Великий князь Витовт - Виктор Чаропко

Князь Витовт понял, что согласившись принять польскую корону, он будет лишь ее хранителем, а не настоящим королем. Ведь после его смерти корона перейдет сыну Ягайло. А Витовту нужно было превратить Великое княжество в королевство, что явилось бы достойным венцом его жизни.

Известие о том, что послов Сигизмунда с короной задержали во Франкфурте и ее не привезут в Великое княжество, ударило Витовта прямо в сердце. Князь не утерпел и с мольбой обратился к Ягайло:

— Не из-за власти ищу я короны, но весь свет знает о моих ее поисках, и я не могу же отказаться теперь от этого без великого для себя позора. Поэтому сделай мне это утешение в последние мгновения моей жизни.

Ягайло молчал.

— В таком случае, дай мне корону на три дня, на день, на час, клянусь, что сразу же ее сложу.

Ягайло по-прежнему молчал. Его молчаливое вероломство было настоящей мукой для израненной души Витовта. Каждый день теперь отнимал у князя силы и надежду. Он, любивший повторять, что теряет тот, кто ждет время, не имел его больше для исполнения своего заветного желания.

Вскоре Витовт заболел и слег. 27 октября 1430 года он умер в Троках. Перед самой смертью, осмысливая прожитое, Витовт понял важную для каждого христианина истину: «Раньше, веря в другие догмы, эту считал я для верования тяжелой, но теперь не только уже верой, но и умом охватываю, что каждый человек воскреснет после смерти и за свои дела получит соответствующую плату». Может, это прозрение было для Витовта дороже королевской короны.

«Все оплакивали его смерть, как отца отчизны», — пишет Ян Длугош. Он признавал достоинства Витовта и прежде всего усердное трудолюбие великого князя, не тратившего ни мгновения впустую. Когда требовали дела, то Витовт не откладывал их на потом, решал и за обеденным столом, и в дороге, чем заслужил большой почет у своих подданных. Не любил пировать и пропадать на охотах, считая, что так делает глупый правитель, забросивший державные дела. Был суровым к своим подданным и не оставлял никакое преступление без наказания. За поборы и грабежи карал своих урядников, отбирая у них имения. Так Витовт правил. «Среди людей нашего времени было общее широкое и принятое мнение, что никакого современного правителя нельзя сравнить с Витовтом, что ни один не превосходит его ни великодушием, ни умением действовать. Он первый славой свершенных дел и популярностью своих свершений вынес на свет и вывел из тени бедную и убогую свою Отчизну, которая при последующих правителях уже не тешилась таким величием».

Памятник Витовту в Ковно

Страница из белорусского летописного свода 1446 г., в который вошла «Похвала Витовту»

Обложка книги Николая Гусовского «Песня о зубре», 1522 г.

Жители Великого княжества желали жить так, «как было за великого князя Витовта». И при возведении на великокняжеский престол каждый великий князь присягал править «по правдивому... Витовтовому обычаю». «Когда бы возможно было изведать высоту небесную и глубину морскую, то можно было бы рассказать о силе и о храбрости этого славного господаря...», — писалось в «Похвале Витовту», вошедшей в белорусский летописный свод 1446 года.

Белорусский поэт Николай Гусовский в поэме «Песня о зубре» воспевает деяния Витовта:

Годы Витовта названы веком Самым прекрасным совсем не за то, вероятно, Что возвышала правителя бранная слава. Нет же, скорее за то, что превыше богатства и счастья Ставил он духа богатство и благовейно С верой глубокою чтил всемогущего Бога.

В памяти белорусского народа Витовт остался «королем-богатырем», былинным героем, который в тяжелые времена поднимется из могилы со словами: «Я встану и помогу вам».

ХРОНИКА ЖИЗНИ ВИТОВТА

1344 г. (по другой версии 1350 г.) - в Троках в семье трокского князя Кейстута родился Витовт.