Русское старообрядчество. Традиции, история, культура - Дмитрий Урушев

Одним из главнейших недостатков древнерусской жизни, дошедшим до наших дней, было пьянство. Со времен Иоанна Грозного в городах и больших селах появляются кабаки — особые дома, куда народ сходился для питья и еды, для бесед и попоек с песнями и музыкой.

Кабаки приносили большие доходы. Поэтому при Алексее Михайловиче питейные заведения были переданы в ведение государевой казны. Теперь деньги, потраченные народом на водку, вино и пиво, стекались в царские сундуки.

Нередко в кабаках пропивали последние копейки не только горожане и крестьяне, но даже иереи, диаконы и иноки. Например, священник Петр, отец протопопа Аввакума, был завсегдатаем кабака в селе Григорово. Он рано умер от пьянства, оставив жену с малолетними детьми.

В питейных заведениях народ потешали скоморохи — бродячие певцы и музыканты. Они играли на гуслях, бубнах и дудках, плясали и пели шуточные песни. Потешники переходили из города в город, из села в село. Часто они водили с собой медведей, обученных ходить на задних лапах, плясать и кланяться.

В дни церковных праздников и ярмарок скоморохи приходили к храмам и на торги и развлекали представлением толпу, надев хари — так в старины называли маски. Но не всегда их шутки были безобидны. Иногда они были глумливы и кощунственны.

Государство и Церковь боролись с народными развлечениями. Цари и архиереи издавали указы, запрещающие потешные игрища и повелевающие отбирать и сжигать скоморошьи хари, гусли и дудки. Но лишь немногие воеводы и священники осмеливались выполнять эти распоряжения, опасаясь гнева толпы.

Аввакум, когда в его село Лопатищи пришли потешники с медведями, изгнал их. Хари и бубны изломал, а двух больших медведей отнял. Одного медведя молодой поп так ударил, что тот еле ожил. А другого отпустил в поле.

Смелым борцом с безнравственностью и пьянством был протопоп Даниил, друг Аввакума.

Даниил служил священником в Москве. В 1649 году он был определен в Кострому протопопом к собору во имя Успения Пресвятой Богородицы. В этой церкви хранилась чудотворная Феодоровская икона Божьей Матери — почитаемая покровительница царской семьи Романовых, одна из главных святынь Руси.

Даниил начал борьбу с народными пороками, не считаясь с мнением горожан. Он деятельно выступал против скоморохов, в проповедях обличал пьянство мирян и духовенства. По распоряжению протопопа в подвал под собором сажали нарушителей общественного порядка, в основном пьяниц.

В 1652 году во время масленицы и Великого поста, по настоянию Даниила, в Костроме были закрыты все кабаки. Это вызвало недовольство некоторых горожан и жителей окрестных сел. Смелость протопопа стала причиной неприязни к нему со стороны костромского воеводы Юрия Михайловича Аксакова.

Недовольство и неприязнь переродились в откровенную ненависть. Пьяные крестьяне чуть не убили Даниила. Это случилось 25 мая 1652 года.

Ночью пьяницы горланили песни на берегу Волги. Протопоп вышел их унимать, а они набросились на него и так избили, что священник упал без чувств.

Придя в себя, Даниил побежал к собору. Но мужики нагнали его возле воеводского двора и стали избивать дубинами. Тогда протопоп закричал соборному сторожу, чтобы он ударил в колокол и созвал людей на помощь.

Однако ни воевода, ни горожане не захотели защитить настоятеля своего собора. Заспанный Аксаков вышел, но не заступился за священника. Крестьяне разбежались, бросив окровавленного Даниила.

Через три дня, 28 мая на улицах Костромы появилась толпа, состоявшая из крестьян окрестных деревень. Мужики шли с песнями, криками и смехом. Во главе толпы шел поп Иван, известный буян. Он вел крестьян освобождать узников, посаженных протопопом за разные бесчинства в подвал под собором.

Мужики сбили замок и выпустили из заключения трех пьяниц. На этом они не остановились. В толпе послышались угрозы Даниилу.

Священник, опасаясь за свою жизнь, сперва ушел в собор. Оттуда скрылся на два дня в близлежащий монастырь. Пьяные крестьяне искали его по всему городу. Им попалось несколько человек, которых раньше часто видели с протопопом. Мужики избили их.

Патриарх Никон. Гравюра XIX в.

Воевода не вмешивался в происходящее. И Даниил, поняв, что на заступничество властей рассчитывать не приходится, бежал из Костромы в Москву.

В столице он подал царю челобитную, в которой подробно поведал о своих злоключениях и нарисовал безрадостную картину жизни в Костроме: миряне приходят на богослужение с ножами, некоторые оскорбляют священников и грозят им смертью, у Успенского собора скоморохи поют песни, воевода Аксаков не помогает духовенству, а его люди за взятки отпускают задержанных пьяниц.

Началось следствие, которое обнаружило, как сильно костромичи ненавидели Даниила. Немногие опрошенные горожане высказались в поддержку протопопа. Большинство из них заявили, что ничего не видали, ничего не слыхали, ничего не знают.

Священник остался в Москве. Он жил и служил в Страстном монастыре за Тверскими воротами. К сожалению, эта старинная обитель не сохранилась до наших дней. Она была снесена в 1937 году. Сейчас на ее месте находится Пушкинская площадь со знаменитым памятником великому стихотворцу.

В начале Великого поста 1653 года Даниил вместе с Аввакумом написал и подал челобитную Алексею Михайловичу против новых обрядов Никона. Это было пространное сочинение, составленное из выписок из церковных книг о двуперстном крестном знамении и великопостных земных поклонах.

Царь передал челобитную патриарху, а тот велел схватить Даниила и Аввакума.

Никон лишил протопопа священнического сана и отправил в один из столичных монастырей печь хлеб. Ежедневная работа в пекарне у горячих печей считалась тяжким наказанием.

Но Даниил не смирился, не покорился, не замолчал. Он продолжал обличать нововведения патриарха. Тогда Никон придумал протопопу более суровое наказание — отправил в ссылку в Астрахань.

Здесь Даниила держали в земляной тюрьме, томя голодом и жаждой. И вскоре страстотерпец скончался.