Я пытаюсь восстановить черты - Антонина Пирожкова

В первом доме, который мы осмотрели в Помпеях, во многих комнатах для гостей на стенах сохранились фрески в желто-бежевых и коричневых тонах и пол из смальты. Я подумала о том, что пол этот был адской работой для рабов. Дом богатого патриция — очень обширный, с богато украшенными залами для пиров и маленькими спальнями. Выйдя из этого дома, мы отправились по огромным булыжникам, которыми вымощена главная дорога Помпей, в раскопанную часть города. Помпеи к тому времени были раскопаны на две трети. Дорога вела вверх, потом слегка спускалась вниз, а от нее отходили поперечные улицы. Мы видели таверны, мельницу, баню и несколько домов, поменьше, чем первый. Чуть пониже древних Помпей, ближе к морю, процветают Новые Помпеи, раз в десять больше прежних. Не боятся люди, хотя Везувий слегка дымится. В тот день он был виден нечетко, в дымке. Стояла страшная жара, да к тому же в Италии все лето повсюду горела трава. Уже по дороге из Рима в Итри то и дело виднелись выгоревшие склоны гор. Трава кругом сухая; она быстро воспламеняется, и кроме того, ее жгут пастухи. Вероятно, после пожара из земли вырастает молодая трава, и пастухи заинтересованы в свежих пастбищах для овец.

Из Новых Помпей, расположенных на низкой части побережья Неаполитанского залива, мы поехали в Сорренто. По дороге всё шутили: мол, необходимо узнать, где Ленин встречался с Горьким, а иначе нет смысла туда ехать. Сорренто — очень милый городок над морем. Было воскресенье, улицы и площади многолюдны. Люди сидели за столиками или гуляли, и жизнь казалась беспечной. Из Сорренто отправились в Ларавеллу. Вся дорога от Новых Помпей шла по крутому берегу над заливом Салерно. Скалы там очень высокие и опускаются прямо в море. Только в некоторых местах есть небольшие песчаные отмели, оборудованные под пляжи. В этих скалистых горах вырублены ступени для дороги, отгороженной от моря иногда стеной, иногда столбиками или решеткой. Время от времени попадаются огороженные решеткой площадки с видом на залив. В таких местах машины останавливаются, и люди выходят любоваться на море. С другой стороны дороги высится белая стена; над ней растут оливковые деревья, виноград. Видны лестницы, ведущие к виллам, которые расположены иногда неподалеку от дороги, а иногда высоко в горах, хотя скалы в этих местах почти отвесные. Дорога эта так сказочно красива, что ни с чем в сравнение не идет. Мы только ахали от изумления.

Наконец уже в сумерках мы приехали в любимую Джанлоренцо ла Равеллу, остановили машину, поднялись по лестнице, довольно высокой, и попали в город прямо на площадь, где было много народу. Перед нами предстал красивый костел. Службы не было. В углу стояла женская фигура — та самая мадонна, перед которой молился пастух — персонаж актера Ди Грассо из рассказа Бабеля.

Была и другая фигура — мужчина с ребенком на руках, но я не знала, что это был за святой. Фигуры в костеле были из раскрашенного дерева или в натуральную величину, или больше человеческого роста.

Мы уговорили Джанлоренцо возвратиться домой другой дорогой, менее опасной. Он был очень утомлен, и по дороге то и дело засыпал за рулем. Когда мы подъехали к дому Джанлоренцо, было уже два часа ночи.

Через день после нашего возвращения из окрестностей Неаполя Джанлоренцо решил свозить нас в Сперлонгу, старинный римский город, расположенный неподалеку от нас. Но в Сперлонгу мы поехали не сразу: сначала заехали в какой-то городок, где осмотрели костел: старинные двери, картины на стенах, богатая обстановка, вся мебель покрыта белым полотном, обшитым кружевами ручной работы. На фронтоне изображение скелета и надпись: «Сегодня ты, а завтра я».

Из этого городка мы поехали посмотреть храм Зевса, расположенный на вершине горы. Сначала мы поднимались к нему на машине, потом машину оставили и пошли пешком. Храм находится на высоте 300–350 метров над уровнем моря. Верхний его этаж почти полностью разрушен, кроме задней стены, а аркада фасада и частично боковых стен хорошо сохранилась. Храм Зевса произвел на меня сильное впечатление своими размерами и расположением; вероятно, в старину он весь был украшен скульптурами. Перед фасадом храма — площадка, огороженная металлической решеткой. С этой площадки мы любовались видом на Тирренское море. Уже смеркалось, горизонт был в дымке, и мы, пройдя всю галерею с арками, возвратились к машине. После этого наконец отправились в Сперлонгу.

В Сперлонге мы поднялись по узким улочкам и попали на главную площадь города, окруженную кафе и магазинчиками. Погуляли и по главной улице шириной не более пяти метров, углублялись в перекрытые арками боковые улочки. Одетые в камень дворы, переулки и улицы служили как бы продолжением квартир. Жители высыпали на улицу. Растения здесь в основном в кадках, ящиках и горшках. Мы захотели мороженого, и нам его подали в пластмассовых чашечках, политым сверху взбитыми сливками. Мороженое невероятно вкусное, особенно зеленое, фисташковое.

По возвращении из Сперлонги Джанлоренцо взял бумагу и ручку и записал наши планы на будущее. В понедельник 21 сентября мы уедем из Итри в Ареццо. Пробыв там до 23 сентября, поедем во Флоренцию, всего за 90 километров от Ареццо. Во Флоренции мы с Лидой возьмем номер в гостинице и пробудем там до 25 сентября. А 25-го поедем в Венецию. Пробыв в Венеции до 28 сентября, вернемся в Ареццо, откуда 30-го поедем в Рим, в аэропорт.

Предстояла и поездка в Рим еще из Итри, 18 сентября. Этот день выдался хоть и солнечный, но не жаркий. Джанлоренцо довез нас до площади Святого Петра. Площадь великолепная, между фонтанами возвышается египетский обелиск, на его вершине — крест, символизирующий торжество христианства над язычеством. Посетили мы и музей Ватикана, хотя для детального его осмотра понадобилось бы несколько дней. Успели увидеть Сикстинскую капеллу. Мы долго сидели на скамье и рассматривали сводчатый потолок капеллы с росписями Микеланджело 1508–1512 годов. С 1534 по 1541 год он снова работал в Капелле — расписывал стены. Росписи эти лучше рассматривать на цветных репродукциях: разглядеть подробно каждую фреску, да еще издали, немыслимо.

В музее Ватикана мы прошли через палаты, расписанные Рафаэлем, и через Ватиканскую библиотеку с папирусами на стенах и красивыми шкафами, с росписями. Библиотека занимает несколько залов. Видели мы и залы с собраниями древнегреческой и римской скульптуры, галереи подсвечников, гобеленов, географических карт. В Ватикане собраны произведения знаменитых художников — Леонардо да Винчи, Караваджо, Тициана, Рубенса, Мурильо и других.

Мы вышли из Музея с распухшими головами и вдоль стен его пробрались на площадь Святого Петра. Собор построен на том месте, где погиб за веру апостол Петр. Он был распят на кресте вниз головой и погребен у подножия холма среди языческих могил.

Джанлоренцо, оставивший нас на время осматривать Ватикан, вернулся за нами, и мы поехали к римскому мосту, украшенному двенадцатью скульптурами ангелов. Все ангелы отличаются друг от друга — они изображены кто с крестом, кто с кувшином. Мы запарковали машину и прошлись по мосту пешком. Река Тибр, прославленная историками и писателями, теперь грязная, мелкая, во многих местах заросшая зеленым кустарником. Было очень жалко, но это уже из области экологии. Такое сейчас во всем мире.