КГБ против СССР. 17 мгновений измены - Александр Шевякин

„…— Вам надо понять одно. Никаких войск. Никаких танков. Никаких пушек. Никакого… (неразборчиво три или четыре слова).

— Я бы хотел знать, какая будет моя судьба… разумеется, все идет цивилизованно и будет идти цивилизованно… Все мы люди, я вообще далек от политики…

— Мы очень на это надеемся.

— Так как бы очень решить, как со мной решат?

— Что с вами решать? Я полномочен передать вам все гарантии.

— И что со мной?

— Что хотите. Москва… Все…“ (…) Собчак чуть развалясь, скрестив ноги под стулом. Самсонов — обмяклый, с ярко высвеченным от огромного окна правым погоном. (…) Такой сохранилась картинка этой встречи на одной оперативной фотографии, даже, если быть точным, на трех фотографиях, сделанных разными ведомствами. Уже 23-го числа, когда прошелестело что-то о возможной перетряске оперативных архивов некоторых ведомств, фотографии были уничтожены. Впрочем, полагаю, одно из ведомств наверняка сохранило негативы. Кстати, на одной из фотографий очень хорошо было видно шесть аккуратно разложенных краснополосных шифрограмм Генштаба Минобороны с расшифровочными подклейками на столе командующего — разложенных перед Собчаком»[782].

14.30. В пресс-центре города представитель УКГБ отказался от комментария событий, и сказал, что все будет сообщено.

Минск. В 10.00 началось заседание парламентской оппозиции Верховного Совета БССР, которая призвала не подчиняться указам ГКЧП и обратилась к военнослужащим и работникам МВД и КГБ соблюдать верность Конституции и не подчиняться приказам антиконституционного ГКЧП. Перед зданием Верховного Совета БССР прошел митинг против ГКЧП с участием около 300 человек, через полчаса рассеян милицией.

Новороссийск. Состоялось совещание в составе председателя исполкома, начальника УВД и начальника отдела КГБ Самарского. Вслед за этим по всем каналам дано указание газетам не печатать материалы российского руководства. Сотрудники КГБ задействованы в борьбе с расклейщиками листовок.

Омск. В газету «Вечерний Омск» по приказу начальника УКГБ ген.-м-ра А. Банникова было введено два сотрудника, которые блокировали выход тех или иных публикаций. Из отпусков никто не отзывался, включая и самого начальника.

Петропавловск-Камчатский. По сообщению РИА, председатель областного Совета П. Премьяк заявил, что начальники областного УВД, КГБ и военного гарнизона будут лояльны к распоряжениям Совета.

Рига. Шифртелеграмма № 25813. Из Риги. Секретно. Москва КГБ СССР. Рига. ОО КГБ по ПрибВО. О реакции населения Латвии на введение чрезвычайного положения.

Реакция различных слоев населения на введение чрезвычайного положения неоднозначна. Промышленные предприятия в целом работают в обычном режиме. Рабочие, в основном, поддерживают введение чрезвычайного положения. Однако высказывают различные мнения о дальнейшем развитии событий, в частности, опасаются кровопролития. К этому, как они считают, может подтолкнуть и заявление, с которым от имени Президиума Верховного Совета и Совета Министров Латвийской Республики выступил A.M. Горбунов. В данном заявлении ГКЧП СССР называется незаконным формированием, созданным неконституционным путем. В заявлении содержится призыв к населению не сотрудничать ни с какими созданными государственными структурами и включиться в кампанию ненасильственного гражданского неповиновения. Члены общественно-политических формирований, выступающих за выход Латвии из состава СССР, данное мероприятие категорически отвергают и считают, что произошел военный переворот. (…)

Председатель КГБ ЛатвССР ген.-м-р Ехансон. 19.08.91.[783].

Рязань. Начальник УКГБ Ю. Чичелов заявил, что будет действовать в соответствии с законами РСФСР.

Таллин. По городу рассредоточено до 200 БТР. Десантники захватили телебашню, на последнем этаже забаррикадировались люди, надеющиеся продержаться до конца.

Ташкент. Шифртелеграмма № 25806. Получена 19/8 1991 г. 22 ч. 50 м. Штамп: «тов. В.Ф. Грушко доложено». Из Ташкента. Секретно. Москва. КГБ СССР. О реагировании населения Узбекской ССР на создание ГКЧП и его решениях.

…Значительная часть опрошенных безоговорочно поддерживает решение о создании ГКЧП и первые предпринятые им шаги, полностью разделяет оценки ситуации в стране, изложенные в обращении ГКЧП к советскому народу. Так, работники ташкентского авиационного производственного объединения им. Чкалова (…) заявили, что обстановка в стране в экономической, межнациональной сферах, в социально-политической жизни настолько ухудшилась, что промедление могло привести к серьезному взрыву, вплоть до кровопролития, к окончательному развалу Советского государства, и хотя им, с одной стороны, жалко М.С. Горбачева, много сделавшего для развития демократии, однако его нерешительность в проведении реформ, в пресечении межнациональных столкновений сделали совершенно своевременной постановку вопроса о его отставке.

В указанном плане характерны следующие, например, высказывания:

(…) швейцар гостиницы: «Полностью поддерживаю, давно надо было наводить порядок», (…) администратор ресторана: «Не надо было столько ждать, уже 3–4 года назад стало понятно, куда нас тащат. Народ поддержит этот шаг», (…) гид-переводчик: «Дело нужное, дай бог, чтобы все получилось так, как преподносится в заявлениях». (…)

Сравнительно небольшая группа лиц расценивает события в качестве «откровенного военного переворота, о котором нас уже давно предупреждали». Так, некоторые члены союза писателей Узбекистана высказываются, что решения ГКЧП очень напоминают ситуацию смещения со своих постов Н.С. Хрущева, завершением «оттепели» и возвратом к «сталинско-брежневским временам». Крайнее недовольство решениями ГКЧП высказывают те кооператоры, которые так или иначе связаны с организованной преступностью, коррумпированными элементами.

Подобные настроения пытаются стимулировать представители т. н. «демократических сил» и «независимой прессы» из других регионов страны. В частности, к одному из жителей Ташкента обратился по телефону из Москвы заместитель редактора независимого еженедельника «Мегаполис-Экспресс» Лев Кулаков с просьбой осветить реакцию населения Узбекистана на заявление советского руководства от 18 августа с.г. С его слов, редакция еженедельника сняла весь свой материал и поставила задачу всем своим «внештатникам» собрать реагирование в кратчайший срок, причем только негативного характера, поскольку «в стране устанавливается реакционная диктатура, и отношение редакции „Мегаполис-Экспресс“ к этому самое отрицательное. Против диктатуры выступят также „Московские новости“, „Независимая газета“ и, наверное, еще многие». (…)

Большое количество других опрошенных лиц самых различных возрастных, социальных и профессиональных категорий также заявляют, что события оказались настолько неожиданны ми для них и столь динамично развивающимися, что им нужно как минимум несколько дней, надо увидеть на деле реальные шаги комитета по стабилизации обстановки в стране, чтобы определить свое мнение. При этом подавляющее большинство опрошенных утверждают, что они уже научились не доверять ни отдельным политикам, ни их заявлениям, а верят только конкретным делам.