Кто натравил Гитлера на СССР. Подстрекатели «Барбароссы» - Александр Усовский

Для немецких подводников нейтралитет Норвегии был непререкаем. Для английских моряков он, как выяснилось в феврале сорокового, – был пустой декларацией.

После пиратского захвата «Альтмарка» Норвегия могла бы приостановить дипломатические отношения с Англией из-за нарушения ею законов морской войны. Могла выслать из Осло британского посла. Могла заморозить счета английских банков в Норвегии. Много чего могла сделать – но не сделала НИЧЕГО. Норвежское правительство ограничилось формальным протестом, от которого в Лондоне просто походя отмахнулись.

Норвегия, таким образом, показала Германии, что английские интересы для нее значительно важнее интересов рейха.

То есть, по сути, пока неформально, но перешла в лагерь врагов Германии.

Посему операция «Везерюбунг» (в ее норвежской части) была не чем иным, как вторжением на территорию противника что всеми законами ведения войны никак не воспрещается.

Тем более – возможные английские десанты в Норвегию были отнюдь не страшной сказкой, которую Гитлер на ночь рассказывал своим адмиралам. Почему – станет ясно ниже.

Само существование Германии зависело от импорта железной руды из Швеции. В первый военный год немцы рассчитывали на 11 миллионов тонн шведской руды из годового потребления 15 миллионов. В теплые месяцы эту руду доставляли в Германию из Северной Швеции по Ботническому заливу и Балтийскому морю, и никаких проблем – даже в военное время – не возникало, поскольку Балтика была прочно ограждена от проникновения туда английских подводных лодок и надводных боевых кораблей. Но с наступлением зимы пользоваться этим путем стало невозможно, так как море покрывалось толстым слоем льда. В холодные месяцы шведскую руду приходилось доставлять по железной дороге в ближайший норвежский порт Нарвик и оттуда вдоль норвежского побережья на судах в Германию. Почти весь этот маршрут немецкие рудовозы могли идти в норвежских территориальных водах, тем самым спасаясь от ударов английских боевых кораблей и бомбардировщиков. Таким образом, как указывал командованию военно-морского флота Гитлер, нейтралитет Норвегии имел свои преимущества. Он позволял Германии получать жизненно необходимую ей железную руду без помех со стороны Англии. Уинстон Черчилль, в то время первый лорд адмиралтейства, в первые же недели войны пытался убедить кабинет разрешить ему поставить минные заграждения в норвежских территориальных водах (в территориальных водах НЕЙТРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВА!), чтобы воспрепятствовать доставке шведской руды этим путем в Германию. Однако Чемберлен и Галифакс не хотели нарушать нейтралитет Норвегии, и предложение Черчилля на некоторое время было отклонено. Начало советско-финляндского вооруженного конфликта 30 ноября 1939 года радикально изменило обстановку в Скандинавии, в огромной мере усилив ее стратегическое значение как для западных союзников, так и для Германии. Франция и Англия приступили к формированию экспедиционных сил в Шотландии в целях их отправки на помощь финнам. Однако – вот незадача! – эти силы могли добраться до Финляндии только через Норвегию и Швецию. Руководство рейха отлично поняло, откуда дровишки: если войскам союзников будет разрешен транзит (или они пройдут через северную часть двух скандинавских стран без такого разрешения), то под предлогом обеспечения линий коммуникации ушедшего сражаться в Финляндию экспедиционного корпуса в Норвегии останется достаточно войск – и Германия тем самым полностью лишится поставок шведской руды.

Это было абсолютно правильное предположение. Как теперь известно, Высший военный совет союзников на заседании 5 февраля 1940 года в Париже решил, что одновременно с отправкой экспедиционных сил в Финляндию войсками, высаженными в Нарвике, должны быть оккупированы районы шведских железорудных разработок. Черчилль отмечает, что на этом совещании было решено, «между прочим, взять под контроль железорудные залежи Гулливаре». Более того, западные союзники обошли бы рейх с северного фланга.

В феврале 1940 года адмирал Редер начал получать донесения от своего военно-морского атташе в Осло капитана Рихарда Шрайбера о нависшей над Норвегией угрозе высадки западных союзников. Медлить было уже нельзя.

* * *

В первых числах апреля 1940 года флот адмирала Редера двинулся на север, чтобы занять исходные позиции вдоль норвежского побережья. Немцы задействовали все, что могло держаться на воде – в условиях безусловного британского господства на море успех (или неуспех) немецкого десанта решал буквально каждый корабль.

9 апреля немецкий флот практически по всему норвежскому побережью высадил десанты – от роты до полка – с боевых кораблей и транспортов, заблаговременно спрятавшихся в бесчисленных норвежских фиордах. Немецкие десантники начали боевые действия на фронте протяженностью более тысячи километров – от Нарвика до Осло! И почти везде одержали победу.

В целом оккупация Норвегии прошла относительно успешно. Для вермахта.

Для кригсмарине же несколько скоротечных морских боев с норвежскими эсминцами и броненосцами береговой обороны, с подоспевшими к шапочному разбору английскими кораблями и норвежской береговой артиллерией закончились весьма печально.

Немцы потеряли тяжелый крейсер «Блюхер» (30 % численности кораблей данного класса в немецком флоте), легкие крейсера «Карлсруэ» и «Кенигсберг» (30 % численности кораблей данного класса в немецком флоте), 10 эсминцев (40 %), 4 подводные лодки (5 %) и 11 прочих судов. Большинство остальных немецких надводных кораблей получили повреждения разной степени тяжести – в том числе оба германских линейных крейсера.

Англичане тоже потеряли изрядно кораблей – авианосец «Глориес» (потопленный артиллерией (!) «Шарнхорста» и «Гнейзенау»), крейсер «Эффингем» (правда, здесь немцам «помог» штурман английского крейсера), крейсер ПВО «Курле», семь миноносцев и 4 подводные лодки. По эсминцу и подлодке потеряли французы и поляки. Но для флотов союзников эти потери были мизерны и несущественны – тогда как германский флот одним махом потерял почти треть своего боевого потенциала!

Что интересно – реакция англо-французов на немецкое вторжение в Норвегию была молниеносна, более того, успешно молниеносна – 14 апреля их первые десанты высаживаются неподалеку от Нарвика (к этому времени занятого малочисленными немецкими группами), в Намсосе (127 миль севернее Тронхейма) и в Андальснесе.

Тяжелый крейсер «Блюхер»

Удивительная, потрясающая оперативность – через ПЯТЬ дней после начала немецкого вторжения англо-французы уже реагируют на него своим десантом!

А ведь подготовить десантную операцию – дело довольно сложное. Надо собрать необходимое количество пригодных к десанту войск, потренировать их в посадке на корабли и высадке на побережье, выделить транспорты, обеспечить их прикрытием с моря и с воздуха на переходе и в момент высадки. В конце концов, просто иметь необходимые ресурсы живой силы и техники под рукой! По самым скромным подсчетам, на подготовку к высадке бригады морской пехоты необходимо от десяти до пятнадцати суток – одной бригады.