов об устройстве Королевского Двора Франции.

Итак, период правления последних королей из династии Валуа знаменовал собой расцвет и бурный рост Королевского Двора. Французский Двор, по пышности церемониала, многочисленности представленного в нем дворянства стал достойно соперничать с Испанским и Английским Дворами. Однако, с воцарением Бурбонов, постепенно изменился и облик дворянства, породив новый, разительно контрастирующий с прежним Королевский Двор. Хотя по отношению к высшей придворной аристократии, политика Генриха Четвертого была в определенной степени продолжением курса Генриха Третьего, который, окружая знать наибольшим придворным почетом и наделяя её высшими должностями в дворцовой иерархии, в то же время стремился рассредоточить властные полномочия особо влиятельных должностных лиц, прежде всего Главного распорядителя Двора. Генрих Четвертый не только не стал восстанавливать урезанные последним Валуа обязанности Главного распорядителя, но ещё и передал их в верные, как ему казалось, руки. Он назначил на этот самый почетный придворный пост своего кузена Шарля де Бурбона, графа де Суассона, который ко всему, ещё должен был делить полномочия, на определенных церемониях, с Обер-церемонимейстером.

Высокий уровень конкуренции внутри придворных клиентел, столкновения группировок и великосветская борьба за право состоять при особе короля помогали Генриху IV возвышаться над дворянством и одновременно руководить Двором, используя все возможности придворной жизни.

Но как часто бывает, на смену могущественному королю приходят слабые правители, которые своими действиями способствуют подрыву устоев сильного государства. К этому периоду можно, несомненно, отнести небольшой отрезок в истории Франции, а именно регентство королевы, Марии Медичи. Во время её пребывания у власти были, в значительной степени, разрушены начинания великого Генриха по укреплению королевской власти. Таким образом, абсолютистские тенденции в политике короны были попраны, а гражданские смуты, возобновившиеся за время пребывания на троне Королевы-матери, докатились до самостоятельного правления её сына – короля Людовика XIII Бурбона. Это повлекло за собой негативные последствия для молодого монарха и поспособствовало усилению политических позиций высшего дворянства, которое пользуясь слабостью короны, добилось от неё ряда существенных уступок.

В таком состоянии принял Тринадцатый Людовик королевство из рук матери. Влияние Двора было настолько сильным, что король, верный своей примирительной политике, избегал открытых конфликтов со знатью и опасался покушаться на влияние высшей аристократии.

Так продолжалось до прихода во власть первого министра Франции, кардинала Ришелье, который с новой силой обрушил свои абсолютистские принципы на высшее дворянство, продолжив, тем самым, дело Генриха Четвертого, чем сумел вызвать определенное расположение молодого монарха. Подобные симпатии, в первые годы министерства кардинала, не позволили сблизиться королю с его первым министром, но дали возможность Ришелье удержаться на этом посту.

Таким образом, Двор фактически разделился на две большие партии. Одна из которых лишь начала зарождаться, под покровительством герцога Ришелье, вторая, открыто враждебная первой, возглавляемая обеими королевами – Анной Австрийской и Марией Медичи, включала в себя брата короля Гастона де Орлеана, кузенов, принца Конде и графа Суассона, а так же примкнувших к ним самых знатных вельмож королевства. Подобное противостояние было бы невозможным, если бы все выше перечисленные противники кардинала не были, в свою очередь, разбиты на клиентелы, враждующие между собой. Это приводило к довольно серьезным противостояниям между злейшими союзниками, объединенными ненавистью, что нередко мешало бороться против абсолютистской политики Ришелье.

****

Добравшись до Сен-Жермен-ан-Ле, кавалькада проследовала на улицу Хлеба, где Ришелье встретился с канцлером де Сегье¹ , одним из немногих, при Дворе, хранивших верность первому министру. Господин канцлер лишь укрепил намерения кардинала, добиться аудиенции Его Величества, подтвердив благоприятность момента. После чего, исполненный решимости, «Красный герцог» направился в королевскую резиденцию.

Карета Его Преосвященства, миновав кордоны на подступах к замку, охраняемые французскими и швейцарскими гвардейцами, затем арку ворот, стремительно проследовала во двор Сен-Жермена. Конные гвардейцы окружили экипаж. Кардинал в сопровождении Рошфора и Шанфлери вошел в высокий проем, распахнутых перед ними дверей. Они пересекли большой зал, ступив на широкую лестницу под враждебными взглядами компании дворцовых куртизанов, имевших немалые резоны ненавидеть и опасаться как самого Ришелье, так и его сторонников. Веселая гурьба, состоящая из камердинера, камер-юнкера и нескольких пажей королевского стола, а так же четырех славнозвестных бретеров и забияк из свиты графа Суассона, затихла, отвесив сдержанные поклоны, не содержащие и тени почтения, но переполненные ядом ненависти.

****

Королевский Двор, со всем его устройством, множеством партий, на которые он был раздроблен, включая клиентелу славного графа де Суассона, хоть и является структурой, весьма, занимательной, но всяческие разъяснения и множественные уточнения связанные с подробностями о нравах и предпочтениями сих знатных вельмож, представляются нам непомерно докучливыми, чтобы утомлять ими достопочтенного читателя. Вместе с тем, человек пожелавший преодолеть, с нашими героями, тернистый путь, втиснутый в тесные рамки сего романа, не сможет не убедиться в целесообразности описания некоторых персон из свиты сего достопочтенного принца. Поэтому, не злоупотребляя вашим вниманием, мы ненадолго прервемся для знакомства со столь милыми господами.