Генералов похищали в Париже. Русское военное Зарубежье и советские спецслужбы в 30-е годы XX века - Владислав Голдин

В конце 20-х ходов председатель Русского Обще-Воинского Союза генерал А.П. Кутепов рассматривался не только руководителями советских спецслужб, но и руководством страны в целом как опаснейшая фигура, консолидирующая военную эмиграцию, как главный противник советской власти. Летом 1929 года в Москве было принято решение об его устранении. Инициатором этой акции выступило в это время руководство ОГПУ, предложив похитить Кутепова и вывезти его в Москву в связи с тем, что он активизирован диверсионно-террористическую деятельность. Это предложение было одобрено Сталиным. Но до реализации этого решения прошло несколько месяцев, в течение которых Кутепов находился в активной разработке. В результате ряда операций, проводимых ОГПУ, агенты этого ведомства не только поддерживали переписку с председателем РОВСа, но и лично встречались с ним.

Начнем с того, что ОГПУ продолжало проведение длившихся уже несколько лет операций. Речь шла в частности об операции «Заморское» с легендированием Северо-Кавказской военной организации, и операции «Д–7», в которой действовала другая легендированная военная организация, объединявшая якобы офицеров-монархистов, в том числе ранее служивших, как и генерал Кутепов, в Преображенском полку и работавших ныне в штабе Ленинградского военного округа^[3]. Правда, последняя операция зашла в тупик и была прекращена в результате предательства. Но та и другая вскоре станут предметом специальных разбирательств французского следствия после похищения генерала Кутепова.

В 1929–1931 годах ОГПУ проводило операцию «Союз русской молодежи». В соответствии с «легендой», осенью 1929 года студенты ряда вузов Москвы организовали кружок, в котором развернулось изучение русской литературы, истории народничества и текущего политического положения. Члены кружка подвергали критике политику ВКЛ(б) и договорились о необходимости установления в России «национально-демократической власти». Кружковцы провозгласили себя «Союзом русской молодежи» (СРМ). Зимой 1928/29 года произошло оформление организации, и развернулся поиск новых членов. Кружок разделился на три группы, и каждая должна была привлечь не менее двух человек. К марту 1929 года численность СРМ по «легенде» составила 30 человек, а осенью того же года — 50 членов. Летом 1929 года были созданы филиалы организации в Саратове и Нижнем Новгороде. СРМ стал издавать журнал «Заря», а также приступил к выпуску прокламаций. Члены Союза внедрялись в комсомольские организации и в предметные комиссии, чтобы изменить преподавание в вузах. На Северном Кавказе состоялась якобы встреча представителя этой организации с членами белопартизанского отряда.

В программе СРМ содержалось требование «замены диктатуры меньшинства диктатурой большинства», что заставило «внутреннюю эмиграцию» вступить в сотрудничество с внешней. Задачами организации являлось обеспечение ее количественного и качественного роста, осуществление военной подготовки, ведение пропаганды. Конечной целью виделась необходимость «массового террора в организованном порядке», организация убийств селькоров, рабкоров, советских и партийных работников, и особенно на селе.

Оперативная игра от имени СРМ началась осенью 1929 года. Для установления связи с руководством Русского Обще-Воинского Союза были направлены агенты Контрразведывательного отдела ОГПУ «Соколов» и «Богатырев». Они должны были вступить в контакт с генералом Кутеповым и достичь договоренности о взаимной информации и связи, получении литературы, направлении представителей РОВСа в СССР.

В ночь на 28 ноября 1929 года агенты перешли финскую границу в районе Ленинграда. После перехода границы они были задержаны и заявили финнам, что бегут от «ужасов коммунизма». Будучи арестованы, они усиленно обрабатывались сотрудниками финской полиции (а возможно, военной разведки) и склонялись к возвращению в СССР. Но у них не было связей с Красной Армией, и поэтому они оказались в конечном итоге неинтересны финнам. Через месяц по ходатайству эмигрантского комитета агенты были освобождены. Им выдали нансеновские паспорта и запретили заниматься политической деятельностью в Финляндии.

28 декабря они покинули Гельсингфорс и 4 января 1930 года прибыли в Париж. 8 или 9 января состоялась их первая встреча с Кутеповым в канцелярии РОВСа. Последующие встречи проходили на конспиративной частной квартире. После краткой беседы Кутепов заявил: «У меня нет оснований ни доверять вам, ни не доверять. Ознакомимся друг с другом подробнее, и потом будем решать, что нам делать в дальнейшем». Полковнику Зайцову было приказано оказать им помощь и выдать жалованье из расчета 35 франков в сутки каждому. Заметим, сразу же, что эта сумма была чрезвычайно велика по меркам того времени и вряд ли могла быть выдана из скудных финансовых ресурсов РОВСа.