Собор Святой Марии - Ильдефонсо Фальконес

Крики усилились, когда кто-то из них заметил двух церковных иерархов.

— Что происходит? — Николау отпрянул от окна.

— Барселона пришла освобождать своего морского консула! — ответил какой-то мальчуган, когда Жоан остановил его и спросил, что случилось.

Аледис и Мар обменялись тревожными взглядами и сжали губы. Взяв друг друга за руки, женщины со слезами на глазах смотрели на полуоткрытое окно.

— Беги за викарием! — приказал Николау офицеру.

Тем временем, пока никто не обращал на них внимания, Арнау поднялся с колен и взял Франсеску за руку.

— Почему ты так дрожишь, женщина? — спросил он ее.

Франсеска сдержала слезу, которая едва не скатилась по ее щеке, но не смогла сдержаться от щемящей боли в сердце и скривила губы.

— Забудь обо мне, — ответила она ему сдавленным голосом.

Шум на улице прервал их разговор. Ополчение уже подходило к Новой площади. Миновав древние ворота города, горожане обогнули дворец викария — сам викарий наблюдал за происходящим из окна, — прошли до улицы Бокериа, а оттуда, прямо от церкви Святого Хауме, чей колокол продолжал звонить, поднялись по улице Бизбе к дворцу епископа.

Мар и Аледис, все еще держась за руки, поспешили к началу улицы. От волнения у них перехватило дыхание, и обе предпочитали молчать. Люди разбегались в стороны, чтобы дать ополчению пройти. Впереди шли старшины бастайшей, которые несли знамя общины, и их товарищи со статуей Святой Девы на плечах, а вслед за ними — все остальные. Улица была расцвечена яркими красками знамен всех общин города.

Викарий отказался принять офицера инквизиции.

— Король не может вмешиваться в дела ополчения Барселоны, — ответил вышедший к нему помощник викария.

— Они нападут на дворец епископа, — пожаловался посланец инквизиции, учащенно дыша после быстрой ходьбы.

Но тот лишь пожал плечами, бросив красноречивый взгляд на оружие офицера. «Эту шпагу ты используешь для пыток?» — вертелось у него на языке. Офицер инквизиции, заметив это, промолчал, и оба остались стоять друг против друга.

— Хотелось бы мне посмотреть, как скрестятся шпаги с кастильским мечом или мавританским ятаганом, — не удержавшись, съязвил человек викария, прежде чем плюнуть под ноги офицеру.

Тем временем статуя Святой Девы, раскачиваясь под крики бастайшей, уже появилась перед дворцом епископа. Бастайши замедлили шаг, чтобы объединиться в страстном порыве народа Барселоны. Кто-то бросил в окно камень, зазвенели, рассыпавшись, стекла. Вслед за первым полетели другие.

Николау Эймерик и Беренгер д’Эрилль отошли от окна. Арнау продолжал ожидать ответа Франсески. Ни он, ни она не сдвинулись с места.

Несколько человек стали колотить в двери дворца. Один юноша начал карабкаться по стене с арбалетом за спиной. Люди подбадривали смельчака, а некоторые тут же последовали его примеру.

— Хватит! — крикнул один из городских советников, пытаясь оттолкнуть тех, кто ломился в двери. — Хватит! — громко повторил он. — Никто не будет атаковать дворец без согласия города.

Люди, опомнившись, остановились.

— Ни один человек не посмеет идти в нападение без согласия советников и старшин города! — воскликнул представитель Совета Ста.

Горожане, стоявшие ближе всех к дверям, замолчали, и приказ разнесся по всей площади. Статуя Святой Девы перестала раскачиваться, среди ополченцев воцарилось молчание, и люди на площади стали смотреть на шестерых храбрецов, которые карабкались по стене фасада; первый уже добрался до разбитого окна зала заседаний трибунала.

— Спускайтесь! — послышался приказ.

Пять советников города и старшина бастайшей с ключом от святой урны постучали в двери дворца.

— Откройте ополчению Барселоны!

В то же самое время офицер инквизиции колотил в ворота еврейского квартала, которые закрыли сразу же, как только ополчение двинулось в путь.

— Откройте! Откройте инквизиции! — кричал он.

Офицер хотел пробраться во дворец епископа, но все улицы, которые вели к нему, были переполнены горожанами. Оставался единственный путь — через еврейский квартал, который вплотную примыкал к дворцу. Оттуда, по крайней мере, можно было бы передать сообщение: викарий не вмешается.

Николау и Беренгер получили это известие еще в зале заседания трибунала: войска короля не придут на их защиту, а городские советники угрожают взять штурмом дворец, если им не позволят войти.

— Чего они хотят?

Офицер посмотрел на Арнау.

— Освободить морского консула.

Николау приблизился к офицеру настолько, что их лица почти соприкоснулись.

— Как они смеют? — рявкнул он. Потом, сделав полуоборот, он снова сел за стол трибунала. Беренгер сел рядом с ним. — Пусть войдут, — приказал Николау.

— Освободить морского консула! — слышались крики горожан.

Арнау выпрямился, насколько позволили оставшиеся у него силы. С того момента, как сын задал ей вопрос, Франсеска стояла с потерянным видом. Морской консул! «Я — морской консул», — читалось во взгляде Арнау, который гордо смотрел на Эймерика.

Пять советников и старшина бастайшей ворвались в зал заседаний. За ними, стараясь пройти незамеченным, шел Гилльем, который получил разрешение старшины сопровождать их. Мавр застыл у двери, а шестеро вооруженных людей предстали перед генеральным инквизитором. Один из советников вышел вперед.

— Что?.. — начал было говорить Николау.

— Ополчение Барселоны, — перебил его советник, повышая голос, — приказывает вам выдать Арнау Эстаньола, морского консула.

— Вы смеете отдавать приказы инквизиции? — с сарказмом в голосе спросил Николау.

Советник не отводил взгляда от Николау Эймерика.

— Повторяю еще раз, — угрожающе произнес он, — ополчение приказывает вам выдать морского консула Барселоны.

Николау что-то пробормотал и посмотрел на епископа, ища у него поддержки.

— Они захватят дворец, — сказал ему тот.

— Не посмеют, — тихо ответил Николау и, махнув рукой в сторону Арнау, закричал: — Он — еретик!

— Разве вы не должны были сначала судить его? — спросил кто-то из группы советников.

Николау посмотрел на них, прищурив глаза, и настойчиво произнес:

— Арнау Эстаньол — еретик.

— Повторяем в третий и последний раз: выдайте нам морского консула.

— Что значит в последний раз? — вмешался Беренгер д’Эрилль.

— Посмотрите на улицу, если хотите знать.

— Взять их! — выкрикнул инквизитор, жестом приказывая солдатам, стоящим у дверей.

Гилльем поспешно отошел от двери. Что касается советников, то никто из них не двинулся с места. Кое-кто из солдат схватился за оружие, но офицер взмахом руки остановил своих подчиненных.