Андрей Боголюбский. Русь истекает кровью - Василий Седугин

Приехав в Голубиное, тотчас разослал Федор по селениям своих гонцов с приказом десятским и сотским готовить воинов к предстоящему походу, а потом отправился к жене. Ефимия лежала в своей светлице, кормила грудью дочку. После родов она еще больше растолстела, часто капризничала и охотно заливалась слезами, чем вызывала у Федора раздражение и досаду. Вот и сейчас, едва он сообщил ей о своем скором отбытии на юг, как по ее лицу потекли обильные слезы.

– Ну ладно, ладно, ненадолго расстаемся, – успокаивал он ее. – Думаю, без битв и сражений обойдется. Как наша дочурка?

Слезы перестали литься, Ефимия уже улыбалась.

– Параня от груди не отстает. Аппетит у нее отменный.

– Береги от сквозняков, от простуды. Здоровенькой будет расти.

Два месяца ушло на сборы. В начале июля суздальское войско двинулось на юг. Недалеко от Переяславля Юрий Долгорукий соединился с войском своего брата Андрея, правителя Владимира-Волынского княжества. Братья обнялись и расцеловались. У Андрея были наивно-доверчивые глаза, а лицо светилось детской простотой.

– Как давно я не видел тебя, брат! – говорил он взволнованно Юрию. – Судьба разбросала нас по разным землям. А я до сих пор помню, как мы с тобой предавались забавам и увеселениям, были такими беззаботными и беспечными!

– Да, хорошее время – детство! – степенно отвечал Юрий, тоже искренне радуясь встрече с братом. – Да вот теперь тяжелые заботы на нас легли.

– Бог даст, все образуется. Зайдем в Переяславль, сядешь на княжение, и все мы мирно разойдемся по домам.

– Дай-то Бог, дай-то Бог!..

Федор ехал в некотором отдалении от князей, ему было слышно каждое их слово, и он радовался их любви и согласию.

Чем дальше двигались суздальские войска по Южной Руси, тем больше ужасала их страшная разруха, царившая во всем крае. Сожженные деревни, печные трубы и колодезные журавли, одиноко глядевшие в высокое небо, встречали их на своем пути; белели кости людей и животных, обдуваемые ветрами и обмываемые дождями. Народа почти не было видно, кое-кто укрывался в редких рощах и перелесках, встречавшихся в степи, а большинство, видно, навсегда покинули родные края в поисках безопасных мест. Порой вылезали из кустов, оврагов или балок жалкие, оборванные люди, глядели страдальческими глазами на проходивших мимо воинов, просили еды, защиты. Воины вздыхали:

– Что сотворили с народом проклятые половцы…

– Половцы что! Князья русские вцепились друг в друга, кровушки русской не жалеют…

– Пропадает Русская земля!

Вскоре показался Переяславль. Высились мощные стены и башни, возведенные Владимиром Мономахом, за ними виднелись золоченые купола Михайловского собора и церкви Богородицы. Ворота были раскрыты настежь, никакого подозрительного движения вокруг, даже охраны не видно.

– Боярин, – обратился Юрий к Федору, – возьми своих людей и разведай, что там внутри крепости. Вдруг засада?

Федор с десятком воинов поскакал к воротам. Что за черт, никого! Хоть голыми руками бери город!

Миновали башню, въехали вовнутрь. И почти тут же наткнулись на вооруженных всадников. Их было много: одни вольно расхаживались по площади перед Михайловским собором, другие сидели на лужайке.

– Вы кто такие? – спросил Федор.

– Дружинники Всеволода Мстиславича, – обратившись к нему, нехотя ответил один из них.

– А что вы тут делаете?

– Как чего? На переяславский стол своего князя сажаем!

«Вот тебе раз! – чертыхнулся про себя Федор, заворачивая коня назад. – Выходит, нас опередили!»

Юрий, выслушав Федора, приказал воинам входить в город и окружить дружинников Всеволода.

– А я попробую с племянником договориться! – заключил он.

Захватив с собой десяток воинов, Юрий проехал к кафедральному собору Архангела Михаила. Как раз из него вышел сын Мстислава Великого – Всеволод, стоя на паперти, обратился лицом к храму и трижды перекрестился.

– Князь, – приблизившись к нему, проговорил Юрий, – не по праву ты занял город сей. По старшинству он мне должен принадлежать!

Всеволод взглянул на него. Был он высок, худощав, с испитым лицом схимника. При виде Юрия у него изумленно раскрылись глаза, тонкие пальцы забегали по цветастому кафтану, будто выискивая незастегнутые пуговицы. Наконец, он произнес растерянно:

– Но как же, князь… Я ведь здесь тоже по праву…

– И кто же тебе дал такое право?

– Дядя мой, великий князь Ярополк…

– Как же он мог перешагнуть через законы старшинства, завещанные нам самим Ярославом Мудрым? – грозно наступал Юрий, краешком глаза наблюдая за тем, как его воины со всех сторон обтекают дружинников новоявленного правителя.

Как видно, и Всеволод заметил это движение и понял, что удержать город у него нет никаких возможностей. Он часто-часто заморгал белесыми ресницами, вымолвил покорно:

– Помню Господне изречение: «Аше гонят вас из града сего, бегайте во другий».

И, не прочтя в глазах Юрия никакого ответа на свои слова, добавил:

– Яко Авраам изыде от земли своя, тако и я изыде из града Переяславля, а град оставляю дяде своему Юрию Владимиричу.

Сказав это, незлобивый Всеволод сошел с паперти и двинулся к главной башне. Перед ним расступались воины – и дружинники его, и из войска Юрия и Андрея. За князем потянулись и его подчиненные, вскоре они скрылись за воротами крепости.

И тогда началось ликование. К воинам скоро присоединились горожане. Они помнили Юрия, как он бегал по городу еще мальчишкой, считали своим, жали руки, обнимали. И он решил тряхнуть мошной. Пригласил торговцев хмельным, купил у них несколько бочек с вином и пивом и выкатил их на улицы. Пир пошел горой. В гриднице княжеского дворца, возведенного его отцом, праздновали бескровную победу дружинники во главе со своими князьями.

– Нет, погляди, каких ты высот достиг за один день! – восторженно говорил Андрей, хлопая брата по широкой спине. – Два десятка лет таился в далекой глухомани, и тут на тебе – после великого князя вторым человеком на Руси заделался!

– Еще один шаг – и ты великий князь! Хозяин земли Русской! – восхищенно глядя на своего господина, говорил подвыпивший Иван Симонович.

– Ну, этот шаг еще сделать надо, – скромно отвечал Юрий.

– Сделаешь! Мы поможем! Всем миром навалимся! – кричали вокруг.

Федор искренне радовался успеху Юрия Долгорукого. Поход завершился, обошлось без кровопролития, скоро домой!

Однако через неделю дозор принес весть: к Переяславлю со своим воинством направляется великий князь Руси Ярополк Владимирович!

Юрий встретил его на крыльце княжеского дворца.

– Приветствую тебя, великий князь! – сделав легкий поклон, приветствовал его Юрий.