Диверсанты. Легенда Лубянки - Павел Судоплатов - Николай Абин

Мы живем в непрерывном потоке сиюминутных проблем, новостей, событий, мы мчимся по жизни, порой не замечая того, что нас окружает. А ведь рядом с нами находятся люди, о которых никто не знает, в течение многих десятилетий все, чем они занимались, проходило под грифом «совершенно секретно».

У этой красивой пожилой женщины живое выразительное лицо. Она молода, несмотря на возраст. Однако вы не увидите ее на громких чествованиях ветеранов, нет на ее груди и широких полос государственных наград. Более 75 лет (!!!) она находилась в невидимом строю бойцов, решавших самые сложные задачи, направленные на укрепление нашей Родины.

Тереза Мондини родилась 10 мая 1921 г. в городе Имола, в Италии, в самой обыкновенной рабочей семье, каких много. Ее отец Мондини Торкуато (1899–1970), известный как Марио, и мать Дзакирини Нелла (1900–1994) были активными членами КП Италии. Всю свою жизнь они посвятили борьбе за социальную справедливость и улучшение жизни рабочего класса.

Отец Терезы избирался членом ЦК КП Италии. В 1930 г., в период ужесточения фашистского режима и очередного витка жесточайших репрессий против активистов рабочего движения, он вынужден был срочно покинуть Италию и иммигрировать во Францию. Терезу с матерью товарищи отца вначале спрятали, а затем, в 1932 г., переправили во Францию поездом.

Семья воссоединилась, но с 1932 по 1934 г. они жили на нелегальном положении, постоянно меняя квартиры в разных округах Парижа, стараясь разместиться там, где не требовалось прописки. Жизнь революционеров-иммигрантов была крайне тяжелой, несмотря на помощь со стороны итальянских, французских и советских товарищей.

В 1934 г. ЦК МОПР (Международная организация помощи рабочим – структурное подраздление ИККИ) предложил направить Терезу Мондини в СССР.

В Союз ее и Винку Берти, также дочь итальянских коммунистов, вез один из функционеров Коминтерна Берти Джузеппе. Он представлял девочек как своих дочерей.

Долгая и опасная дорога, сначала через Брюссель, а затем через Берлин, наконец закончилась. В Москве девочки некоторое время жили в гостинице «Люкс» (нынешняя гостиница «Центральная» на Тверской улице). Но вскоре за Терезой приехал Марабини Ансельмо, итальянский революционер-коминтерновец, тоже родом из Имолы, и забрал ее к себе.

Семья Марабини жила на Всесвятской улице, а потом переехала на 1-ю Мещанскую, где помимо уроков можно было еще и насладиться прекрасной музыкой – ведь этажом выше жил сам Эмиль Гиллельс.

С 1934 по 1940 г. Тереза Мондини воспитывалась в знаменитом 1-м Интернациональном детском доме в городе Иваново, окончила 10 классов, в 1937 г. была принята в члены ВЛКСМ, а в 1940-м вместе с советским паспортом получила и долгожданное советское гражданство. Вскоре она стала студенткой Ивановского энергетического института им. В. И. Ленина. Казалось, жизнь налаживается, но в мире дули совсем иные политические ветры, грозящие перейти в ураган.

С началом войны Тереза вместе со своими товарищами-интернационалистами была эвакуирована в Уфу. Там она попала в распоряжение Исполкома Коминтерна, направившего ее на обучение в коминтерновскую школу, располагавшуюся в здании одного из техникумов. В 1942 г. Мондини была принята кандидатом в члены ВКП (б). С 1942 по 1943 г. она проходила обучение в школе радисток. Рядом, в поселке Кушнаренково, в аналогичной школе проходили обучение Маркус (Михаил Фридрихович) Вольф, Верче Лино Альдо, первая супруга Маркуса Вольфа Эмми Штенцер, ее сестры – Эльза и Лиля – и множество других знакомых Мондини по ивановскому интернату. Многие из этих людей через несколько десятилетий станут живыми легендами спецслужб второй половины ХХ в.

Тереза Мондини, 10 мая 1941 г., г. Москва

Тереза Мондини, 10 мая 1945 г., Италия

После окончания основного курса Тереза Мондини была переправлена под Москву, где проходила новый шестимесячный курс обучения в поселке Мамонтовка. После этого еще примерно месяц она жила на конспиративной квартире ИККИ в Москве, в районе Пушкинской площади, где вместе с товарищами шлифовала детали предстоящей работы за линией фронта.

8 января 1944 г. последние уточнения прорабатывались в кабинете Георгия Димитрова, а 11 января, сразу после встречи Димитрова и Молотова, в приемную были приглашены все члены итальянской группы, готовящейся к десантированию: Бианко, Мондини и Марабини.

У Джузеппе Марабини тоже интересная судьба. Родился он в Женеве 9 февраля 1916 г. В 1928 г. приехал вместе с родителями в СССР. С 1929 г. учился в школе ФЗУ завода «Динамо». В 1931 г. вступил в комсомол.

В 1932–1934 гг. – студент Московского авиационного техникума, в 1934 г. поступил в Машиностроительный институт на вечернее отделение и одновременно работал на заводе «Калибр» в качестве чертежника-конструктора.

С 1939 г. – инженер-технолог по кузнечно-поковочной специальности. В октябре 1941 г. вместе с заводом был эвакуирован в Челябинск. Работал инженером-технологом, а затем начальником кузнечно-штамповочного цеха. В 1943 г. направлен в Уфу в распоряжение Исполкома Коминтерна.

…Встреча происходила в здании ЦК. В личном архиве Димитрова сохранилось несколько записей о ней. Как выяснилось, Терезе надлежало выполнять роль радистки и осуществлять связь с Центром. Причем под Центром необходимо было понимать не только сугубо военные структуры, которым подчинялись интернационалисты боевых групп по линии «корреспондентов 100-го института», но и специальные структуры ЦК партии. Необходимо напомнить, что формально Коминтерн был распущен в 1943 г., но множество его закрытых подразделений с «особыми задачами» были переданы в подразделения ГРУ ГШ, НКВД, МГБ и, конечно же, в систему закрытых партийных структур.

Советские паспорта, партийные документы – вообще все, что было связано с личной и общественной жизнью людей, которым через несколько дней предстояло отправиться за линию фронта, – сдавалось. С этого момента эти люди как бы и не существовали, причем не только для противника, но и для большинства своих же товарищей по оружию.

На встрече с Димитровым подчеркивалась важность возложенной на группу задачи корректировки партизанской и разведывательно-диверсионной работы в среде итальянских патриотов, сражающихся с гитлеровскими захватчиками и итальянскими фашистами. Прозвучало и то, что возвращение, несмотря на приближающийся конец войны, будет нескорым, но, самое главное, никто в Италии, даже самые близкие люди, не должны знать, откуда прибыли Тереза и ее друзья. Каждый прекрасно знал несколько легенд, заранее подготовленных и отработанных на случай возможных детальных проверок со стороны самых разных сил.