Мстислав Великий. Последний князь Единой Руси - Василий Седугин

– И ты больше не будешь ухаживать за Даренкой?

– Я, за Даренкой?

– Да.

– За какой Даренкой?

– За Ярия...

Только тут Мстислав понял все.

– Росава, какие мы глупые, Росава, – говорил он, целуя ее солоноватые от слез щеки, глаза, губы, – какой я глупый, Росава, какие мы оба глупые!..

В ту ночь они до рассвета просидели на скамеечке возле какого-то дома. Сидели, тесно прижавшись друг к другу. Росава полностью доверилась Мстиславу и, обычно замкнутая и сдержанная, рассказала всю свою жизнь. В каком-то сражении, которых на Руси было много за последние годы, потеряла отца, мать вышла за другого, а ее отдала на воспитание тете. Тетя ее обучила многому – и шитью, и кружевоплетению и даже научила читать и писать[1], но часто попрекала, что «вырастила» и «выкормила» ее.

Однажды Росава сильно заболела, тетя уже не верила, что выздоровеет, попросила мать прийти, но та даже не ответила.

– Я поняла, что должна сама пробивать себе дорогу в жизни, – говорила она, и ее глаза сухо блестели в ночи. – Никто мне в этом не поможет, никто на всем белом свете!

– А я? – возражал ей Мстислав. – Я люблю тебя и буду твоей защитой; что бы ни случилось.

– Ты – князь! Это пока за тебя правят другие, и у тебя полная свобода. А вот пройдет какое-то время, женят тебя на княжне или заморской принцессе, и ты забудешь про меня, – говорила она, прижимаясь теснее к нему.

– Никто на Руси не может притеснить своего дитя к насильственному браку! – уверенно отвечал Мстислав. – На этот счет издан Устав великого князя Ярослава Мудрого, деда моего, не препятствовать воле юноши или девушки.

– Мало ли чего написано...

– Ты мне веришь? Нет, Росава, ни на ком я не женюсь, а только на тебе!

– А Вавула говорит, что нам никогда не быть вместе. Погуляешь и бросишь.

– Почему?

– Потому что ты княжич.

– Ну и что – княжич? Разве мало князей женятся на любимых девушках из простых семей!

– Кто, например?

– Ольга была сельской жительницей. Ее князь Игорь во время прогулок возле Пскова увидел и влюбился. А потом какой она великой княгиней стала! Мудрая управительница, каких бы побольше на Руси!.. Или Малуша, мать князя Владимира Святого!

– И что, я тоже могу стать княгиней?

– Конечно, станешь. Кто нам может помешать?

– А вот Вавула сказал...

– Вечно он недовольный ходит, этот Вавула. У него вид такой, будто все ему чего-то должны. Слова доброго от него не услышишь. А с чего у вас разговор зашел про нас с тобой? Он ухаживает за тобой?

Росава немного помялась, ответила неохотно:

– Есть немного.

– И давно?

– Давно. Года два уже. Скучно мне с ним. Говорить не о чем. Молчит он все больше.

– Ну и пусть молчит. Нам-то с тобой какое дело?

Не прошло и недели после этого разговора, как в Новгород явилось посольство во главе с боярином Яромиром. Мстислав был приглашен в гридницу, где проходил торжественный прием доверенных Владимира Мономаха.

Яромир, большой, пузатый, с ласковыми глазами, обнял князя новгородского, шумно дыша, говорил растроганно:

– Мальцом, малым совсем видел тебя в последнюю встречу. А теперь гляди какой вымахал! И на отца стал похож, ну прямо вылитый Владимир Ярославич! Привык, освоился в Новом Городе? Не скучаешь по Чернигову?

– Иногда вспоминаю, – с запинкой отвечал Мстислав, смущенный таким напором чувств со стороны боярина, которого успел позабыть.

– У тебя и мать, и отец там. А мать как скучает! За крепостные ворота провожала нас, все наказывала хорошенько разглядеть тебя да передать, как теперь выглядишь, как чувствуешь себя, не болен ли?

– Не болел княжич, – удовлетворенно рокотал Скрынь, любовно глядя на своего воспитанника. – Здоровьем Бог не обидел, так и передай матери.

– Но мы теперь не скоро в Чернигове будем, – продолжал Яромир, не отпуская от себя Мстислава. – Сначала посетим Швецию. Туда нас направил князь черниговский Владимир Мономах. И знаешь за чем? Сватать для тебя невесту! У самого шведского короля! Такую принцессу заморскую привезем, все лопнут от зависти!

– Не надо мне заморских невест, – насупившись, ответил Мстислав. – И не следует никуда ехать. На Руси много красавиц.

– Аль уже подыскал себе зазнобу? – с улыбкой отстранил боярин от себя княжича и заглянул ему в глаза. – Ну-ка признавайся, нашел, что ли?

– Нашел. Ну и что? – с вызовом ответил Мстислав.

– А то, что придется забыть о ней. Всегда помни: ты – будущий великий князь Руси, и на первом месте у тебя должны быть государственные интересы. Слышал о династических браках? Ради спокойствия страны ты должен отречься от своих мечтаний. Как поступил твой прадед Владимир Святой? Он женился на византийской принцессе Анне и тем самым обеспечил не только мир на Руси, но и содействие византийского патриархата в крещении нашего народа. Ярослав Мудрый женил своего сына Всеволода на византийской принцессе. Его дочь, Елизавета, была выдана за норвежского короля Гаральда, а другая дочь, Анна – за французского короля Генриха Первого. Кто твоя мать? Твоя мать не кто иная, как английская принцесса. А возьмем сестру отца и твою тетю Евпраксию. Она за германским императором... Ну да ладно перечислять! Без этого все понятно: другой судьбы, как соединить свою жизнь со шведской принцессой, у тебя нет!

– Плевать мне на ваш династический брак! – выкрикнул Мстислав, вырвался из рук Яромира и убежал на улицу.

В тот же вечер он встретился с Росавой.

– Весь Новгород говорит, что тебя будут сватать за шведскую принцессу, – отвернувшись, сказала она.

– Не огорчайся, – взяв ее за руку, просто сказал Мстислав. – Я все продумал. Мы с тобой обвенчаемся. А церковный брак никто разрушить не в состоянии. Знаешь, как написано в Священном Писании: «Кого Бог соединил, человек да не разделит».

Она с надеждой взглянула на него повлажневшими глазами.

– Нас никто не станет венчать без разрешения родителей. Тем более твоих.

– А мы не в Новгороде обвенчаемся. У меня есть на примете одна церквушка в глухой лесной деревне, я туда с охотниками забредал. Там батюшка добрый служит. Он нам поможет.

– А он не побоится тайно венчать нас?

– А кого ему бояться? Я – князь новгородский! Притом он не за так обвенчает. Я уже приготовил сорок гривен. На них можно целых двадцать коней купить!