Джордж Лукас. Путь Джедая - Брайан Джей Джонс

И все же он находит себе занятия. По-прежнему надеется построить свой музей в Сан-Франциско, Окленде, Лос-Анджелесе или там, где найдется кто-то, способный ценить такие вещи. Если строительство музея все же начнется, можете быть уверены: Лукас до мельчайших деталей включится в планировку, дизайн, подбор цвета и освещение. Как и со своими фильмами, он никогда не будет полностью доволен проектом, если не поучаствует в нем на полную.

Как любой отец, Лукас наконец-то увидел, как «Звездные войны» покидают его дом; «Пробуждение силы» взорвало почти все рекорды по кассовым сборам после премьеры в декабре 2015 года и уверенно перешагнуло планку мировых сборов в 2 миллиарда долларов. «Эпизод VIII» – на середину 2016-го еще не объявили название – запланирован на 2017 год, а «Эпизод IX» – на 2019-й. Между тем «Дисней» объявила о нескольких спин-оффах, в том числе об «Изгое-один», действие которого происходит прямо перед четвертым эпизодом, и о фильмах с Ханом Соло и Бобой Феттом. Вселенная «Звездных войн», рожденная в поту и трудах Лукаса, накорябанная на нетехнологичных тетрадных листах карандашом, кажется, будет жить вечно, переходить от одного поколения к другому в руки новых сценаристов, писателей и кинематографистов, которые впитают ее и сделают своей. «Звездные войны» вне времени, как само воображение, их мифология навсегда вплетена в нашу культуру.

Участие Лукаса в его второй любимой франшизе пока кажется несомненным. С безусловной поддержкой «Дисней» Стивен Спилберг объявил, что хочет вернуть Индиану Джонса в пятый раз и что привести с собой в новое приключение собирается не только Харрисона Форда, но и Джорджа Лукаса. «Джордж будет вместе со мной исполнительным продюсером, – сообщил Спилберг во время тура в поддержку фильма «Большой и добрый великан», а затем добавил, не скрывая упрека в сторону «Дисней»: – Я никогда бы не стал снимать фильм об Индиане Джонсе без Лукаса. Это просто безумие»^[1541]. Получай, «Пробуждение силы».

Лукас по-прежнему надеется вернуться к созданию небольших и личных авторских фильмов – их он обещал снимать всю свою карьеру. Документалки, симфонические поэмы, авангардные наброски… «Все, что я захочу сделать, – говорит Лукас, – невзирая на коммерческий потенциал»^[1542]. Авторское кино – «вот его настоящий дар», – с теплом и пониманием говорит Коппола^[1543]. «Он столько заработал на [“Звездных войнах”], что должен наконец снять несколько небольших и очень личных картин. Он обещает мне, и я надеюсь, так и будет»^[1544]. Стивен Спилберг добавляет: «Мы все еще ждем, Джордж!»^[1545]

В семьдесят лет Лукас серьезно, но добродушно размышлял о своем наследии как кинематографиста и как человека. Он надеялся, что прежде всего его запомнят, как замечательного отца. А что дальше? «Меня наверняка совсем забудут, – сказал он лишь с тенью шутки. – Надеюсь, меня запомнят, как первопроходца цифрового кино. В далекой перспективе все скорее всего сведется именно к этому. – А затем он добавил с огоньком в глазах: – Еще меня могут запомнить как человека, который придумал эти странные научно-фантастические фильмы двадцатого века»^[1546].

Скорее всего его будут помнить как дерзкого и независимого создателя самых нашумевших и прибыльных фильмов за всю историю кино, как одного из знаковых персонажей популярной культуры. Лукас полностью изменил то, как зрители смотрят – и пересматривают – кино; он уничтожил, а затем изобрел заново способы создания фильмов, их рекламы, продажи товаров с их символикой. С его подачи поклонники стали не только принимать и обожать сами фильмы, персонажей и актеров, но и режиссеров, продюсеров и композиторов – всех, чей вклад в кино благодаря Лукасу стал очевидным и активным. Он изменил то, как киностудии финансируют, распространяют и контролируют – а затем в итоге не контролируют – искусство кинематографии.

Лукас беззастенчиво вкладывал деньги в то, во что верил больше всего – в самого себя. Благодаря его киноимперии не только он сам, но и другие кинематографисты со схожим образом мыслей обрели храбрость снимать именно так, как они видят, не подчиняясь мнениям киностудий, пререканиям из-за бюджета или стремлению больших боссов полностью контролировать процесс. Джордж Лукас – сын владельца канцелярского магазина из маленького города – отказался от семейного бизнеса, а затем построил киноимперию на основе бескомпромиссного видения киноиндустрии не такой, какой она была, а такой, какой она должна быть. Значительная часть этого видения опирается на возможности новых технологий – технологий, которые он развил, вкладывая свои деньги. А еще на врожденную способность нанимать правильных людей и задавать правильные вопросы. «Я не могу отделаться от мысли, что Джорджа Лукаса никто в киноиндустрии так и не оценил по заслугам за его невероятные инновации, – сказал как-то режиссер Питер Джексон. – Он – Томас Эдисон современной киноиндустрии»^[1547].

Лукас, чей характер с возрастом смягчился, с легкостью отмахивается от подобных заявлений. Он знает, что сделал. Знает свое место и чувствует себя на нем комфортно. В декабре 2015 года Чарли Роуз спросил его, какой, в его представлении, будет первая строчка его некролога. Лукас дал ответ, который, пожалуй, лучше всего способен описать его долгую карьеру. Он произнес два простых слова, приобретающих особый смысл в устах человека одновременно скромного – и невероятно дерзкого.

«Я пытался», – сказал он, смеясь.