Русский бунт навеки. 500 лет Гражданской войны - Дмитрий Тараторин

Он упраздняет патриаршество в «никонианской» Церкви, и обрушивает новые массированные гонения на старообрядцев.

Те делают однозначный вывод: «Сатанинские власти Бог, словами пророка, яко врагов истине повелевает ненавидити. глаголя, ненавидящие тя, Господи, возненавидех, совершенною ненавистью возненавидех их, бо враги быше мои».

Империя, учрежденная Петром, и ее ритуалы есть, с их точки зрения, «служение новым Ваалам и Астартам». Император стал для них «лжехристом», который «нача превозношатися паче всех глаголемых Богов».

Те поэтические славословия, с которыми обращались к императору, истолковывались просто как откровенное кощунство: Он бог твой, бог твой, о Россия! Он члены взял в тебе плотские Сошед к тебе от горних мест…

Ревнители Русской Веры так комментировали этот скандальный текст: «И паки именовался божеством России»… «Ибо он древний змий, сатан, прелестник, свержен бысть за свою гордыню от горних ангельских чинов, взяв члены себе плотские, якоже святии пишут Ефрем и Ипполит: родится сосуд скверный от жены, и сатана в него вселится и начнет творити волею своею».

Петр резко и кроваво трансформирует «третьеримскую» идеологическую модель в совершенно сатанинском ключе. Он изымает из нее смысл и оправдание, замыкая на себя.

Последователи Иосифа Санина учили, что служение государству Русскому есть служение самому Господу, поскольку Самодержец отвечает перед небесным владыкой не только за тела, но и за души подданных. Именно поэтому Грозный считал себя вправе вести их к Свету, через казни, адским подобные.

При Петре же Третий Рим фактически превращается в новое издание первого — имперско-милитаристского. Но государство не для того на Руси создавалось, чтоб ему, как идолу языческому тысячами людей в жертву приносили в ингерманландских болотах.

Какой там террор опричный, Петр учиняет форменный геноцид. И дело не только в том, что Петербург, мол, «на костях построен». Он изъял прежний смысл из жизни русских и дал иной — чужой и чуждый. Вот она подмена, которая в «Стеклянном государстве» случилась.

Система, созданная Петром — это обыкновенный фашизм (странно, что этого не замечают, чтущие «великого реформатора» наши либералы-западники). Причем, он был куда более последователен в реализации базовых фашистских принципов, нежели сам Муссолини.

Дуче в «Доктрине фашизма» писал: «Фашистская концепция государства антииндивидуалистична; фашизм признает индивида, поскольку он совпадает с государством. для фашиста все в государстве и ничто человеческое или духовное не существует и тем более не имеет ценности вне государства».

Тут, кстати, коренное отличие фашизма от национал-социализма. Для первого — государство превыше всего, и народ, фактически — его продукт и его инструмент. Для «гитлеристов» же абсолют — это нация.

Но Муссолини не додумался упразднить папство и заменить понтифика советом кардиналов, за которыми надзирал бы партийный обер-прокурор. А первый россиянский император подобное с успехом проделал.

При Петре все тотально и безысходно служат государству. А «государство это — он». Впрочем, «мореплаватель и плотник», в отличие Людовика XIV (автора этой формула абсолютизма), и сам служил, а не сибаритствовал. Но его труды — труды во славу опять-таки идола империи.

Дворяне при Петре поголовно и практически бессрочно военную лямку тянут, а крестьяне уравниваются с холопами. И мало того, что пашут на бар, так еще и в казну каждый раб Божий налоги повышенные платит. Да, к тому же в рекруты их забирают, чего раньше не бывало. И никакого высшего смысла у этой всероссийской казармы нет.

Государство уже никак не для того теперь, чтобы Правду Божью на земле утверждать. Но чтобы крепить и множить земную власть кесаря. Старообрядцы все точно угадали — чисто языческая модель.

Для скорейшей реализации своей военно-фашистской программы Петр активно привлекает иноземцев. При нем на русскую службу нанимаются буквально легионы немцев и прочих западноевропейцев.

Их влияние на Петра — очевидный факт. Но если, пока он был жив, немцы соблюдали некие приличия, то, когда страной рулили Анна Иоанновна и Анна Леопольдовна, русских, они, практически вовсе отстраняют от власти.

Более того, против представителей славянской аристократии фактически был развязан террор. То есть, в эти годы можно говорить о натуральной немецко-фашистской оккупации. Унять распоясавшихся захватчиков удается только с воцарением дочери Петра Елизаветы, произошедшим в 1741 году.

Но, характерно, что если русских Бирон и его подручные, когда были у власти, казнили пачками, то немцы-временщики были, хотя, и приговорены к смерти, но только «взведены на эшафот», а затем тут же помилованы и сосланы в Сибирь.

Странная гуманность. Свидетельствующая, пожалуй, о далеко не полном освобождении от оккупации. Недаром, философы-«евразийцы» называли весь послепетровский романовский период «романо-германским игом».

Еще у колыбели будущего императора-реформатора мы наблюдаем весьма подозрительного персонажа — боярина Артамона Матвеева, главу Посольского приказа. Откровенного, надо сказать, русофоба и западника. Жена его была из шотландского рода Гамильтонов. В быту он всячески пытался следовать европейским образцам. Ну, насколько это было, разумеется, возможно в «темную» еще и «непросвещенную» пору Алексея Михайловича.

В его доме воспитывалась мать Петра Наталья Нарышкина. Удачно выдав ее замуж, боярин обрел огромное влияние на «Тишайшего», а после его смерти и вовсе стал центральным персонажем в системе власти. Но в ходе Соляного бунта был этот «прогрессист» порубан стрельцами.

Однако семена русофобские были посеяны. И Петр с детства, как известно, жалует обитателей Немецкой слободы куда больше соотечественников и единоверцев. В итоге, он формируется почти исключительно под их влиянием.

Завершающий аккорд — Великое посольство. В 1697 году Петр отправляется за рубеж и колесит по европейским столицам больше года. Причем, колесил бы и дольше, но вернуться его заставила весть о стрелецком бунте. И хотя он и без него благополучно был подавлен, царь поспешил домой — рубить головы.

Но, что он делал в Европе, с какой целью был предпринят этот беспрецедентный вояж? Помимо того, чтобы познакомиться с любезными его сердцу бытом и нравами, а также поучиться корабелестроительному ремеслу, государь планировал заключить с Западом союз против турок. Крымская проблема так и не была решена.